Перед тем, как выпустить детей на каникулы, проводились чаепития. Парты сдвигались буквой «П». Учителя и родители расстилали клеенчатые скатерти, а мы с девчонками сервировали столы полторашками газировки и сладостями.
На чаепитиях все говорили друг другу только хорошее либо помалкивали. Что-то это мне напоминало.
Однажды чаепитие проводилось совместно с параллельным классом. В моём классе было много девочек, а в том – много мальчиков.
Всё было, как обычно. Только больше столов и больше народа, а ещё стоял картонный ящик для записок.
Я не пользовалась популярностью, как и многие другие. Обычно самая красивая девочка – одна, и в неё влюблены все мальчишки. Ей доставались внимание и записки.
Конечно, мне хотелось получить записку. Хоть от соседки по парте. Но я ни на что не рассчитывала. Я была не в том положении, чтобы ожидать сложенный клочок бумаги в свой адрес.
Когда мама забрала меня пораньше, я расстроилась, но не сильно. Ящик ещё не вскрывали, и в глубине души я была даже рада, что не увижу, как перед кем-то вырастает гора из листов, вырванных из тетрадей, а остальные терпеливо ждут, когда назовут их имя. Я знала, что не все имена будут названы.
Мне было обидно. Мама всегда забирала меня пораньше. Естественно, это не касалось уроков. На уроках я сидела от звонка до звонка. На чаепитиях до конца не оставалась ни разу. Слишком поздно заканчивались чаепития. В 21-30 или в 22-00.
Мне было лет 9-10, и маму я слушалась.
Помню, как плелась за ней по улице, пропахшей сиренью, и думала, почему всем можно тусить до конца, а мне – нет. Думала, но не решалась произнести вслух. Лишь сказала, что ящик с записками ещё не открывали.
Мама улыбнулась и спросила:
– Неужели ты думаешь, что кто-то тебе написал?
Я вздохнула. Конечно, я так не думала. Дело было вовсе не в записках.
На следующий день одноклассницы меня обрадовали. Оказывается, записка для меня всё же была. Её написал какой-то мальчик из параллельного класса.
На клочке бумаги в клеточку было написано что-то приятное. Что-то, о чём я и мечтать не могла.
Я поинтересовалась, где сейчас эта записка. Одноклассницы сообщили, что записку порвали и выбросили. Так сказать, утилизировали невостребованную корреспонденцию.
Это было ещё обиднее, чем не получить записку вообще. Девчонки весело щебетали о чём-то другом, а я пыталась воспроизвести вчерашний вечер.
Классная руководительница достала из ящика записку, адресованную мне. Все офигели. Классная руководительница тоже.
Меня не было. Что было дальше? Откуда девчонки знают, что записка от какого-то мальчика? Откуда им известно, что он написал для меня приятные слова?
Я влезла в разговор одноклассниц. Всё равно они обсуждали какую-то ерунду.
Отвечать на мои вопросы никому не хотелось.
– Сама виновата. Нужно было оставаться до конца, – поддакивали друг другу одноклассницы.
Правда, признались, что записку прочитала классная руководительница и сказала вслух немногое. Всё, что уже передали.
Я была в бешенстве. Какое право имеет классная руководительница читать чужие письма? Какое право она имеет их рвать и выбрасывать в мусорное ведро.
– Мы все так решили. Единогласно, – прошипели девчонки. Кто ушёл, тому записки не нужны.
О боже, какая же это была чушь! Все знали, что я ушла, потому что моей маме так было угодно.
Зачем вообще решать судьбу чужой записки? Положите её в укромное место и отдайте на следующий день.
Классная руководительница подтвердила, что записка была уничтожена. Она быстро и умело закончила разговор.
На каникулы я ушла с обидой. На одноклассниц. На классную руководительницу. На весь белый свет. Я думала, что сойду с ума от любопытства, но этого не случилось.
Совсем скоро я забыла о записке. Точнее приняла то, что произошло.
Я бегала по дачным окрестностям, ловила ящериц и ужей и говорила себе, что вот это и есть мой мир. Записки, мальчики из параллельного класса – это мир чужой, и дверь в него никогда для меня не откроется.
Лето пролетело быстро. Расцвели астры, и начался новый учебный год. Кто написал ту записку, я так и не узнала.
Мой блог ВК