Выкладываю главу из моего романа "Ведьмины сказки". О чём роман: Жестокая ведьма оживляет старые сказки, превращая их в кровавые кошмары. Одни жители королевства гибнут, а другие становятся чудовищами. Страх охватывает даже самых смелых. Король назначает награду за голову ведьмы, но лишь двое решаются принять вызов — Гаррет и Кесо, воины, готовые пройти через ад, чтобы исполнить королевский приказ. Дорога к замку ведьмы — это испытание, где древние чудовища выходят из тени, леса полнятся шёпотом проклятий, а реальность изгибается под тяжестью злой магии.
Кладбище собак
Около города Монмарка на западе королевства есть знаменитое кладбище собак. Тысячи пушистиков похоронены на нем. Когда-то они радовали хозяев своими ласками. А теперь их тела сгнили, скелеты лежат под толщей земли. На многих крестах уже стерлись надписи — хозяева тоже умерли и некому было ухаживать за могилами. Тут и там стояли развалины памятников из дерева и камня. И не во многих угадывались черты собак. Свежих могил не было уже пять лет. Когда ведьма пришла, на кладбище стали происходить жуткие вещи. По ночам со стороны кладбища доносился вой, а полуночных путников на утро находили мертвыми с обезбраженными телами. Несчастных как будто до смерти искусали волки. Но волков в этих местах не было уже сотню-другую лет. Может вернулись вместе с бедой?
Ночь стояла темная. Слой черных туч загородил звезды. И два уставших путника хотели отдохнуть.
Холодный воздух обжигал ноздри. Возле кладбища горел костер. Ах, если бы тот, кто его разжег, знал хоть немного об этом жутком месте, он, наверно бежал бы со всех ног! Или может ты знаешь, но не боишься? Тогда кто ты?
Когда до огня оставалось двести шагов, лошади зафыркали и замотали головами.
— Видишь, Кесо, слава предкам, нам повезло. Сейчас погреемся и поедим горячего.
— Эгегей, Гаррет, эгегей. В темной ночи костер — не к добру. Это ведьма козни строит, не зря тучи загородили звезды и не видно ни зги. Вон, и лошади наши фыркают, не хотят идти к костру!
Кесо и Гаррет — два охотника за головами, которые, как и прочие другие им подобные, хотели убить ведьму, чтобы получить награду от короля.
— Десять тысяч золотых флоринов — это вам не шутки. Это целое состояние. По пять тысяч на брата, — воскликнул Кесо, поправляя поводьями лошадь, которая норовила свернуть с дороги, — купим по замку и еще на титулы останется. Будем в роскоши жить до конца своих дней. Героями станем, дорогой Гаррет! Вот только убьем эту чертову ведьму, будь она трижды проклята!
Кесо был небольшого роста, упитанный тридцатипятилетний мужчина. Он родился в крестьянской семье, вел хозяйство с отцом, пахал землю, сеял рожь и пшеницу. А когда налетела саранча и уничтожила посевы, надо было как-то выживать. И Кесо пошел на службу к вассалу — отец устроил, связи были. Кесо занимался низкооплачиваемой работой — чинил полы в замке, работал в саду, помогал по хозяйству, охотился (хотя надо заметить, охотник из него не самый лучший). В общем, старался заработать на кусок хлеба.
В таверне «Черный заяц», в которую зашел выпить кружечку эля, Кесо и познакомился с Гарретом.
Гаррет — полная противоположность Кесо. Высокий, стройный, красивый тридцатилетний мужчина, ловкий и опытный. Он-то умеет обращаться с мечом и пращой. Но Гаррету нужен помощник. Такой же услужливый, как Кесо. Там, в таверне, они и подружились. И Кесо выпил за счет Гаррета ни одну кружку эля. А на следующей день Кесо и Гаррет начали охоту на ведьму.
У костра сидел мужчина в черном плаще. Он ворочал поленья обгоревшей веткой, отчего копна искр взметалась ввысь и тут же гасла как будто от холода.
— Доброй ночи, к вам можно погреться двум путникам, слугам короля? — спросил Гаррет. Он спрыгнул с лошади в пяти шагах от мужчины.
— Путникам всегда рад, а слугам короля вдвойне, садитесь, — сказал человек. Лица не было видно: его скрывал длинный черный капюшон балахона. Только седая борода пробивалась из-под капюшона и нижняя губа, черная и обветренная.
По морщинистым рукам Гаррет понял, что перед ним старик. Да и голос, грубый, неприветливый и сиплый указывал на это.
— Мы охотники за ведьмой, слуги Его Величества. А ты кто, старик? Как тебя величать? — спросил Кесо. Он слез с рыжего коня и сел на корточки и у огня, чтобы погреть руки.
Старик сидел на небольшом камне, еще несколько камней стояли вокруг костра, видно было, что это место служило пристанищем для путников.
— Звать меня Юлий по прозвищу Свистун. Не боитесь тут находится? Место недоброе. Вон видите два каменных столба в десяти шагах от нас? Это вход в кладбище собак.
Лежат там, малютки,
Под толщей земли,
Подняться не могут —
Страдают они.
И ночью беззвездной
Хозяев зовут.
Хозяева умерли —
К ним не придут.
— Так уж и малютки, — возразил Кесо, — одна такая малютка как-то вцепилась мне в ногу, и пока ее не оттащили, порвала мне там все. Я потом полгода хромал. Чертовы шавки. Тьфу на вас!
— Так это знаменитое кладбище собак? — сказал Гаррет, присаживаясь у костра на свободный камень, — ходят слухи, что ведьма прокляла это место. Надо понять, что здесь не так. Возможно, мы сможем через это кладбище выйти на проклятую.
— Бойся своих желаний, путник, — сказал старик. Он снова взял обгоревшую палку и потыкал ей в горящие поленья. Столп искр взметнулся ввысь и погас.
Кесо посмотрел в сторону входа на кладбище и увидел два зеленых глаза на уровне пояса человека. Зеленые глаза то гасли, то зажигались. Невидимое животное закрывало и открывало глаза.
— Кладбище собак, говоришь! — воскликнул Кесо. Он тоже захотел присесть на камень подле костра. — У нас заяц есть… Мертвый… Может поедим? Гаррет убил его, мерзавца. Пора бы уже его того, оприходовать.
— Заяц это хорошо, особенно мертвый, — прохрипел старик, — костер в вашем распоряжении, путники. И послушайте мою историю.
Кесо снял с седла подвешенную на шнурке тушку зайца, сел на гладкий удобный камень и стал потрошить зайца. Разделывал он его острием специального наперстка, надетым на большой палец правой руки. «Лошади беспокойны, фыркают — подумал Кесо, — это не к добру! И эти глаза зеленые то горят, то тухнут».
— Я же сказал, что звать меня Свистун? — начал свой рассказ старик, — так вот, а прозвали меня не просто так. Прозвище дается человеку молвой и приклеивается часто до конца жизни. Послушайте мой рассказ. А потом…
— А что потом? — спросил Гаррет.
Его легкий одноручный меч из карской стали каждую секунду был готов к бою. Вложенное в ножны оружие висело на поясе справа — и Гаррет всегда держал правую руку на рукояти эфеса, кончиками пальцев перебирая обмотку из шелкового плоского шнурка.
Со стороны кладбища послышался одиночный вой. Воздух наполнялся влагой: туман заполнял окрестности.
— А ведь Монмарк — мой родной город — начал свой рассказ Свистун. Он провел ладонями по штанам, как бы вытирая от пота.
Кесо отделил веткой угли от основного костра. Надо было жарить кролика.
— Здесь недалеко от кладбища есть пруд. Ребенком я часто с ребятами ходил на него и купался. Мы веселились, ловили рыбу. А когда мне было пятнадцать лет я сделал дудочку из камыша и насвистывал на ней различные мелодии. Вот люди и прозвали меня Свистуном, ведь им нравились мои трели. А наш вассал Вениамин взял меня на должность менестреля, я радовал его своими мелодиями. И даже король приезжал в Монмарк послушать мою дудочку. Однажды в городе появились полчища крыс. Они принесли черную смерть. За первый месяц умерло половина горожан. Тела разлагались на улицах и в домах. Страшная вонь стояла в воздухе. Тогда я решил победить напасть силой искусства. Я прошел по улицам, насвистывая крысиную мелодию, которую сам сочинил. Черные толпы зараженных крыс как завороженные следовали за мной, и я знал, что если остановлюсь дудеть, то они сожрут меня. Дойдя до озера, туман от которого сейчас окутывает нас и костер, так вот, дойдя до озера я поплыл на спине. Изо всех сил я греб ногами, чтобы поддерживать голову над водой. А пальцами обеих рук зажимал отверстия соразмерно выбранному такту. Я держал темп крысиной мелодии и плавал до тех пор, пока крысы не выбились из сил и не утонули. Так я спас город.
— Да, свистишь ты здорово, — сказал Кесо подмигиваю Гаррету.
Разделанный кролик был насажен на стальной шампур и Кесо пытался аккуратно разместить тушку между двумя камнями.
— Как бы не упал, подлец, — сказал Кесо, — а то угли хрустеть будут на зубах.
— Надо бы хвороста в огонь добавить. Совсем закончился. Кесо, ты бы принес. Вон там в ста шагах лесок… — прохрипел Свистун.
— Это можно, — сказал с насмешкой Кесо, — сейчас, только шляпу надену.
— Так шляпа на твоей голове уже есть, — проговорил Свистун и осекся.
На этих словах Гаррет встал. Он уже не перебирал пальцами обмотку меча, а твердо держал рукоять с готовностью вынуть меч из ножен.
— Откуда ты знаешь, что на Кесо шляпа, Свистун? Твои глаза скрывает плотный капюшон. Кроме ног ты ничего не можешь видеть. Отвечай! — выпалил Гаррет.
— Знавал я одного трактирщика из Монмарка. Словоохотливый старик. И не разу он мне не рассказывал эту историю про крыс. А уж поверь, он бы ее рассказал во всех красках, если бы она была, — сказал Кесо. Он печально посмотрел на кролика, жир с которого только начинал капать на угли.
— Я вижу, что мое гостеприимство вы встретили недобро. Это мой костер и моя история! Так проваливайте отсюда, раз вы верите какому-то трактирщику, а не мне, который был главным героем событий!
— Не готов еще, подлец, — вздохнул Кесо и облизнулся. Кролик томился над углями всего пару минут, но запах крольчатины уже наполнял сырой воздух.
У ворот кладбища зажигались и тухли зеленые глаза — теперь это была не одна пара, а несколько десятков пар. Но Кесо и Гаррет их не замечали — они смотрели на капюшон старика-обманщика.
— Ладно, раз не верите, вот вам мое доказательство.
Гаррет ловким движением выхватил меч.
— Спокойно, слуги короля, спокойно!
Старик вытащил из рукава и показал путникам старую дудочку из рогоза. Это был длинный инструмент с множеством отверстий. На обычной дудке их обычно три-пять штук. Но на этой — больше десятка.
— Вот вам мое доказательство, — и Свистун заиграл.
Из дудочки послышалась волшебная мелодия, звук лился прямо в сердце Гаррета и Кесо, открывая давно закрытые двери. Кесо вспомнил себя молодым, как он бегал по весеннему полю вместе со своей собакой по кличке Пух — потому что она была пушистая-пушистая. Гаррету привиделось, как его, ребенка, тренирует отец, рыцарь короля Данта Великого. В руках у обоих деревянные мечи и оба счастливы, смеются. Продлись, мгновенье!
Но вот Кесо и Гаррету чудится, что они, будучи детьми, идут рядом друг с другом. Справа — кладбище собак, слева — лес, впереди, у дороги, озеро. У Гаррета в руках деревянный меч — подарок отца.
Кесо и Гаррет подошли к озеру и с пригорка увидели юношу и девушку, которые сидели на берегу. Обоим было лет по пятнадцать. У юноши в руках — та самая длинная дудочка. А еще капюшон, который закрывает почти все лицо, кроме нижней губы! Значит, юноша — это Свистун, тот самый свистун. Что же, посмотрим, понаблюдаем! Мелодия, красивая, стройная, лилась из дудочки.
— Майя, я люблю тебя. Ты самая красивая девушка на свете. Будь моей, — сказал юноша, когда закончил играть.
— Мне нравится, как ты играешь, Свистун. Но покажи мне свое лицо! — сказала девушка. Она поднесла правую руку к капюшону юноши, но тот остановил ее руку своей рукой.
— Я некрасив, Мая. Но у меня доброе сердце. Я люблю тебя.
— Позволь мне взглянуть на тебя! Уверена, я полюблю тебя каков бы ты ни был.
— Но я боюсь, ты будешь разочарована, Майя!
Девушка поднесла руку Свистуна к своему сердцу и сказала:
— Послушай, как бьется сердечко!
Свистун замер, прислушиваясь. Тогда Майя свободной левой рукой резко сорвала капюшон и ахнула.
На нее смотрела лягушачья морда. Глаза Свистуна были широко посажены. Лоб, как горб, нависал над тем местом, где должен был быть нос, но носа не было. Вместо носа — два узких отверстия. А нижняя челюсть нормальной формы только подчеркивала уродство.
— Ну и урод же ты!
Майя вскочила. Но их руки были сцеплены вместе, и Свистун потянул ее назад, вниз. Его лягушачье лицо раздулось, круглые глаза налились кровь. Урод повалил девушку на траву и стал наносить страшные удары кулаками по лицу.
— Так ты говоришь, что я урод? Так посмотрим на тебя вскорости!
Гаррет и Кесо были застигнуты врасплох таким злодейством. И поэтому неподвижно стояли, наблюдая за кровавой расправой изверга над девушкой. Вдруг Гаррет опомнился. Он представил, чтобы на его месте сделал отец — и все сомнения ушли. Смелый мальчик подбежал к уроду, который превращал лицо Майи в месиво, и рубанул деревянным мячом по шее.
Голова отлетела прямо в костер, повалив в угли кролика. Седая борода Свистуна опалилась, на Гаррета и Кесо смотрели лягушачьи налитые кровью глаза, которые пожирал огонь. Со стороны кладбища послышался вой. Зеленые глаза существ наступали.
— Надо драпать отсюда поскорее, — сказал взволнованный Гаррет.
Он смотрел в сторону ворот кладбища и надвигавшийся оттуда ужас не радовал его. С меча, зажатого в правой руке, капала черная кровь.
— Ну нет, уж кролика я тут не оставлю, — с этими словами Кесо схватил шампур, невольно еще раз взглянув на голову уродца. Запах паленого волоса вызывал тошноту.
Гаррет с усилием провел два раза мечом по плащу Свистуна, вытирая кровь. Затем вскочил на лошадь.
— Давай сюда своего кролика, скорее, — крикнул Гаррет, протягивая свободную левую руку. В правой он держал поводья, а меч уже был вложен в ножны. Гаррет торопил своего партнера: потому что знал, что с кладбища идет опасность.
— Это ведьма козни строит, ведьма треклятая, — запричитал Кесо.
Он схватил дудочку, зажатую в руках обезглавленного тела, но мертвый Свистун не хотел отпускать свое сокровище. Тогда Кесо уперся правой ногой в живот Свистуна и с силой потянул. В ужасе Кесо понял, что Свистун держит дудочку не десятью, а двенадцатью пальцами.
— Шестипалый урод, отдай, — крикнул Кесо, с силой рванул — и полетел на спину.
Проклятая дудка была в руках Кесо!
— Скорее, Кесо, они наступают, — закричал Гаррет.
Кесо повернул голову вправо в сторону ворот кладбища — и сердце на секунду остановилось. К нему шел огромный черный пес с зелеными горящими глазами. Из открытой пасти капала слюна.
«Играй на дудочке, Кесо, играй. Я научу тебя», — послышался приятный женский голос. Кто это говорил Кесо не видел, но он послушался совета: лежа на спине, не сводя глаз с чудовища, заиграл. Ах, какая чудесная мелодия полилась из дудочки Свистуна!
Черный пес перестал скалиться. Он лег на землю, уткнулся носом в передние лапы и не мигая смотрел своими зелеными глазами в глаза Кесо. И на секунду Кесо показалось, что его душа и душа пса слились в одну и поняли друг друга.
— Так ты слышал ее? — спросил Кесо, когда они с Гарретом уехали на достаточное расстояние от проклятого места.
Брезжил рассвет, и уже не было так страшно.
— Кого ее? — не понял Гаррет.
— Ну ее, женщину или девушку. Не знаю. Она сказала мне играть на дудочке и я заиграл. Такой приятный голосок, милый.
— Нет, Кесо, не слышал!
Автор Пётр Левин. Я пишу рассказы и романы в жанрах "мистика и ужасы". Рекомендую к прочтению:
"Путь волка" про оборотней в США.
"Панадора" про журналиста, который встретил человека в маске волка
"Дракула" про возращение Дракулы
Слушайте мои аудиокниги в исполнении профессионального чтеца бесплатно на Яндекс Музыке и Литрес.
Слушайте на Яндекс Музыке: