Удалось ли это сделать артистам Молодежного театра? На какую роль долго не могли подобрать актера и кто из героинь заставляет актрис выдавливать из себя слезы на сцене — в материале культурного обозревателя «КИ» Анны Климанц.
Многоликий Чехов
В фойе — красивый смысловой намек на предстоящее действо: стулья, стол, затянутые плотной белой тканью, и ваза с ягодами слегка тронутой первыми заморозками калины. Жильцы покидают дом, прощаются навсегда. Вещи собраны, окна заколочены, и, кажется, нет ни малейшей надежды, если бы не эта ветка, искрящаяся жизнью и умирающая с приходом первых октябрьских заморозков. Холодно и солнечно… Пора на вокзал.
Имение продано на торгах 22 августа. Пришел новый хозяин. Купец Ермолай Алексеевич Лопахин, предлагавший владельцам циничный и неудобный план по спасению поместья («бред!»), ими отвергнутый. Играет артист Александр Теханович.
Когда читаешь «Вишневый сад», замечаешь одно, а начинаешь разбирать текст — и открываются совершенно другие смыслы. Видишь внутри пьесы связи, думаешь о них. Лопахин говорит: «Вам это нужно. Не мне». А если бы не он купил? А Дериганов? На следующий день выставили бы хозяев из дома. У нас очень классный разбор спектакля прошел в августе. Мы находили интересные штуки, хотелось сразу выйти на площадку пробовать! В интернете есть аудио-спектакль Эфроса с Высоцким, слушал его, погружался. Роль у меня большая, сложная, — рассуждает Александр Теханович.
Комедия или трагедия?
Чехов работал над «Вишевым садом», уже будучи серьезно больным, и каждая строка давалась ему с трудом, но заказ для Московского художественного театра был выполнен: точка поставлена осенью 1903 года, а в январе 1904-го состоялась премьера.
Классика ругали за отсутствие действия и бессвязные диалоги, создававшие впечатление, что герои друг друга не слышат. Критики и театралы, включая Станиславского, никак не могли определиться, комедию или трагедию написал Антон Палыч. Но все это ничто по сравнению с сорванными на первом показе овациями и тем фактом, что «Вишневый сад» становится самым востребованным драматургическим произведением, идущим на лучших сценических площадках страны и мира.
Если сам Чехов сказал, что это комедия — значит, комедия. Нам нужно научиться смотреть на это произведение таким образом, чтобы мы прочувствовали в нем комедийное начало. Гениальность писателя в том, что он огромный объем жизни умел помещать в свои тексты. Смех и слезы у него переплетены в страшный могучий узел, — ранее в своем интервью для «КИ» говорил артист Алексей Суханов, сыгравший студента Петра Трофимова.
Теперь «Вишневый сад» вошел и в репертуар Молодежного. Поставить спектакль пригласили режиссера и педагога, профессора кафедры режиссуры Российского института театрального искусства (ГИТИС) и вице-президента Российского отделения Ассоциации любительских театров и театров-студий при ЮНЕСКО Михаила Николаевича Чумаченко, который известен работами в отечественных театрах, мастер-классами и семинарами за рубежом.
Десять лет назад я ставил в Молодежном спектакль «Миледи», и все эти годы мы оставались с театром на связи. Меня приглашали сюда и в качестве педагога. Года два назад начался разговор о том, что надо бы не просто разбирать пьесу, а делать ее. Это не комедия с точки зрения понятия «комедия положений». «Вишневый сад» — это разговор о стране, семье и времени. А время сейчас такое, что я не вижу повода для безудержного хохота. Размышлять — обязательно. Думать — безусловно, — пояснил Михаил Чумаченко.
«Вишневый сад» — последнее произведение Антона Павловича. Как завещание. Как текст-символ, рассказывающий о трагедии семьи, лишившейся родового гнезда, где между строк вынесен художественный диагноз всей эпохе, а вишневый сад — прекрасная метафора, безжалостно вырубленная рукой мужика. Конец дворянству. Да здравствует дачник!
Главный вопрос, поставленный автором: как человек встречает исторический перелом и способен ли он принимать решения? Или только и делает, что предается ностальгии, игнорируя 22 августа, когда воспоминания уйдут с молотка? Будто роковой день никогда не наступит. И можно пить кофе и приглашать музыкантов.
Удивлен, насколько это современная пьеса. Про то, как важно не потерять ощущение времени. За последние годы мы оказались в новом мире незаметно для самих себя. Если будем продолжать жить так, будто ничего не поменялось, потеряем связь с реальностью. Мы пострадаем, если закроем глаза на то, что пейзаж за окном изменился, — резюмировал Алексей Суханов.
«Люди не хотят режиссуры»
Михаил Чумаченко посвящает «Вишневый сад» своим учителям и выводит на первый план Чехова и его героев, убирая практически все декорации, оставив лишь винтажную мебель и несколько предметов. Примечательно деревянное полотно на заднем фоне с явными прорезями на поверхности, напоминающими «раны» от лезвия топора или тени вырубленных вишневых деревьев. Минимализм во всем. Из 80 предложенных музыкальных композиций остается только восемь. Sound-дизайн не забирает внимание на себя, лишь слегка сопровождает картинку.
Сегодня большой спрос на классические спектакли, сделанные по классике. Это происходит во всех театрах страны. Люди говорят: «Мы не хотим режиссуры. Мы хотим артистов, внятной истории, чтобы болело». Поэтому минимум реквизита. Тем более что Краснодар это умеет, учитывая, что предыдущий спектакль «Миледи», который я оформлял с главным художником театра им. Е. Вахтангова Максимом Обрезковым, получился абсолютно «гарнирным»: с семью занавесами, двенадцатью кроватями, со шлейфами в 7-8 метров, — рассказал Михаил Чумаченко.
Перед постановщиками не стояла задача осовременивать Чехова. Здесь вы не увидите ни мультимедиа, ни аллегорий, ни изобилия символов. Над оформлением сценического пространства и созданием образов работали разные художники (сценограф Сергей Дулесов, костюмы — Настя Васильева), но оба придерживались «натуральности» в концепции. В декорациях преобладает дерево, в костюмах — лен и шелк природных оттенков, отсылающих нас к смене сезонов в пьесе (от мая — к октябрю). Исключение — платье Раневской, которую играет заслуженная артистка Кубани Людмила Дорошева, с ярким орнаментом.
Знаковая фигура
Один из сильнейших конфликтов, ускользающий от глаз читателя, таит в себе приемная дочь Раневской Варя. Персонаж сложный, бесконечно и безнадежно одинокий, любящий безответно, кажется, всех, а не только Лопахина. Линию Вари некоторые режиссеры часто сокращают или убирают вовсе. Роль досталась Анастасии Радул. В «Вишневом саде» артистка играет, что называется, на разрыв аорты. Ее Варя эксцентричная, навязчивая, встревоженная. И если у Чехова она не то чтобы в тени, но где-то «за» — за Анной, за Раневской, то в версии Чумаченко девушка — знаковая фигура.
У Антона Павловича в пьесе много ремарок. Он наблюдал, как играли актрисы, что они делали не так, и позже включил ремарки в текст. Я старалась им следовать. Третье действие вообще все идет на срывах. И не только у Вари. Когда мы разбирали пьесу, о чем говорил Александр Теханович, я ухватила зерно роли. Режиссер сказал мне, что обычно актрисы, которые берутся за роль Вари, выдавливают из себя эмоции, я же плакала постоянно, еще при чтении не могла «выключить» слезы. Трагедия моей героини в том, что ее избранник выбрал другую. Вот и все, — поделилась Анастасия Радул.
Единый ансамбль
Пересмотрев несколько версий «Вишневого сада», в том числе постановку Галины Волчек для «Современника», пришла к выводу, что один из критериев успеха, особенно если речь идет о Чехове, у которого все построено на полутонах, — правильный выбор актеров. Чумаченко знаком с труппой Молодежного и видел конкретных артистов в определенных ролях. Долго искал лишь Лопахина.
Обратил внимание на Александра Техановича еще когда он был совсем молодым артистом. Приехав в Краснодар, посмотрел буквально все спектакли с его участием. Сказал себе: «Пожалуй, он и есть Лопахин. Этот персонаж — двигатель пьесы, ее машина. И то, какой Лопахин, в огромной степени зависит, о чем будет «Вишневый сад», — отмечает режиссер.
Убедителен Леонид Андреевич Гаев, брат Раневской, — играет заслуженный артист Кубани Виктор Плужников. Эдакий ленивый аристократ в костюме цвета топленого молока, с нарочитым высокомерием наблюдающий, как вся прежняя жизнь дома и его обитателей летит «в тартарары».
Персонаж Алексея Суханова студент Петр Трофимов — «облезлый барин», борющийся за правду, но прячущийся за «великой идеей», получился воистину трагикомичным.
Обволакивающая красотой, легкая и печальная, вызывающая отторжение и заставляющая любоваться женской беспечностью и ажурными перчатками Людмила Дорошева. Открытием стали молодые актрисы — Мария Якубец (недавно в труппе) в роли гувернантки Шарлотты Ивановны и Эвелина Слободянюк — горничная Дуняша. Заслуженный артист России Дмитрий Морщаков проникновенно сыграл старого слугу Фирса, о котором все забыли. Оставили одного умирать в доме. Продали вместе с вишневым садом за долги. «Уехали…» Финал, открытый для размышлений.
Мне хотелось, чтобы, разговаривая о Молодежном, мы говорили бы об ансамбле, соединении, о том, что люди, которые работают здесь практически с момента основания театра, и те, кто пришел совсем недавно, должны оказаться единым организмом. Никто лучше Чехова в этом помочь не может, — уверен постановщик.