В комментариях рассказали исторический анекдот. После революции Яков Мазе, главный раввин Москвы, обратился ко Льву Троцкому с упрёком: «Революцию делают Троцкие, а расплачиваются за неё Бронштейны». На это Троцкий парировал: «Вы ошибаетесь, считая меня евреем: я — социал-демократ».
И действительно, Лев Троцкий родился Львом Бронштейном, вырос в обеспеченной еврейской семье, на хуторе под Херсоном. Впрочем, его родители не были религиозно-традиционными, при этом, по воспоминаниям революционера, даже в детстве он разговаривал на суржике, а не на идише.
Если бы история пошла по другому маршруту, в кресле Сталина вполне мог оказаться Троцкий. Стало бы царствование товарища Бронштейна большей бедой для России, чем правление товарища Джугашвили — спорный вопрос.
Слова раввина оказались пророческими — только сбылись в отношении другого Бронштейна, никак не связанного с первым. Талантливый советский физик Матвей Бронштейн сделал в 1930-х годах ряд важных открытий, опередив западную науку на два-три десятилетия. Его работа 1935–1936 годов, «Квантовая теория слаботяготеющего поля», считается первым полноценным исследованием проблемы квантования гравитации.
Иностранные физики повторили путь нашего учёного в 1950–1960-х годах, считая себя первопроходцами, и только в конце 20-го века историк науки Геннадий Горелик обнаружил, что их опередили в СССР. Сейчас в международном научном сообществе признан приоритет Матвея Бронштейна и его ленинградской школы. Если бы не трагическая гибель в возрасте 31 года, Матвей Бронштейн, вероятно, стал бы основателем целого направления в физике (ссылка). Впрочем, квантовая гравитация была всего лишь одной из его тем — у него были также заметные работы по полупроводникам, астрофизике и космологии, ещё он писал научно-популярные и детские книги про науку. Это была выдающаяся фигура уровня Капицы, Фейнмана или Эйнштейна, от которой при иных обстоятельствах мы могли бы ожидать ещё 30–50 лет плодотворного научного труда.
Коммунисты обвинили Матвея Бронштейна в контрреволюционном заговоре и в подготовке покушений на руководителей партии. Возможно, сыграла свою роль и фамилия: следователи знали, что главный жупел того периода, Лев Троцкий, тоже носил фамилию Бронштейн. Учёного расстреляли в 1938 году, а его жене, Лидии Чуковской, сказали, что он получил «10 лет без права переписки»: этим приёмом Иосиф Виссарионович драпировал массовые расстрелы в период Большого террора, чтобы не шокировать население тем фактом, что каждый год советская карательная машина вырезает под корень город размером с Вологду или Тверь.
Мне регулярно пишут в комментариях, что академик Сталин многое сделал для развития советской науки, ставят Николаю II в пример. Однако что-то я не припомню, чтобы «при царе» массово расстреливали учёных. Единичные случаи казни учёных были и до 1917 года, не спорю, но там всегда речь шла о матёрых террористах, для которых наука была всего лишь подспорьем в их омерзительном ремесле. К примеру, в 1881 году суровый приговор вынесли учёному террористу Кибальчичу, лично изготовившему бомбы для одного из самых разрушительных терактов в истории нашей страны.