Иногда город напоминает мне большую корпорацию. Все бегут по своим делам, пока у кого-то не случится «системный сбой». Он сел в машину возле офисного центра. Молодой парень, лицо серое от усталости.
— Любую улицу, где тихо, — пробормотал он, глядя в пустоту. Я повёз его по набережной. Он молчал минут десять, а потом его будто прорвало.
— Год готовили проект. Всё летело в тартарары. Я три дня не выходил из офиса. Руководитель сказал: «Соберись, тряпка!». А я не могу. Я просто не могу. Я кивнул, глядя на дорогу. Я был тем самым руководителем. Я говорил эти слова. И сейчас мне было стыдно. — Вы знаете, — сказал я медленно, — у компьютеров есть такая штука — принудительная перезагрузка. Когда система зависает, её нельзя заставить «взять себя в руки». Её нужно выключить. Дать остыть. И только потом включить снова. Он смотрел на меня, и в его глазах было недоумение.
— Вы о том, что мне нужно поспать?
— Я о том, что вы — не компьютер. И «собраться» — это не решение. Это игнорирование проблем