Если вам сейчас за сорок, знайте: вы – чудом уцелевший участник грандиозного эксперимента под названием «Советское детство». Мы – последние мальчишки и девчонки, чьей игровой площадкой была вся улица, а главным тренером – собственная фантазия и суровая логика.
Нас сегодняшних, с сединой на висках и мудростью в глазах, с трудом можно представить теми самыми сорванцами, которые совершали немыслимые вещи. Мы жевали гудрон, представляя, что это самая импортная жвачка. Мы покоряли вершины гаражей и сараев, прыгая с крыши на крышу, как заправские паркуристы, не зная такого слова. Наши падения смягчались не страховыми полисами, а лопухами, подорожниками, и беспечной уверенностью в своей неуязвимости.
Мы строили шалаши из старых одеял и палок, создавая свои первые «личные пространства», представляя себя строителями. Девочки мастерили изящных принцесс из одуванчиков, завивая кудри в лужах на кукольных головках с нежностью вплетая стебельки, создавая платья и венки. Эти хрупкие творения жили недолго, но в них была душа.
А «секретики»? Целый ритуал: найти самое нужное по размеру стёклышко, выкопать аккуратную ямку, разложить сокровища – лепестки цветов, блестящие фантики, случайную монетку. Накрыть тем самым стёклышком – и вот уже в земле горит крошечный волшебный мир. Присыпать края землёй, чтобы никто чужой не нашёл. Это был наш первый опыт создания красоты, тайны и собственности.
Мы были исследователями. Помню, как однажды, играя в «войнушку», я, спасаясь от погони, забрался на высоченную берёзу у самого дома. Сидел, затаившись, слившись с листвой, и чувствовал себя королём мира. А внизу как раз шла с работы мама. Увидев меня, у неё душа ушла в пятки(как она потом говорила). А я долго думал, чего она так кричит и за сердце хватается… Знал бы, что ещё ремня получу от отца, вообще не слез бы с дерева. Пусть бы посидели пару дней дома без меня, подумали бы.
«Прятки»,«Вышибалы», «Резиночка»,«Классики». Улица гудела, как улей, и каждый находил себе компанию по интересам.
Самым страшным наказанием для нас был звук маминого голоса из окна: «Домой!». Это слово обрывало все полёты фантазии, разгоняло банды и заставляло с тоской смотреть на улицу. А ещё был тот особенный детский страх: испытывать жажду, гуляя во дворе, но бояться зайти домой попить, потому что могли не выпустить обратно. И ты терпел, в надежде, что она пройдёт, либо бежал на соседнюю улицу, потому что там была колонка. И вот что я вам скажу — вода в этой колонке была вкуснее всех самых вкусных напитков мира.
Зима была отдельной вселенной. Мы не «гуляли», мы покоряли стихию. Рыли в сугробах целые лабиринты и тоннели, пока рукавицы не превращались в ледышки. Возвращались домой только тогда, когда нас «загоняли». Мокрые до трусов, с алыми от мороза щеками, от которых потом нестерпимо горела кожа.
А что сегодня?
У нового поколения отняли детство. Не в смысле прав и комфорта, а в смысле той самой, настоящей, полной рисков и открытий воли. Их мир закован в бетон безопасных площадок, расписан по минутам кружками и гаджетами. У них нет своих «секретиков», своих покорённых берёз, шалашей, известных только своей банде.
Мы были теми самыми последними дикарями. Падали, разбивали коленки, учились на своих ошибках и находили выход из любых ситуаций. И, оглядываясь назад, понимаешь – мы не просто выжили. Мы прожили самое яркое, самое настоящее, самое авантюрное детство, которое только можно себе представить. И мы – те счастливчики, кто может об этом рассказать.