– Представь, у меня дома мышь кошку троллит! – улыбнулся Антон
Борис отхлебнул из кружки дымящийся чай и удивленно посмотрел на своего друга, Антона. Они сидели на кухне, в квартире Антона, и обсуждали последние новости. Антон, как всегда, был полон невероятных историй.
– Как так? – спросил Борис, приподняв бровь.
Антон откинулся на спинку стула и с загадочным видом произнес:
– Да сыр в мышеловке валерьянкой мажет.
Борис чуть не поперхнулся чаем.
– Ты серьезно? Валерьянкой?
– Абсолютно! – заверил Антон. – Я сначала не понимал, почему Мурка целыми днями сидит возле мышеловки и мурлычет. Думал, наконец-то охотничий инстинкт проснулся. А потом увидел.
– Увидел что?
– Мышь! Сидит, как ни в чем не бывало, возле мышеловки, мажет сыр валерьянкой и хихикает! Ну, я так думаю, что хихикает. У мышей же нет мимики, как у людей.
Борис покачал головой, пытаясь переварить услышанное.
– И что, Мурка реагирует?
– Еще как! Подходит, нюхает, начинает кататься по полу, мурлычет, потом засыпает прямо возле мышеловки. А мышь, тем временем, спокойно грызет сыр.
– Это… невероятно, – пробормотал Борис. – Ты уверен, что это не сон?
– Хотел бы я, чтобы это был сон! – вздохнул Антон. – Я уже неделю наблюдаю эту картину. Сначала думал, что Мурка просто стареет и теряет хватку. Но потом понял, что это спланированная акция!
– А ты пробовал что-нибудь сделать?
– Конечно! Я убрал мышеловку. Мышь просто переключилась на кошачью миску. Теперь Мурка ест корм, а мышь сидит рядом и подливает ей в миску валерьянку!
Борис расхохотался.
– Это уже не троллинг, это гениально!
– Гениально? – переспросил Антон с грустью. – Да я боюсь, что скоро Мурка совсем перестанет ловить мышей! Она уже и так целыми днями спит, обнюхавшись валерьянки.
– Ну, может, стоит попробовать убрать валерьянку?
– Пробовал! Мышь просто начинает пищать и бегать по квартире, пока я не сдамся и не верну ей заветный пузырек. Она, кажется, даже научилась его открывать!
Борис задумался.
– Слушай, а может, тебе стоит обратиться к специалисту? К зоопсихологу, например?
– К зоопсихологу? Ты думаешь, он сможет помочь?
– Ну, хуже точно не будет. Может, он знает, как перевоспитать мышь-тролля.
Антон вздохнул.
– Ладно, попробую. Но если он скажет, что мне самому нужна помощь, я тебя винить буду!
Борис улыбнулся.
– Да ладно тебе, Антон! – Борис похлопал друга по плечу. – Может, это просто новый вид симбиоза? Мышь обеспечивает кошке релаксацию, а кошка, в свою очередь, не трогает мышь. Эдакая дружба народов, только в миниатюре.
Антон скептически хмыкнул.
– Дружба народов, которая закончится тем, что Мурка будет мурлыкать, а мышь будет хозяйничать в доме. Я уже представляю, как она будет мне по утрам кофе варить, а потом требовать повышения зарплаты.
– А может, она просто хочет привлечь внимание? – предположил Борис. – Может, ей скучно? Или она хочет, чтобы ты с ней поиграл?
– Скучно? – Антон удивленно поднял брови. – Да она, по-моему, более занята, чем я! У нее целый график: утренний сеанс валерьянотерапии для кошки, потом тренировка по открыванию пузырьков, потом, наверное, курсы повышения квалификации по сырным манипуляциям.
– Ну, тогда тебе точно нужен зоопсихолог. Может, он научит Мурку ловить мышей по-новому? Например, с использованием дронов или лазерных указок.
– Дронов? Лазерных указок? – Антон представил себе эту картину и невольно улыбнулся. – Ты знаешь, Борис, а это уже звучит как план! Может, мне стоит открыть свой канал на YouTube? "Мышь-тролль и ее жертва: реалити-шоу".
– Вот видишь! А ты говоришь, что это проблема. Это же золотая жила! Только сначала разберись с валерьянкой. А то, боюсь, скоро Мурка начнет тебе на ухо мурлыкать, что ей нужен отпуск на Бали.
Антон рассмеялся.
– Ладно, уговорил. Завтра же звоню этому зоопсихологу. А пока… пойду проверю, не пытается ли мышь уже освоить искусство приготовления омлета. С валерьянкой, разумеется.
Борис покачал головой, наблюдая, как Антон уходит вглубь квартиры, явно обдумывая новые, еще более абсурдные сценарии развития событий. Он отпил еще чаю, улыбаясь про себя. Таких друзей, как Антон, еще поискать надо. И таких мышей, как у него дома, точно больше ни у кого нет.