«Росимущество» мышей не ловит?
Некоторые политологи утверждают, что 2024-2025-ый годы ознаменовались переходом борьбы с отечественной коррупцией на качественно-новый уровень – в плане «укрупнения» этой самой борьбы. Дело в том, что ещё несколько лет тому назад у разоблачённых российских коррупционеров (в среднестатистическом понимании), изымалось различных активов, включая движимое и недвижимое имущество, на десятки и сотни миллионов рублей. А начиная с 2024-го года, «ставки укрупнились». В том плане, что сейчас уже никого и не удивляет, когда у одного конкретного коррупционера и членов его семьи отчуждается в пользу Государства (естественно, по решению суда), активов и имущества на пару-тройку миллиардов рублей. А у некоторых, особо ушлых индивидуумов и на 10-13 миллиардов. Конечно же, такой поворот событий вызывает у многих россиян однозначное и искреннее одобрение, из серии: - «Наконец-таки, добрались до хапуг ненасытных, берега попутавших. Давно уже надо было это сделать. Впрочем, сегодня это ещё актуальней, так как в Госбюджете, благодаря западным экономическим санкциям, денег хронически не хватает. Так что, эти многомиллиардные конфискации очень даже кстати: и бюджетные дела поправятся, и, глядишь, что-то останется и на повышение пенсий российских…».
Только эти ожидания россиян, увы, сбываться не торопятся. Оказалось, что конфисковать у разоблачённых коррупционеров активы – это самое лёгкое и простое, гораздо сложнее – преобразовать конфискованное в реальные деньги, поступившие в Госказну. Нет, конечно же, с финансами, размещёнными на банковских счетах коррупционеров, никаких проблем не возникает: их тут же переводят на банковские счета Минфина РФ, где они успешно растворяются в общем денежном потоке. То же самое происходит и с «наличкой», изъятой из коррупционных сейфов. Да и конфискованные шикарные автомобили на специализированных стоянках, как правило, не задерживаются. Одна часть из них тут же распределяется между министерствами и ведомствами, своевременно подавшими заявки. Вторая оперативно выставляется на специальные торги «не для всех» (по весьма привлекательным ценам). Третья же авто/часть отправляется в район проведения СВО, только за последние полтора года туда отбыло порядка 600 автомобилей, дальнейшая судьба которых неизвестна. И, вообще, непонятно, зачем нужны фешенебельные машины последних моделей в районах боевых действий? А, вот, ситуация с конфискованной недвижимостью и земельными участками откровенно напрягает. Для начала обратимся к цифрам. Недавно Генеральная прокуратура РФ сообщила, что за последние пять лет в доход Государства прокурорскими работниками было взыскано коррупционных активов (денег из сейфов и банковских счетов, а также движимого и недвижимого имущества), на общую сумму свыше 760 миллиардов рублей (и это ещё без учёта 2025-го года, особо богатого на разоблачения подпольных миллиардеров). Солидные деньжищи, однако, превышающие годовой бюджет некоторых российских областей. Но только Счётная палата РФ эти бравурные цифры не подтверждает. По её сведениям, за последние годы в Госбюджет РФ реально поступило только чуть больше 113 миллиардов рублей коррупционных денег. А из конфискованной недвижимости и земельных участков фактически было реализовано не более 9% от общего количества объектов… Как так-то? Кто в этом виноват? И где остальные, так и не проданные с торгов объекты? Счётная палата РФ во всём винит Росимущество, мол, там совсем не чешутся и никуда не торопятся: - «Конфискацию конкретного объекта недвижимости осуществляет, как правило, Федеральная служба судебных приставов (ФССП). После этого все документы передаются в ведение Госимущества. Но сотрудники этого ведомства не торопятся ставить данный объект на свой баланс, так как это потребует затрат: оплату отопления и прочих коммунальных услуг, охраны и так далее. Поэтому Росимущество, ссылаясь на сильную загруженность и действующее Законодательство РФ, данный объект «консервирует» до лучших времён. То есть, отключает его от всех коммуникаций, запирает и пломбирует все двери, обтягивает по периметру красной лентой и уходит. И в таком виде объект может стоять годами, ветшать, а также подвергаться разграблению и незаконному использованию не по назначению. Аналогичная ситуация (если не хуже), наблюдается и с конфискованными земельными участками. И, вообще, в Росимуществе сегодня отсутствует единая практика приёма, учёта в РФИ и регистрации права федеральной собственности на коррупционное имущество, что влечёт существенные риски потери имущества…». То есть, в сложившейся негативной ситуации Счётная палата РФ винит сугубо Росимущество, мол, там совсем не умеют ловить мышей. Так ли это? Попробуем разобраться…
Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество) – по официальному определению – это Федеральный орган Исполнительной власти, осуществляющий функции по управлению федеральным имуществом, в том числе, в области земельных отношений, функции по оказанию государственных услуг и правоприменительные функции в сфере имущественных отношений. Положение о Росимуществе утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 № 432. Подчёркиваю, «осуществляющий функции по управлению федеральным имуществом», именно «по управлению», и это важно… А как само Росимущество отвечает на эти претензии со стороны Счётной палаты РФ? Поначалу руководители данной структуры высказались в чисто-формальном ключе, мол: - «Наше ведомство работает сугубо в правовом поле действующего Законодательства РФ. В частности, на регистрацию одного конкретного объекта недвижимости, конфискованного в пользу Государства по решению суда, отводится три года. И мы стараемся этого срока не нарушать. Что касается конфискованных у коррупционеров земель. Сегодня только в Подмосковье обращено в госсобственность свыше двух тысяч земельных участков коррупционного происхождения с кадастровой стоимостью почти 3 миллиарда рублей. Но продать на торгах эту землю нельзя: Закон «О приватизации» и Земельный кодекс РФ запрещают свободную реализацию государственных или муниципальных земельных участков, если на них предусмотрено строительство зданий и сооружений…». Но вскоре стало понятно, что такой ответ практически никого не удовлетворяет. И тогда один из сотрудников Росимущества высказался напрямик: - «Росимущество никогда не было заточено на коммерцию. Тем более, на оперативную коммерцию. Мы – управленцы. У нас даже в Штатном расписании нет коммерческих должностей. А вал конфиската только нарастает. Да, мы не справляемся. Да, нуждаемся в помощи. И в плане совершенствования Законодательной базы. И в значительном усилении кадрового состава. Но что-то никто не торопится нам помогать. Все только горазды критиковать и предъявлять претензии…».
Резюмирую. Какая-то классическая бестолковщина: вот же они – деньги, которых так не хватает Госбюджету, а взять их не получается. То одно мешает, то другое. И больше всего в этой ситуации поражает бездействие депутатов Госдумы РФ. Это ведь, по большому счёту, их «поляна» – в плане заботы о своевременной наполняемости Госбюджета. Во-первых, надо срочно вносить в действующее Законодательство РФ сразу несколько существенных изменений и дополнений относительно процесса реализации имущества, изъятого у коррупционеров: и в плане ужесточения сроков, и в качестве упрощения процедуры торгов земельными участками. А, во-вторых, необходимо что-то и с Росимуществом делать: либо расширять его полномочия и штатное расписание, либо создавать при нём отдельную коммерческую структуру… Но, похоже, что нашим депутатам нынче не до мелочей. Ведь приближаются длинные Новогодние праздники. Как и где их провести? Для наших «слуг народа», судя по всему, эта тема нынче первоочередная…
Всем мира и добра…