(II)
Эпилоги
Эпилог-интерлюдия
Карета с Наполеоном загромыхала колёсами по настилу возведённого сапёрами его армии, через реку Березина, мосту. Сейчас, по европейским меркам, в середине ноября, а по местному варварскому исчислению, в конце октября, его армия отступала. И с мрачным видом смотря в окно кареты, и видя унылую природу, и не менее унылых солдат своей армии, бредущих по колено в снегу, император Франции предавался унылым раздумьям. Решая, что ему делать дальше. Ведь, несмотря на то, что его поход закончился неудачей, война продолжалась. И Наполеон очень рассчитывал, что начавшееся было, после отказа Кутузова от заключения мира, отступление Великой Армии завершиться на берегах этой речушки. С таким труднопроизносимым названием как Березина.
А тогда, с месяц назад, осознав, что переговоры с русскими не дают нужного результата, он попытался вывести, имевшиеся у него части, в южные провинции России и зазимовать там. В богатых хлебом и фуражом местах этой державы. Попытавшись обойти русскую армию по другой дороге и выйдя к городку Медынь, обойти позиции русских. Рассчитывая, что марши четвёртого корпуса генерала Лекки на Боровск, а пятого корпуса генерала Князевича на Москву, отвлекут русских от этого его манёвра на юг. Но на южном берегу реки Медынки главные силы корпуса Даву встретила вторая армия Багратиона. И если занять находившийся на северном берегу этой речушки город Медынь французским войскам и получилось, то прорваться, на южный берег реки Медынки, уже нет. Перед его армией встали все силы русской полевой армии. Не сильно то и уступающей, если не считать иррегулярные формирования, по численности его войскам. А с учётом иррегулярных частей, так и превосходящие, его армию, по численности. И главное русские были полны решимости сражаться.
Пришлось возвращаться всей армией на Смоленские дороги и отходить к Смоленску, на соединение с войсками маршала Виктора. При этом буквально чудом избежав разгрома южнее Смоленска. Хотя потери были буквально огромными. Одновременно отдав приказ отходить с Волыни, в Брест-Литовский, и корпусам под командованием генералов Ренье и Шварценберга[1]. А из-под Полоцка, к Борисову, на реке Березина, было приказано отходить корпусам Удино и Сен-Сира. При этом дивизия Домбровского, должна была снять осаду крепости Бобруйск, к которой подходили массы казаков, под командованием Платова, и отходить к Минску. Где должна была соединиться с армией княжества Литовского в отдельный корпус, под командованием Домбровского. С задачей удержать Минск. И только войска генерала Макдональда, стоявшие напротив Риги, должны были остаться на месте. Прикрывая концентрирующиеся, в районе Борисова, французские войска с севера. При этом Наполеон рассчитывал, что собранных войск, в районе Борисова французских сил хватит, чтобы сдержать наступление русских войск.
Наполеон посмотрел в окно, покрытое слоем льда. Снова рассмотрел через него бредущих по колено в снегу солдат, замотанных в какое-то тряпьё и поёжился. Нет, перед началом компании он поинтересовался Россией. И ему сказали, что сильные морозы там бывают недели две. А глубокий снег от силы месяца два. Но когда в ноябре ударили сильные морозы и выпал глубокий снег, то он вызвал бывших сотрудников посольства Франции в Росиии, и поинтересовался, какого чёрта, тут это происходит. И ему, честно глядя прямо в глаза, французы, которых, по тёплой одежде и обуви на них, было не отличить от русских, ответили, что это ещё не сильные морозы. Да и снега совсем чуть, чуть. Толи дело, когда от мороза начнут лопаться стволы деревьев, а снега будет по грудь. Вот тогда всё встанет. А пока в России идёт вполне размеренная жизнь. Заставив Наполеона, ужаснувшегося от уже произошедшего, просто прийти в полную прострацию, от грядущих перспектив. И поспешить засобираться, в столь милую сенрдцу Францию. Где такие катаклизмы не возможны.
Особенно при условии, что из Пруссии, Герцогства Варшавского и Австрии уже выдвигались дополнительные войска. Причём не только неаполетанцы, пруссаки или австрийцы, но и имперские части, из состава французских гарнизонов крепостей, находящихся в Европе. Плюс отовсюду в Литву направлялись обозы. Что должно было окончательно стабилизировать, для французов, ситуацию в княжестве Литва. Позволив удержать, под их контролем, эту территорию до весны. Ведь зимой никто не воюет. И была надежда, что русские уйдут на зимние квартиры. Хотя тут была одна проблема. Буквально огромные потери в конском составе. Из-за чего в остающихся частях практически исчезла кавалерия. И пришлось бросить большое количество орудий и обозных повозок. Но ничего, весной он приведёт из Франции новую армию. Формировать которую он и отправиться. Используя резервы снаряжения в крепостях на имперской территории. Оставив командовать объединёнными войсками в Литве маршала Мюрата. А собранной у Борисова армией оставив командовать маршала Даву. Ну а его самого ждали Франция и Париж.
Эпилог 1
Фельдмаршал Кутузов, сидя в избе, на стуле, за столом с картами, внимательно выслушивал молодого гусарского офицера. В чёрном, с золотом, мундире и малиновых чикчирах[2] и с красной повязкой на рукаве, как знак быстрой идентификации. При этом на кивере этого офицера гусарского полка графа Салтыкова была не стандартная кокарда, а крест ополченческих частей. Ну а его ментик был, по-зимнему, надет поверх гусарского доломана, а не небрежно висел на левом плече. Но из-за того, что он находился в доме, в тепле, то свой башлык, в цветах полка, черный, с золотой отделкой, гусарский офицер откинул на спину, докладывая командующему:
- Ваша светлость, французы ушли за реку Березина. Заняв оборону на противоположном берегу. Для того что бы быстрее переправиться, французы возвели несколько мостов. Охраняют их солдаты в красных, с чёрным, мундирах и в белых панталонах.
- Швейцарцы, - проговорил Кутузов, посмотрев на карту западных губерний России, где были установлены фигурки солдат, разукрашенные под цвета мундиров, после чего пододвинул группу фигурок изображавших солдат противника из района Полоцка к Борисову, - Похоже корпуса Сен-Сир и Удино соединились с главными силами Наполеона. И кажеться, французский император планирует устроить нам тут новое генеральное сражение.
- Наполеона нет с войсками, ваша светлость, он передал общее командование Великой армии маршалу Мюрату, а командование собранными возле Борисова войсками маршалу Даву, - рискнул вставить реплику, с информацией, гусар. На что Кутузов, резко повернув голову, спросил его:
- Откуда такая информация, господин корнет?
- По дороге подобрали маркитантку одного из французских полков, брошенную противником, в одиночестве, на дороге. Она и рассказали эти новости из французской армии, - ответил молодой офицер, и продолжил, - Изволите посмотреть на неё? Она в сенях.
Кутузов поднялся со стула и посмотрел в окно. Где увидел, что на улице, Мари, ставшая, после того как приняла православие и вышла замуж, Марией Прохоровой, вовсю распоряжалась об организации пункта питания при штабе армии. Имея теперь в своём распоряжении не только оставшуюся при ней трофейную полевую кухню, но и походную хлебобечку и походный самовар. К двум своим фургонам, в одном, из которых, перевозился табак, спиртное и продукты на продажу, а в другом весь необходимый в походе материал. От пуговиц и заканчивая мундирами. При этом её муж заведовал обозом штаба. Поменяв офицерский чин, на чин военное чиновника, став теперь губернским секретарём по военному ведомству[3]. Ну а его жена, вовсю, пользовалась служебным положением мужа и покровительством светлейшего князя. Но с другой стороны никто не был в обиде, приобретая у неё, помимо табака, водки и деликатесов, ещё и горячую еду, свежий хлеб и кипяток. В дополнение к остальным необходимым в походе товарам. И посмотрев на открывшуюся ему картину, фельдмаршал, произнёс:
- Больная?
- Нет, ваше сиятельство, - ответил гусар, - она здорова, просто сильно истощена, и ослабла на столько, что не могла уже дальше идти.
- Понятно, господин корнет, - проговорил, повернувшийся к карте Кутузов, продолжая стоять у окна, - Ступайте, можете поесть, со своим разъездом, у полевой кухни. Передохнуть. И скорее всего вы, корнет и ваши люди мне ещё понадобятся. Так что не удаляйтесь от штаба далеко.
Гусар лихо отдал честь и, развернувшись, вышел из комнаты. А Кутузов продолжил в задумчивости смотреть на карту, с расставленными на них разноцветными фигурками, обозначавшими если уж не настоящую, то условную дивизию[4] одной из противоборствующих сторон. Позволяя нагляднее представлять обстановку на театре военных действий. И тут внимание Кутузова привлекли крики на улице. Мари радостно причитая, обнимала пожилую, худую до невозможности, измождённую женщину. В каком-то тряпье, поверх поношенного мундира французской армии. При этом сама молодая женщина, хотя и оставалась весьма стройной, заметно так раздобрела. Да и не выглядела совершенно измученной, в отличие от своей матери. Ну а её женская шубка, тёплая меховая шапка, валенки, на фоне лохмотьев пожилой женщины, выглядели верхом моды. И кивнув, Кутузов произнёс:
- Ну кому привалила его французская теща. Но это его проблемы. А нам надо решать наши, - повернувшись к находившейся помимо него в комнате Дуровой добавил, - Штаб-ротмистр Александров, насколько я понял, вы лично знакомы с маршалом Мюратом. И он в курсе, что вы моё доверенное лицо?
- Да, ваша светлость, - тут же это подтвердила Надежда, - Он сопровождал посланника Наполеона до нашего поста, а потом остался ожидать его. И видел меня, когда я принимал генерала Лористон, а потом сопровождал его, при возвращении генерала, на французскую сторону.
- Замечательно, господин штабс-ротмистр, замечательно, - кивнул Кутузов, - Тогда я напишу письмо Мюрату, как Неаполитанскому королю. Официально, с предложением покинуть территорию Российской империи, и по выходе из её пределов начать переговоры о мире.
- Но, ваша светлость, вы же Лористону сказали совсем другое... - с удивлением в голосе начала было говорить Дурова, но осеклась, а Кутузов с суровостью в голосе произнёс:
- Подслушивали, господин штаб-ротмистр?
Надежда смущённо кивнула, а Кутузов, хмыкнув, проговорил:
- В воспоминаниях своих, господин штаб-ротмистр, укажите, что это от Лористона узнали. В личной беседе. Так все авторы воспоминаний делают, чтобы не быть хуже окружения. А так, то, что вы либо официально озвучите, либо официально, в случае необходимости, подтвердите, не означает, что только это будет в письме. Там будет ещё и написано, что и он Неаполитанский король и его супруга Неаполитанская королева должны понимать всю шаткость положения Наполеона. И должны понимать, что если они будут с ним, то потеряют свой трон. Но пока есть возможность, всё переиграв, сохранить и свой трон, и свои титулы. И там будет приписка, что я советую Мюрату, уточнив у вас, господин штаб-ротмистр, официальное предложение, громко возмутиться, сказать, что он отказывается и кинуть письмо в огонь.
- Предлагаете предательство, - Дурова внимательно посмотрела на Кутузова, - Я не уверен, ваша светлость, что Мюрат пойдёт на измену Наполеону.
- Ваша светлость, ваша светлость, засияю скоро, - пробурчал Кутузов, - Нет бы государю, дать мне титул Наитемнейшего князя, все бы обращались ваше темнейшество. И это бы больше ситуации соответствовало. И понимаете, господин штабс-капитан, предают не тогда, когда, в открытую, это делают. Предают в тот момент, когда для себя решают, что это возможно. Потом просто ждут подходящего момента. И маршал Марат, по моим оценкам, слишком честолюбив, чтобы потерять право быть королём. И это мы ещё не говорили про честолюбие, и желание быть королевой, у его супруги. Которая к тому же весьма решительная женщина. Так что думаю, первый камень мы вполне можем кинуть. А там как пойдёт. Вы меня поняли господин штаб-ротмистр. Особенно то, что про эту часть письма вы якобы не знаете. Возьмёте гусар полка графа Салтыкова, горниста для подачи сигналов и белый флаг. И оденьтесь потеплее. Не забудьте шинель, башлык, варежки, валенки. Пусть французы проникнуться и обзавидуются.
- Да ваша светлость, понял. Выполню, - тут же произнесла Дурова, - Когда отправляться?
- Как только я Мюрату письмо напишу, так и отправитесь, господин штаб-ротмистр, - ответил Кутузов, - А пока отправьте посыльных к командующим армиями, ну и командирам корпусов, включая и генерала Витгенштейна, с приказом прибыть всем послезавтра, к полудню, в Главную Квартиру, на совет. При этом генералу Витгенштейну вести свой корпус к Борисову скорым маршем.
- Сражение будет, ваша светлость, - тут же поинтересовалась Дурова. На что Кутузов произнёс:
- Похоже, этого не избежать, господин штаб-ротмистр. И надо собрать силы, - после этого Кутузов посмотрел на карту с выставленными на ней фигурками и, указав на них подбородком, добавил, - Да и пора мне уже, пожалуй, молодым дорогу уступать, пусть командуют в сражениях. Благо сражение как раз подходящее, под темперамент Багратиона. Наступательное, и требующее натиска и решительных действий. С обязательными неожиданными манёврами. А я, пожалуй, вспомню, что вообще-то главнокомандующий, и буду только в настольные игры играть. А сейчас, господин штаб ротмистр, распорядитесь, что бы мне принесли письменные принадлежности. Нужно будет заняться эпистолярным жанром. Что бы и намекнуть прозрачно и дать возможность Мюрату не попасться.
Эпилог 2
Война, получившая в отечественной историографии названия как Отечественная война 1812-1813 годов и Зарубежный поход русской армии 1813-1816 годов, шла к своему логическому завершению. Совместная, союзная армия приближалась к Парижу. Хотя эта, шестая, коалиция, в которую помимо России первоначально пошли только Швеция, Великобритания и Португалия, сложилась не сразу. А только весной одна тысяча восьмисот тринадцатого года. Не смотря на победу русской армии под командованием Багратиона на Березине и отступлению французов к Минску, прибытие трёх новых корпусов на фронт, по одному из войск Неаполитанского королевства, Пруссии и Австрии, а также большого количества небольших подразделений из Герцогства Варшавского, которые лично Наполеон направил в России, будучи в этих странах проездом, не позволили переломить ситуацию. Хотя Минск русские войска и освободили. Но Вильно и западные районы Белоруссии занять не получилось. Чему способствовало поражение войск генерала Сакена у Волковыска. И до весны тринадцатого года, русская армия, ослабленная большими переходами и сражениями, простояла западнее Минска. Только совершая рейды, в том числе и егерями на лыжах, к Вильно, Гродно и Белостоку. Где и концентрировались французские войска. Включая и полк гаитянских негров в составе армии Неаполитанского королевства. Правда, этот полк был очень быстро разбит. В большинстве своем, сдавшись в плен и отправленный в тыл. Где русская аристократия тут же разобрала негров для службы у себя в качестве лакеев. Но всё равно картина лежащих на белом снеге чернокожих людей тогда шокировала многих.
Правда, к этому моменту Кутузов уже отошёл от непосредственного участия в боевых действиях. Его Главная Квартира разместилась в Минске, куда, кстати, прибыл и император Александр I, с наблюдателем от британцев. И помимо того, что фельдмаршал двигал фигурки дивизий по карте, он стремился ещё и решить политические проблемы. Противник начал отступление, будучи более сильным, а русская армия начала наступление, имея меньшую численность войск, чем в иной истории. И французы смогли сохранить достаточную силу войск, что бы не пустить русские войска в Герцогство Варшавское. Хотя за зиму русская армия восстановила свою численность и уже в феврале начала наступление. Разгромив в трёх сражениях противостоящие ей войска. Кроме прусаков и австрийцев. Которые благодаря письмам Кутузова, тоже доставленных Дуровой, сразу же, по началу русского наступления, объявили о своём нейтралитете и поспешили уйти на свои национальные территории. А русская армия вступила на территорию Герцогства Варшавского. Именно тогда и была сформирована новая, шестая по счёту, антинаполеоновская коалиция. К которой чуть позже присоединилась и Пруссия. В которой началось восстание против Наполеона. Сначала восстал народ, начав формировать своё ополчение. Потом к ним присоединились и прусские войска. А при подходе русских войск к Бреслау, присоединился и прусский король. Объявивший Франции войну и присоединившийся к шестой коалиции. Австрия, формально продолжавшая находиться в состоянии войны с Россией, держала войска на своей территории, которую русские части не пересекали.
Ну а потом, из Саксонии, началось наступление вновь созданной Наполеоном армии. Которая, выиграв несколько полевых сражений, у русско-прусских войск смогла вернуть Бреслау и дошла до Люблина. Сняв осаду русских войск с крепости Замостье. Правда к этому моменту на фронте появились и шведские войска. А австрийцы продолжали всячески не участвовать в боевых действиях. А потом выступили с инициативой о перемирии. Которое было заключено летом тринадцатого года и продлилось до весны четырнадцатого. Когда Наполеон нарушил это перемирие, начав наступление против войск союзников. Правда, к этому моменту французские войска в Испании потерпели поражение. В результате вся Испания, уже официально присоединившаяся к коалиции, оказалась освобождена от них и союзные войска вступили на юг Франции. В этот момент Наполеон и попытался решить вопросы на востоке и перебросить войска в Испанию. Но это вызвало то, что Австрия объявила войну Франции, присоединившись к коалиции. В результате битве под Люблином, получившим название Битвы народов, французы потерпели поражение. А прямо на поле битвы на сторону союзников перешли, поняв, что французы проигрывают сражение, Неаполитанское королевство, королевства Саксония и Вюртемберг. И в Италии образовался новый фронт. Который возглавил Неаполитанский король Мюрат.
Но вот мятеж во Франции, в котором приняли участие и родственники Наполеона, так и остался мятежом. Так как мятежники проиграли. В противном случае мятеж получил бы более звучное название. Восстание там, или даже революция. Но Наполеон помня, как французы, в первые годы своей революции, на волне национального подъёма умудрялись побеждать армии, окружающих их врагов выдвинул лозунг "Империя в опасности". И объявил тотальную войну. Мобилизовав всех, кого можно, и выдвинув на фронт национальную гвардию. Сумев остановить войска союзников в Пиренеях, Альпах и на Рейне. При этом в этот момент у Франции оставался только один союзник Дания. Датчане очень сильно были обижены на британцев за уничтожение своего флота и бомбардировку столицы. Без объявления войны к тому же[6]. Ведь к этому моменту даже Северо-Американские Соединённые Штаты завершили свою войну с Англией[7].
И тут своё настоящую сущность выказала Австрия. Снова выступив с предложение о перемирии и проведении Венского конгресса[8]. Наполеон сделал Австрии такие предложения, что австрийский двор был готов перейти на сторону Французской империи. Перемирие было заключено, и начался Венский конгресс. В результате там сразу определилось три позиции. Австро-французская, русско-неополитано-прусская и британо-испано-португальская. Первые говорили об отречении Наполеона и об его регентстве при малолетнем сыне. При этом вся Италия отходила Австрии. А Франция сохраняла Голландию и часть Германии. Британцы, испанцы и португальцы говорили о Франции Бурбонов и границах, для Франции, 1789 года. Ну и вообще о границах государств, западнее Пруссии и Австрии на это время. Кроме австрийских Нидерландов[9], которые должны будут отойти королевству Нидерланды. Ну а третья сторона больше исходила из сложившейся ситуации, хотя тоже были настроены уменьшить Францию до дореволюционных границ и поделить выморочные территории. Но видели королём Франции Эжена де Богарнэ. В общем, не договорились. И Австрия, весной пятнадцатого года, перешла на сторону Наполеона. При этом в саксонских частях, находившихся под командованием прусской армии, произошло восстание[10]. Увенчавшееся успехом. И Саксония тоже стала союзником Франции.
Союзным войскам пришлось отходить за Одер, Итальянский фронт союзников был разгромлен. А французские войска, вместе с австрийцами перешли Пиренеи. Но была сформирована новая коалиция. Седьмая по счёту, куда вошла и Турция. И именно турецкая армия в третий раз осадила Вену. Правда теперь в составе коалиции европейских держав. И в результате боевых действий, к осени пятнадцатого года, Австрия оказалась разгромлена и поделена между союзниками. Которые снова вошли в Италию. На трон Неаполитанского королевства снова вернулся Мюрат. Снова возглавив Итальянский фронт. Союзные войска, в Испании, отразив вторжение, снова оттеснили французов за Пиренеи. И вначале одна тысяча восьмисот шестнадцатого года союзные войска сразу в трех местах пересекли французскую границу. И к весне этого года совместная союзная армия приближалась к Парижу. Стремясь поставить точку в этой войне.
И вот в тылу русской армии, выдвигавшейся к Парижу, пылил по дороге обоз Главной Квартиры. Что бы успеть войти в столицу Франции сразу же за войсками, которые должны были разгромить гарнизон Парижа. А следом, в этот город, должен был торжественно въехать русский император. Для этого Кутузов, сделав вид, что собирается обойти Париж с севера, главными силами заставил Наполеона, с оставшимися частями своей армии, выдвинуться на северо-восток Франции. При этом имевшиеся там части двух союзных армий, под командованием прусского фельдмаршала Блюхера и русского фельдмаршала Багратиона, не принимая генерального сражения стали отходить. Как бы к армии, которая противостояла войскам Дании, и была под командованием шведского принца Бернадота[11]. Что бы, якобы, соединиться с ней. И только тогда дать Наполеону генеральное сражение. Но, на самом деле, только отводя французские войска от Парижа. Взятие, которого позволило бы блокировать Наполеона на северо-востоке его страны. И делая беззащитными южные регионы Франции. И Кутузов, быстро собрал разрозненные части, в единую армию, под командованием фельдмаршала Барклая-де-Толли. Численностью более ста тысяч человек. Включив туда помимо пятого армейского корпуса, созданного на основе гвардейской пехоты, и первого кавалерийского корпуса, созданного на основе гвардейской кавалерии, ещё казаков и Платова. Ну, для компании добавив к ним ещё прусский и вюртембергский контингенты. А также части других союзных войск и русских армейских частей и ополчения. В том числе и русско-германский легион[12], под командованием генерал-майора русской службы фон Клаузевица. И вся это сборная солянка, возникшая для французского императора буквально неоткуда, скорым маршем двинулась к Парижу с востока. Прикрываясь, от возможного удара Наполеона войсками Багратиона. Который, совершив маневр, пошёл в обход французской армии. Создавая ей угрозу с фланга. Ну а возникшая, буквально в пустоте, армия Барклая-де-Толли двинулась на Париж. А вместе с ней и двигался русский император, в сопровождении двух братьев, Николая и Михаила, которых в качестве пажей сопровождали лицеисты из первого набора в Лицей, и главнокомандующий всеми союзными войсками. В кои веки, везя в русском обозе, в Париж, нового французского короля, Эжена де Богарнэ.
И по пути Кутузов, ставший у молодых великих князей преподавателем тактики, и которого сопровождала Дурова, ставшая ротмистром и обзаведшаяся ещё и орденом Святой Анны, вёл разговоры с ними. В данном случае подняв вопрос о необходимости, дабы не отстать в военном отношении, преобразований в государстве. Что бы не стать лёгкой добычей, для конкурентов. Уверяя, что скоро винтовки станут стальными, нарезными и капсульными. А чуть позднее и казнозарядными. И когда великий князь Николай Павлович поинтересовался, как это может быть, то Кутузов описал игольчатую винтовку Дрейзе[13]. Добавив, что потом появиться и подобная артиллерия. Стальная, нарезная, казнозарядная, с клиновыми затворами. По типу затворов, существовавших у пушек Ивана Грозного. Но теперь намного более скорострельная. И с готовыми зарядами, помещаемыми в стальные стаканы, с капсульными трубками и установленными на них капсюлями. Описав, в качестве примера, "кофемолку Эджера"[14], времён гражданской войны в США. Когда движениями рукояти можно сначала извлечь отстрелянный зарядный цилиндр. Подать из раструба следующий и произвести выстрел. В это время другие номера расчёта могли бы заряжать как пустые цилиндры, так и само орудие. Вставляя снаряженные цилиндры в раструб сверху, над орудием, откуда они будут смещаться в казённик.
И на замечание Михаила Павловича, что это дорого, Кутузов поспешил заострить внимание, что для создания и удешевления подобной техники просто необходимы паровые машины, что бы они двигали, как молоты, так и различные механизмы, паровозы и пароходы. Так как именно паровозы и железные дороги для них, позволят быстро, и относительно не дорого, связать главные речные артерии страны. По которым будет необходимо пустить пароходы. Что смогут быстро и гораздо дешевле массово перевозить людей и грузы. И вообще в военно-морском флоте будущее за пароходами. Которые смогут лучше противостоять природным явлениям. А если большие из них обшить бронёй, то получаться малоуязвимые для пушек броненосцы. Ну а небольшие и быстроходные пароходы можно будет вооружать шестовыми минами, превратив их в опасные для любого флота, в том числе и британского, миноносцы. Правда, которые можно использовать только у своего берега. Но которые будут опасны даже для броненосцев. К этому моменту к их обществу приблизились император Александр Павлович и ехавший рядом с ним Эжен де Богарнэ. В форме французского генерала и со своей саблей, в золочёных ножнах. И услышав, про броненосцы и миноносцы, русский кандидат на французский престол несколько приуныл, хотя и слушал очень внимательно. Особенно когда Кутузов начал говорить об управляемых по проводам минных полях. Ведь очень много проблем у Французской Империи как раз и возникло из-за того что у неё флота не было, а у британцев он был.
При этом Кутузов продолжил рассказывать об технических новинках, которые, по его мнению, скоро завоюют мир. В частности, скоро взамен оптическому телеграфу появиться электрический телеграф. Который свяжет проводами весь мир, в том числе его кабели проложат по дну океана. И можно будет вести беседы по телеграфу. Например, с командующим русскими войсками, где-то возле Нерчинского острога. И передавать необходимые сообщения, практически мгновенно в любую точку мира, если там будет аппарат. Но для того что бы это было доступно будет необходимо много стали и паровых машин. Для чего массово нужны не просто образованные люди, а технически грамотные люди. И для их образования необходимо будет массово создавать технических училищ. И вообще все люди должны быть свободными. Крепостное право необходимо отменять. Как и сословное общество, с лишение дворянства вольностей. Заменив владение землёй денежным жалованием, собираемым с крестьян. Но жалование должно быть положено именно за службу.
На что оба юных великих князя, да и часть лицеистов, буквально завопили, что дворянство, это опора трона. На что Кутузов напомнил, что Пётр Великий искал и нашёл опору в других слоях общества. Которое сейчас, в России не соответствует времени, и если не хотите получить революцию снизу, то извольте проводить, подобно Ивану Грозному и Петру Великому революции сверху. И станете в один ряд с ними, как величайшие правители России. А для этого необходимо освободить крестьян, с землёй. Давая им землю в Сибири. Одновременно начав стратегическое движение государства в Маньчжурию, и в Среднюю Азию. Но с последней будут сложности, все удобные земли там заняты. А вот в Маньчжурии нет. И места там пустынные, но для русского крестьянина вполне подходящие. А пароходы и железные дороги помогут быстро перебросить людей на восток. В том числе и войска. При этом паровые, винтовые торговые суда окажутся менее подвержены, воздействию стихии. А если ещё и будут железные, то ещё и смогут служить долго. Обеспечивая связь с восточными владениями государства. Плюс необходимо развивать как внутреннюю торговлю, повышая благосостояние своих подданных, в первую очередь крестьян, так и внешнюю торговлю. Развивать национальный торговый флот. И нужен путь из Чёрного моря на Тихий океан. А это необходимо взять по контроль проливы и восстановить Суэцкий канал. Который был построен во времена фараонов. Просуществовал пару тысяч лет и был засыпан с тысячу лет назад по приказу одного из предводителей арабов.
Что тут же вызвало вопросы молодёжи по поводу существования этого канала. На что Кутузов тут же отослал их к Эжену де Богарнэ, как человеку, который его видел. И заметив удивлённый взгляд на лице француза уточнил, что он имеет в виду ров, в районе Каира, глубиной несколько метров и шириной метров двадцать пять. И который уходит в пустыню, теряясь в ней. И который Богарнэ должен был видеть, будучи в Египте. Тот подтвердил, что действительно там есть такой ров. И француз тут же стал целью юношеских расспросов об такой неведомой стране как Египет. А к Кутузову, возле которого верхом ехала Дурова, подъехал русский император, который до этого держался несколько в стороне, слушая, но, не вступая в беседу. При этом Александр Павлович неодобрительно посмотрел на Дурову. Как и предупреждал Кутузов скандала, как только вскрылась её половая принадлежность, избежать не получилось. Но его быстро замял Кутузов, дав всем понять, что это не их дело, и даже не его, а решение кого-то повыше. Демонстративно подняв указательный перст к потолку. Добавив, он и так знал об этом, вопиющем факте, но подчиняясь воле вышестоящихъ помалкивал. Что и другим советует. И эти намёки тут же загасили скандал, из опасения оказаться в немилости. Как у Кутузова, так и у кого-то повыше. А сама молодая женщина выпустила первую часть "Записок кавалер-девицы". Заканчивающихся началом боя у Шевардино. И обещала выпустить и вторую часть, уйдя в отставку после окончания войны. И вот теперь посмотрев на ротмистра Литовского уланского полка, Александр Павлович покачал головой, и, обращаясь к Кутузову, произнёс:
- Ваша светлость, а не находите ли вы что предлагаемые вами идеи противоречат основным постулатам моего правления? Да и мне очень хотелось бы, что бы с нами был представитель Британии, при моём дворе. Но, вы его куда-то отослали, и он так нас и не нагнал. А это необходимо что бы для сохранения мира и спокойствия мы поддерживали баланс сил и интересов, в Европе.
На что Кутузов тяжело вздохнул и произнёс в ответ:
- Ваше величество, а британцы, немцы и прочие шведы об этом знают? Или они проводят взвешенную политику в своих интересах, пользуясь таким отношением к политики русского царя? Я старый, опытный человек, многое пережил и могу говорить прямо в глаза. Вся эта европейская мразь только и хочет, чтобы Россия всё сделала за них своими силами, и в их интересах, а потом, не заикаясь о своих, убралась в медвежий угол. А надо защищать свои интересы и интересы своих союзников, если они совпадают с нашими. И признаюсь это, что британский представитель отстал от нас и не может нас догнать, сделано специально. Что бы, вы государь, могли все сделать для интересов своего государства, не оборачиваясь на интересы Британии.
На что Александр I в сердцах ответил:
- Но это приведёт к новой войне, неужели, вы, ваша светлость, это не понимаете!
На что Кутузов произнёс:
- Ваше величество, я старый солдат и не знаю слов любви, - от чего Дурова украдкой рассмеялась, а Кутузов про себя подумал, "а точнее старый пират и не знаю слов "лицензионное соглашение", но продолжил, - А её не избежать. Хотя бы из-за роста национализма в разных странах, стремящимися стать едиными государствами. Такими как Италия, Германия, Венгрия, Польша. Войны будут и очень скоро. И нам не надо брать такие народы в состав России. Вот чехов и словаков можно. Поляками пусть немцы занимаются. А России необходимо поделить, с Данией и Пруссией, Швецию и сделать Северную Балтику своей внутренней акваторией.
- Это можно будет всё задавить, ваша светлость. Если пороть и стрелять, то можно подавить любой бунт, - подняв подбородок, произнёс император.
- Не любой, ваше величество, далеко не любой. Франция этому научила. Да и если что-то не можешь предотвратить, то необходимо это возглавить. Необходимо не пресекать такие выступления, в угоду своим врагам, а наоборот помогать им у врагов. Поднимая тех же ирландцев и шотландцев в Британии. Британцы так и будут поступать по отношению к другим.
- Это же не благородно и не достойно приличного человека, ваша светлость.
- Моя страна может быть и не права, но это моя страна. Да и когда приличие останавливало британцев, ваше величество? - произнёс Кутузов, вызвав усмешку у Богарнэ, который подъехал поближе, а фельдмаршал продолжил свою мысль, - Главное правило британцев заключается в том, что у них нет постоянных друзей, а есть постоянные интересы. От сюда и наши последние войны с Турцией, Ираном и Японией. Что произошли с их подачи. Причём, эти войны шли, когда мы с ними, являлись союзниками против Франции. И в Европе они, это реализуя, натравливая всех остальных на самое сильное европейское государство. Вот сделаем сильной Германию. И оставим сильной Францию. И пусть британцы стравливают их и заставляют их враждовать друг с другом. А мы пока посидим в сторонке и будем развиваться. Но для этого необходимо оставить Наполеона на свободе. Пусть побудет пугалом для британцев. И сделать его высочество королём Франции. Он патриот своей страны, и не будет марионеткой Британии, в отличие от Бурбонов. И вновь сделает Францию великой. Проводя политику в русле изменений, проводимых своим отчимом. А тот будет сидеть в Неаполе, у своей младшей сестры.
И пока фельдмаршал это говорил то их кавалькада обогнала фургон на облучке которого сидела Мари, поклонившаяся проезжавшим мимо. При этом рядом с молодой женщиной сидела девочка лет двух. В тёплом платье, теплых чулках, с ботиночками на ногах и шляпкой на голове. И которая сосредоточенно занималась сухарём в своих ладошках. Совершенно не обращая внимание на проезжавших мимо неё, знакомых ей с рождения людей. Что она русского императора великих и светлейших князей не видела, что ли. Ну а её бабушка в это время вовсю распоряжалась чуть впереди возле трофейной полевой кухни, на которой красовался двуглавый орёл и виднелась надпись: "Поставщик его императорского величества", и полевой хлебопечкой, с таким же орлом и надписью. Армия шла вперёд, но для неё уже готовилась еда, и выпекался хлеб. Что бы покормить желающих на привале. Но стоило Кутузову замолчать, как Эжен произнёс:
- Я ещё не дал согласие, на это, ваша светлость. Я продолжаю быть верным своему императору!
На что Кутузов, кивнув, произнёс:
- Мы, с его величеством в курсе, что вы, ваше высочество, верны своему слову. В отличие от тех же британцев. Которые ради выгоды могут и взять слово назад. И вопрос касается не сейчас. А когда мы возьмём Париж, и ваш отчим вынужден будет капитулировать. А после этого мы озвучим это предложение вашим близким женщинам, маме, вашей жене и вашей сестре. Они точно не откажутся быть матерью короля, сестрой короля и королевой.
- Вы не находите, ваша светлость, что это довольно подлый ход? Задействовать в своих интересах моих близких, - в сердцах проговорил Богарнэ. На что Кутузов произнёс:
- Вы нужны Франции, ваше высочество, иначе на трон Французского королевства сядет британская марионетка из Бурбонов, - после чего фельдмаршал улыбнулся и добавил, - Ну а по поводу такого хода, вы французы сами говорите, ищите женщину. Вот я их и нашёл, причём сразу троих, которые и объяснят вам, ваше высочество, всю глубину ваших заблуждений. Хотя в Древнем Риме говорили, ищите кому выгодно. Так что решайте, ваше высочество. Кто будет править Францией, вы или британская марионетка.
И тут в беседу снова вступил Александр I, который сказал:
- Вы, ваша светлость считаете, что бывший французский император, будет обитать в Неаполе, у своей сестры. У этой мятежницы, для него?
- Боюсь дело выглядит гораздо сложнее, ваше величество. Семья для корсиканцев на первом месте. Наполеон не казнил мятежных родственников. И он даже дал уйти Мюрату, с семьёй, когда договорился с австрийцами и те заняли Неаполь. И думаю сейчас, после окончательного поражения и низложения, он переберётся, в изгнание, туда. Место, которое он сам и организовал, договорившись с сестрой, как безопасное для себя, в случае полной своей неудачи. И только своим существованием, бывший французский император, будет создавать угрозу Британии. Как создавал угрозу Риму, только своим наличием Ганнибал.
- И нам он тоже будет создавать угрозу, - напомнил русский император. На что Кутузов произнёс:
- Мы далеко, а Британия гораздо ближе, ваше величество, - напомнил Кутузов, - К тому же, если гарантом величия Франции будем мы, то этим обезопасим себя от действий Наполеона. К тому же территориальные изменения в Европе, после того как развалилась Австрия, оставшись только герцогством, и проиграет Французская империя, всё одно приведут к весьма скорым новым войнам. Ведь по окончании войны нам необходимо сделать независимые Венгрию, Хорватию, Венецию и Пьемонт. Польские земли отдать Пруссии. Трансильванию передать Турции. Земли русин, Богемию и Моравию забрать в вашу империя. Всё это в любом случае вызовет противоречие в Европе. И нам придётся в перспективе с Данией и Пруссией делить Швецию. А совместно с Францией уничтожить Турцию. Думаю, вопрос проливов мы сможем решить. В то время как Франция займёт весь северный берег Африки. От Алжира и до Египта. Если бы Наполеон стал реализовывать этот проект, вместо вторжения к нам, то он бы уже и завершился, и Индия была бы под его угрозой.
При этих словах Кутузова Богарнэ задумался, и стал отставать и его тут же оттеснили, в сторону, великие князья и лицеисты, а фельдмаршал продолжил:
- Потом мы, ваше величество, потеснить Персию. Вернув назад в империю переданные ей земли, на юге Каспия. И вообще России пора решить вопрос с Турцией, сыграв на национальных чувствах тех же греков, армян, курдов, славян. Дав им создать свои национальные государства, как например туже Киликийскую Армению. И занять проливы. Хотя бы один берег в них из двух. В крайнем случае, это восточный берег Босфора, и Галлипольский полуостров в Дарданеллах. И решить вопрос с каналом в Египте. После этого необходимо развивать наши владения на востоке. И это не только Аляска, но и Калифорния, слышал, что поговаривают, что возле Форта Росс есть золото[15]. В речке прямо рядом с фортом. В там его много, очень много. И нужно занимать Гавайи[16]. Ну и надо выгонять маньчжур за Китайскую стенку. Раз это естественная граница Китая, установленная самими китайцами. А Маньчжурию занимать и заселять русскими крестьянами. Благо земля там довольно неплохая. И пару десятков миллионов крестьян прокормит. Да и вообще нам, как бы, выгоднее наличие напряжённости в Европе, чем его отсутствие. А, то есть риск, что она опять объединиться, причём против нас. А оно нам надо? Нас русских, тут в Европе, всегда будут либо бояться, когда мы будем сильными, либо презирать, когда мы будем слабыми. Из этого отношения европейцев и надо исходить. Всегда быть сильными. По мне пусть лучше бояться. Если не хотят жить в Евразии от Лиссабона и до Анадыря, то буду жить в Азиопе от Анадыря и до Лиссабона.
- А вы, ваша светлость, не боитесь попасть в немилость к своему государю? Который хочет мира и стабильности, - прямо смотря в глаза Кутузову, спросил русский император. Под хихиканье лицеистов, которым сказанное фельдмаршалом, про Азиопу, показалось забавной шуткой. На что главнокомандующий, не отводя взгляда и подумав, "монархия могла бы показаться идеальной формой правления, но там всё портят монархи", ответил:
- Я не боюсь, ваше величество, я уже давно ничего не боюсь, вон черти из ада давно челобитные пишу, что я на службу не являюсь. Но пусть уж они потерпят. Но скажу прямо, главная задача элиты, это обеспечивать поступательное развитие страны. Причём в нужном русле. И британцы такую элиту себе готовят. Причём верную своей стране, а не бредовым идеям, которыми они же и заражают нашу молодёжь. Тем же либерализмом, например. Для которого в России нет базы, нет основы, - при этих словах, подъехавшие было к ним лицеисты, недовольно загудели. Причём особо громко возмущался некто Пушкин, и которому Кутузов откровенно благоволил и выказывал своё расположение, всячески подчёркивая его значимость, особенно в присутствии великих князей.
Но фельдмаршал, повысив голос, продолжил:
- Либерализм гибелен для России, из-за её погодных условий. Одиночки тут не выживут, только община, только государство позволит пережить те же зимы. А британцы будут отравлять неокрепшие умы молодежи этим гибельным, для нас бредом. А не всё, что здорово, для британца, пригодно в России. У нас климат другой. При этом сами британцы чётко следуют заранее определённым планам, для достижения давно назначенных целей. При этом британская элита верна своей стране, а не затискивается перед другими. И если уж брать пример с Британии, но надо не обезьянничать не имеющие практического значения, и порой не нужные, внешние атрибуты, а понимая и перенимая саму суть процесса. Готовя у себя подобную британцам элиту нам. Элиту, которая бы понимала, что сейчас поступательное развитие страны могло бы обеспечить только развитие культуры, образования и промышленности. А иначе это не элита, а элитка.
- Что, учить крестьян? - недовольно произнёс русский император. Услышав в ответ:
- Обязательно, ваше величество. В будущей войне будет побеждать школьный учитель. Там, где народ будет более грамотным, солдаты будут лучше подготовлены, лучше вооружены и экипированы.
- Дворяне будут против, - недовольно смотря на Кутузова, проговорил Александр I, - Будет покушение на меня. Как было на отца.
- После победы над Наполеоном навряд ли. И пока она не забылась, вам ваше величество, необходимо найти опору. И это не поместное дворянство, тем паче не курляндское и прочее немецкое поместное дворянство. А скорее разночинцы. Необходимо вводить понятие гражданин империи вместо подданный. Убирать сословия. Уравнивая всех в правах и обязанностях. В том числе и по службе.
На что, русский император, поморщившись, произнёс:
- Ваша светлость, многие меня не поймут, если начать какие-то изменения. Ведь зачем они нужны, эти изменения. Ведь и так всё хорошо. Мы же победили.
- Нет, ваше величество, далеко не всё хорошо. Да и если кто-то и может говорить, что он победил в этой войне, то это только русский народ и только русский солдат. Которые своим самопожертвованием доказали своё право считаться победителями. А вот остальным супостат указал, что даже Москва уязвима для наступления европейских армий. И такое положение сохраниться пока Россия не будет превосходить своих соседей. А для этого необходимы преобразования. И отмена крепостного права, с наделением крестьян землёй, причём всей, как божьего достояния, с разделом земли по едокам, это только первый шаг, из необходимых, для истинного величия вашей империи, шагов
Александр Павлович поморщился и произнёс:
- После победы мы, ваша светлость, подумаем, о вашей судьбе. Но пока командуйте.
На что фельдмаршал склонил голову и произнёс:
- Как вам будет угодно, ваше величество. Но, в поверженном Париже, не надо вести себя как будто это они нас победили. Может быть, и стоит быть галантными, с их женщинами, и добрыми, с их детьми. Но платить французов надо заставить. Платить и каяться, каяться и платить. В этом мы должны быть непреклонными, ваше величество.
В ответ Александр I недовольно фыркнул и дав коню шенкеля, а император мог позволить себе ездить на жеребце, в бою ему всё равно участие не принимать, молча умчался вперёд.
[1] Последний раз на территории России французы, именно этими силами, выиграли сражение 4 ноября, по новому стилю. Разгромив войска генерала Сакена возле Волковыска. Заставив его отступить к Брест-Литовскому. Но это не спасло французов от захвата Минска, в этот же день войсками адмирала Чичагова. Который оперировали восточнее войск генерала Сакена.
[2] Чикчиры - название брюк в гусарской форме. Доломан, это гусарский мундир. Ментик, теплая куртка, вдеваемая в рукава в холодный период, а по теплу периоду носимая на левом плече.
[3] В России имелась возможность поменять свой чин по военному ведомству, на соответствующий по рангу, согласно, одноимённого табеля, чин в других ведомствах. Подпоручик это 12 ранг, согласно табелю. В чиновничьем аппарате ему соответствовал чин губернского секретаря. При этом военные чиновники в армии были делопроизводителями, казначеями, интендантами, техниками, врачами. Выполняя различные функции в обозе. Где офицеров по определению быть не могло.
[4] Условно дивизия, в то время, это две отдельные бригады или четыре отдельных полка. Чисто теоритический военный термин, предназначенный для общей, чисто теоретической оценки сил противостоящих сторон.
[5] Стремление сестры Наполеона, Каролины, супруги Мюрата, сохранить свой королевский титул, с данной ею властью, и привели Мюрата к предательству Наполеону. Однако он, после победы над последним, поддался на провокацию, и, проиграв Австрии, лишился королевства.
[6] В начале XIX века Великобритания дважды (в 1800 и в 1807 годах), без объявления войны, но силой лишали Данию флота. При этом, в 1807 году, обстрелу подверглась столица Дании, Копенгаген. Оба раза Дания лишалась имевшихся у неё кораблей. А подобные мероприятия британского флота получили термин, копенгагирование.
[7] Англо-американская война 1812-1815 годов
[8] Зимой 1813-1814 годов, из-за позиции Австрии, чуть было не распалась шестая коалиция.
[9] Территория современной Бельгии и Люксембурга. Находившаяся под контролем Австрии в 1713-1794 годах. До этого с конца XVI века так называемые Испанские Нидерланды.
[10] Событие имело место 1 мая 1815 года.
[11] Король Швеции Карл XIV Юхан, с 1816 года.
[12] Первоначально имел, в своём составе, 4 пехотных полка, 2 кавалерийских полка, рота егерей и две артиллерийских роты, всего более 8700 человек. Формировался на основе перебежчиков из армии Наполеона, пленных, немецкой национальности, а также этнических немцев, но подданных России, из Прибалтика и Поволжья. В хоте войны получил, в свой состав, контингенты небольших германских государств, увеличив свою общую численность до 12500 человек.
[13] Игольчатая винтовка Дрейзе была сконструирована в Пруссии в 1844 году. И была сразу же засекречена. Но была принята на вооружении и производилась. Но при этом не поставлялась в войска, а изготовленные экземпляры, собираясь в арсеналах. Впервые была применена лет через двадцать после своего создания. В войнах Пруссии против Дании и Австрии. Где она показала себя самой совершенной винтовкой середины XIX века.
[14] Сленговое название скорострельной одноствольной пушки времён гражданской войны в США.
[15] Форт Росс был основан в 1812 году.
[16] В 1816-1817 годах на Гавайях существовало несколько русских укреплённых поселений. В основном земляных, но имелся и каменный Форт Елизаветы.
[16] Шенкель, в кавалерийской посадке: часть ноги ниже колена (икра), прилегающая к бокам лошадей. Служит для управления последней.