На Колыме, в 344 километрах от Магадана, лежат руины рудника Бутугычаг — один из самых тяжёлых и мрачных памятников сталинской эпохи. Название, происходящее из эвенского языка и означающее «плохое место», отражает и климат, и судьбы людей, связанные с этим участком: здесь не только добывали уран для советского атомного проекта, но и складывались мрачные легенды, которые не утихают до сих пор.
«Пятый» металл для атомной обороны
Историческая биография Бутугычага началась в 1937 году, когда месторождение эксплуатировали ради олова. Но после войны, в 1949–1950 годах, на руднике запустили разработку урановой руды. В систему лагерного комбината входило несколько лаготделений с выразительными названиями: «Центральный», «Горняк» (в народе также «Шайтан»), «Коцугал» и ряд других подразделений.
Что именно добывают — уран — вслух не произносилось. В официальных документах и в повседневной речи руду метко маскировали под «свинец», «альбит» или говорили просто «пятый». Тем не менее сами рабочие быстро понимали масштабы риска. По воспоминаниям поэта Анатолия Жигулина, отбывавшего срок на Бутугычаге в 1951–1953 годах, вольнонаёмные мастера прятались за свинцово-резиновыми щитами, а сам он старался месяцами сидеть в штрафном изоляторе (БУРе), чтобы избежать контакта и возможной лучевой болезни.
Численность рабочих была огромной — тысячи заключённых работали в шахтах. По оценкам историков, в 1952 году в горных работах управления, включавшего Бутугычаг, были заняты почти 15 тысяч человек. Рудник вместе с обогатительной фабрикой действовал до 1955 года, после чего предприятие забросили.
Загадка распиленных черепов
Одной из самых зловещих точек Бутугычага является лагерное кладбище: в землянках и на поверхности в беспорядке лежат черепа, у которых верхняя часть черепной коробки отпилена. Эти находки получили широкую огласку в конце 1980-х годов — тогда в Хабаровске прошла фотовыставка эмигрантского фотографа Сергея Мельникоффа «Обвинение СССР в опытах над людьми». Представленные снимки породили версию о том, что в 1940-х на Бутугычага действовала некая спецлаборатория, где якобы проводились хирургические опыты над заключёнными. Ряд публикаций даже указывал на некого «профессора», работавшего на соседнем Теньгинском ГОКе и якобы причастного к этим практикам.
Скептики указывают на ряд несоответствий: чекистам не требовалось устраивать подобные исследования в отдалённой тундре, проще было бы проводить эксперименты в Магадане, где имелась инфраструктура. До настоящего времени прямых следов секретных лабораторий на Бутугычага не найдено, хотя в 2000-х сюда приезжали исследовательские экспедиции. Исходя из этого, магаданский историк Иван Паникаров полагает, что «распилы» черепов с якобы «пулевыми» отверстиями могут быть фальсификацией.
В то же время стоит принять во внимание заключение хабаровского судмедэксперта Валерия Кузьмина, опубликованное в 1989 году: он счёл распилы характерными для «анатомического исследования черепа и головного мозга». Аналогичные свидетельства приводила и бывшая узница Колымы 73-летняя Хасана Ниязова, утверждавшая в 1989 году, что тела заключённых вскрывали «врачи».
Нет доказательств, что такие вскрытия проводились при жизни людей; распилы соответствуют посмертной методике исследования черепной полости по методу профессора Георгия Шора. Впрочем, анатомические исследования в лагерях ГУЛАГа были редкостью, и Бутугычаг представлял собой особый случай.
Официальные и популярные оценки числа умерших на руднике за годы его работы варьируются и порой доходят до 380 тысяч человек. Даже если эта цифра завышена, она всё равно свидетельствует о чрезвычайно высокой смертности. В лечебных бараках лежали заключённые с дистрофией, цингой, пеллагрой, гипертонией и силикозом. Вероятно, патологоанатомы интересовались последствиями радиоактивного облучения. Хотя содержание урана в местной руде было невелико — порядка 0,15–0,2% — многие узники страдали лейкемией и другими симптомами, сравнимыми с «болезнями Хиросимы».
По рассказам Анатолия Жигулина, на фабрике имелась специальная лечебная зона, где ежедневно умирали работники из «сушилки»: у них выпадали волосы, шло кровотечение из ушей и носа, и многие не выдерживали. Возможно, впоследствии в архивах найдутся протоколы вскрытий и другие документы, которые позволят пролить свет на эти события и снять часть тайн, окружающих один из мрачнейших эпизодов советского ГУЛАГа.