В конце 1930-х годов, когда мир лишь робко экспериментировал со скоростными судами, на черноморском побережье СССР уже курсировал корабль, казавшийся пришельцем из будущего. Проект глиссирующего катамарана ОСГА-25 «Экспресс» стал масштабным экспериментом по созданию принципиально новой транспортной системы, воплощение амбиций целой эпохи, верившей, что технология может победить любые расстояния.
Идея родилась в стенах уникальной организации — «Опытного строительства глиссеров и аэросаней» (ОСГА), в которой главным идеологом и вдохновителем был Василий Андреевич Гартвиг. Инженеры столкнулись с серьезным ограничением: при увеличении размеров однокорпусного глиссера его мореходность и устойчивость катастрофически падали. Гениальным выходом стала катамаранная схема. Два узких, обтекаемых корпуса, соединённых мощным «мостом», решали сразу несколько проблем: обеспечивали остойчивость, позволяли разместить пассажиров в ширину и радикально повышали комфорт на волнении. Успешные испытания 12-местного «Автодора-13» в 1932 году доказали жизнеспособность концепции.
Проект ОСГА-25 с самого начала был окружён ореолом сенсации. О нём писали в журналах «За рулём» и «Техника молодёжи» ещё до постройки, а его макет стал звездой Всесоюзной выставки и международного павильона в Париже в 1937 году. Это был не просто корабль, а символ советского технического прогресса.
Строительство, развернувшееся на московском авиазаводе №1, больше напоминало создание гигантского самолёта, нежели судна. Конструктор Я.Л. Пламм и инженер А.И. Мартынов применили авиационные подходы: лёгкий силовой каркас из стальных труб, обшивка ниже ватерлинии из армированного текстолита, а выше — из бакелитовой фанеры. Впервые в судостроении массово использовалась бакелитовая смола для склейки деревянных элементов. Корпус был сделан разборным, чтобы его можно было перевезти по железной дороге — на 40 платформах его доставили в Сочи для окончательной сборки.
Сердцем «Экспресса» стала уникальная силовая установка. Четыре основных двигателя ГМ-34 — морские версии авиационного мотора АМ-34 — выдавали в сумме от 2100 до 3000 л.с., разгоняя 42-тонную махину до феноменальных 96 км/ч без нагрузки и 86 км/ч с полным грузом. Для маневрирования в порту и заднего хода использовались два автомобильных двигателя ГАЗ-М1. Особое внимание уделили шумоизоляции: в пассажирских салонах уровень шума не превышал 70 дБ, что позволяло комфортно разговаривать — неслыханная роскошь для скоростного судна тех лет.
Пассажирские помещения, рассчитанные на 150 человек, были образцом советского ар-деко. Интерьеры с вертикальным членением, кресла с динамичным трубчатым каркасом, столики, подвешенные к потолку — каждый элемент был тщательно спроектирован, создавая ощущение футуристического комфорта и защищённости.
Испытания и единственная навигация 1940 года полностью подтвердили расчёты конструкторов. «Экспресс» на линии Сочи-Сухуми покрывал расстояние за 2.5 часа, включая остановки, со средней эксплуатационной скоростью 70 км/ч. За одну навигацию он перевёз 18 500 пассажиров и прошёл 22 000 км, доказав свою надёжность и востребованность.
Но судьба его оказалась трагичной. С началом войны уникальный корабль был выведен из эксплуатации. Его совершенные двигатели ГМ-34, бывшие сердцем «Экспресса», демонтировали для установки на торпедные катера. В 1942 году, при приближении немцев к Туапсе, пустой корпус «Экспресса» был взорван, чтобы не достался врагу.