Обратимся к статье академика Е. Н. Черных «Рудники бронзового века»[1].
«Каргалы открывали трижды, а активной эксплуатации их недра подвергались дважды. Местные ярко-зеленые малахиты и голубые азуриты впервые привлекли внимание людей в эпоху раннего бронзового века. Огромную общность степных скотоводов того периода археологи называют древнеямной, ее племена занимали едва ли не всю южную половину Восточной Европы – от низовьев Дуная до Южного Урала. Именно тогда, во второй половине IV тыс. до н.э., т.е. более 5 тыс. лет назад, и начался первый период работы Каргалинских рудников. Длился он около 2 тыс. лет (с какой все-таки легкостью наши ученые оперируют тысячелетиями, в продолжении которых, по их мнению, практически ничего не менялось в жизни людей. Даже форма днищ их глиняных горшков. И.В.) – вплоть до второй половины II тыс. до н.э. В конце позднего бронзового века кочевое скотоводство в степи сменилось оседлым, близ источников воды поднялись большие и малые поселки. Но около XIII–XII вв. до н.э. по непонятной причине древние профессионалы-горняки и металлурги навсегда покинули рудоносные каргалинские холмы, оставив после себя множество засыпанных шахт, штолен, карьеров…».
В начале 40-х гг. XVIII в. уже нашей эры произошло второе открытие и разработка этих меднорудных залежей. Оно связано с именами симбирских купцов – братьев Ивана и Якова Твердышевых: «В XVIII–XIX вв. Каргалинский комплекс играл ведущую роль в промышленном развитии России; уже через 25 лет после его «второго открытия» из здешней руды выплавляли примерно четверть меди всей Российской империи; в XIX в. каргалинское сырье вывозили в Западную Европу вплоть до Англии и Франции».
Что любопытно, в статье Е.Н. Черных приводится следующая запись слов одного из братьев - Якова Твердышева, директора медеплавильных заводов и ведавшего разработками руд на Каргалах: «Древние здешних мест обыватели в горных делах, а наипаче в плавке меди, в свое время великие и сильные имели промыслы... Тут в старину с таким искусством горная работа производилась, что и нынешние штейгеры и горные служители лучше того не делают...».
Через 150 лет на рубеже XIX–XX столетий Каргалинские рудники из-за истощенности руд вновь были заброшены. И только еще через 100 лет к ним пришли археологи, столкнувшиеся с целым рядом загадок.
Е.Н. Черных с недоумением пишет о том, что совершенно непонятно, как древние рудознатцы, вообще, смогли это месторождение обнаружить: «Обычно в археологической литературе модель первичного открытия какого-либо месторождения выглядит довольно убедительно. В некоем богатом полезными ископаемыми районе появляется откуда-то группа людей, хорошо знакомых с горным делом, они наталкиваются на поверхностные выходы руд и начинают их разработку. Постепенно в работу вовлекается местное население, которое со временем становится профессиональными шахтерами… Для Каргалов же такое объяснение и вовсе не подходит, поскольку там практически нет поверхностных выходов руд. Металлоносные породы связаны с коренными песчаниками и мергелями, перекрытыми могучим, до 10–12 м толщиной, вязким и плотным глинистым чехлом».
Еще один не объяснимый факт, связан с двумя типами жилых и производственных помещений. «Одни из них представляли собой овальные ямы глубиной от 1,3 до 2 м и площадью от 1,5 до 4 кв.м. с вертикальными стенами, утоптанным плоским или слегка вогнутым, «корытовидным» полом. В таких «землянках» ночью могли отдыхать от одного до четырех человек. Никаких следов очага ни разу не было обнаружено, однако на полу были разбросаны большие и малые осколки обожженных песчаниковых плит. Очевидно, их раскаляли на костре, бросали на дно, и камни согревали людей, спящих в тесном пространстве ямы. Ученые обнаружили около 60 подобных жилищ – в основном, расположенных группами».
Причем находились эти ямы в необычных местах.
«Первоначально археологов преследовали неудачи, т.к. следы обитания людей ожидали увидеть прежде всего по берегам речек, где, как полагали исследователи, удобнее всего было строить жилища. Однако поиски не принесли желанных результатов. Тогда ученые приняли нестандартное решение – искать в самых неудобных местах, вдали от воды, на вершинах холмов или по краям плато у крутых и глубоких оврагов. Как ни странно, именно там и были обнаружены следы множества селищ».
И с наложением на эти обитаемые когда-то ямы был обнаружен совершенно другой тип сложных производственных комплексов: «Они состояли из жилого отсека, плавильного двора, а также рудного, где хранились лучшие образцы медных минералов, предназначенных для выплавки металла. Для строительства таких сооружений рыли огромные котлованы глубиной до 1,2–1,5 м.»
И еще один странный факт, который лучше всего описан в работе И.О. Грека (Одесса) и Ю.А. Долотова (Москва) «Исследования древних рудников в Оренбургской области и Башкирии»[2]. Авторы пишут: «Одним из интересных геологических феноменов является присутствие в песчаниках огромного количества окаменелых деревьев (каламитов). Старые горные выработки часто вскрывают их и позволяют проследить стволы под землей на значительном протяжении из-за того, что они имеют большую твердость, чем вмещающие породы, и старые горняки предпочитали обойти эти окаменелости. Небольшие фрагменты окаменелых деревьев встречаются очень часто в отвалах выработок и непосредственно в выработках».
И еще вновь из статьи Е.Н. Черных «Рудники бронзового века»:
«Но наибольшее удивление археологи испытали при виде целого кладбища домашних животных, извлеченного из культурного слоя Горного. Более 2,5 млн. костей! Цифра без преувеличения фантастическая, ничего подобного не встречалось даже в самых богатых находками культурных слоях евразийских поселков любой эпохи. Здесь были умерщвлены, употреблены в пищу или принесены в жертву более 50 тыс. коров и 10–20 тыс. овец и коз. Не стоит забывать при этом, что в Горном вскрыто лишь около 5% всего культурного слоя, и потому трудно даже представить себе общую и невероятную массу скота, топтавшего некогда каргалинские увалы».
Но. Если допустить, что Каргалинский горно-металлургический центр прекратил свое существование в результате произошедшего потопа, то все эти загадки становятся легко объяснимы.
Залежи медных руд древние рудознатцы нашли еще до того как их накрыло мощным слоем глины, потоки которой притащили и массу деревьев и трупы животных. Какая-то часть людей, не смотря на невероятную катастрофу, все же сумела выжить. Но это было именно выживание в вырытых в глине ямах, лишенных всякого благоустройства. А перекрывающие их сооружения – это уже работа горняков Нового времени. Как признают сами археологи, у них не получается выделить, где следы работы древних металлургов, а где работа людей XVIII-XIX веков.
Что же это были за люди, принявшие на себя удар этой космической стихии?
Продолжение следует. См. часть 6. Срубная археологическая культура
[1] Журнал "В мире науки" № 12 2005 год https://kargaly.ru/stati/38-nauchnye-stati/112-rudniki-bronzovogo-veka-evgenij-chernyx.html