До ЗАГСа мы ехали минут пять. Рустем сел впереди, поэтому я попыталась собрать мысли в кучу. Получалось плохо: кольцо на пальце и запах Рустема мешали сосредоточиться. В конце концов, я махнула рукой: будь что будет.
Расписали нас очень быстро. Женщина, служившая в ЗАГСе, дежурно поздравила нас, ткнула указкой в места для подписи, штампанула в паспортах и потеряла к нам интерес.
Рустем взял мой паспорт.
— Ксерокопия нужна, — и усмехнулся, почувствовав, что я напряглась. Вытащив из нагрудного кармана ручку, красивым почерком на ксерокопии паспорта написал: «Не для кредита». Испортил, в общем. Мне стало стыдно. У человека время — пять часов, а я со своими предрассудками.
— Завтра к десяти утра подойдёшь вот по этому адресу, вот это такси за тобой заедет. Я оплатил уже поездку в оба конца. Там тебя научат стрелять. Громко, конечно, звучит, «научат». Ну, хоть азы будешь знать.
— Стрелять? — У меня округлились глаза.
— Да не пугайся ты, — Рустем улыбнулся. Он сидел так же на переднем сиденье, вполоборота ко мне. — Это одно из условий. Моя жена, — он сделал ударение на слове «жена», — должна уметь стрелять. Там джунгли, ясно? — Я кивнула. — После обеда освободишься, уладишь всё с работой и квартирой. На полгода едем точно. Очень надеюсь, что на полгода, — закончил Рустем.
Подниматься в номер он не стал, а просто в холле прижал меня к себе, поцеловал в щеку и зашептал:
— Если бы ты знала, как я тебя хочу. Поэтому не буду подниматься: мне через час надо быть перед глазами начальства. — Взял мою руку, поцеловал запястье. — Послезавтра в семь утра, здесь, в холле. Подниматься не буду. Вся жизнь впереди. — Отпустил мою руку, резко развернулся и зашагал прочь.
В себя я пришла, только сидя на кровати в номере. Шри-Ланка... это где? Надо хоть погуглить. Джунгли, учиться стрелять... Я ущипнула себя — больно, не сплю. Бред. Я глянула в зеркало — точно это я. Вот это кувырок моей жизни! Надо позвонить Маринке. Блин, у них ещё ночь, ладно, подожду. Дочери позвоню. Набрав номер дочери, долго слушала гудки. Трубку никто не взял. Минуты через три прилетело голосовое:
— Мамуля, совсем некогда, освобожусь — перезвоню. Надеюсь, у тебя всё в порядке.
«Всё в порядке», — я отправила смайлик «ок». Не перезвонит, я её знаю. Вот удивится, когда я со Шри-Ланки говорить буду. Или не буду? А связь там есть? Ну, на острове есть, а там, где буду я? Ладно, разберёмся. Займусь делами. Письмо на работу, чтобы уволиться, письмо в ТСЖ насчёт квартиры. Отправлю смс Маринке, как проснётся, пусть перезвонит.
Ночью снились кошмары: за мной по джунглям бежал зверь. Или не зверь. Я так и не разобрала. На двух ногах, длинные белые волосы, густые, белые брови и молочно-белая кожа. Догнать он меня не мог, но, оборачиваясь, я всё время удивлялась, какие у него красивые, чёрные глаза.
Проснулась без будильника, взглянула на телефон. Маринка прислала смс: «Кончился трафик, послезавтра созвонимся». Ну да, если будет связь. Я ей написала всего два слова: «Уезжаю на Шри-Ланку».
Получит, как обнулится тариф. Представляю её физиономию.
Такси меня доставило к зданию спортивного комплекса. На ресепшене сидела миловидная девушка в камуфляжной форме. Тоже военная? Но без погон; у Рустема тоже погон не было.
— Здравствуйте, вы в каком-то звании? — обратилась я к девушке.
— Нет, что вы, у нас дресс-код такой. Вы что-то хотели?
— Да, я должна быть записана в тир. — Значит, дресс-код. Меня опять начали мучить сомнения.
— Ваш паспорт, пожалуйста, — улыбнулась девушка.
Я молча протянула документ. Что же меня мучает? Что-то не так.
В тире меня встретила тоже девушка — надо же, инструктор по стрельбе — девушка.
— Добрый день, — приветливо улыбнулась она, — назовите свою фамилию.
Я назвала. В первый раз в жизни в тире. Тёмное длинное помещение, столы, перегороженные друг от друга пластиком. На столах — наушники. Оружия не видать.
— Для вас заказан карабин М6 под патрон .22 LR.
— Девушка, вы сейчас с кем разговариваете? — перебила я её.
— Простите, вы оружие хоть раз в руках держали?
— Конечно, на уроках НВП. Точно помню, что оно называлось винтовка. И стреляла я тогда же, целых три раза. Два из них не попала по мишени. — Я улыбнулась. — А ещё на скорость разбирали и собирали автомат. Но, прищемив себе руку и сбив палец, получив при этом тройку в журнал, желания делать это больше не испытывала. А вы мне про патроны и карабин...
— Понятно. Но всё же я обязана вам всё показать и рассказать, а вы уж постарайтесь запомнить. Договорились?
— Хорошо. Не думаю, что мне это пригодится. Но я готова. Начинайте.
— Пригодится, когда захотите жить — всё вспомните, — уверенно проговорила инструктор.
— Не пугайте меня, а то я передумаю ехать.
Девушка как-то странно посмотрела на меня, вздохнула и принялась показывать и рассказывать. Первым делом показала, как ухаживать за оружием, объяснила, какие патроны подойдут именно для этого карабина, как правильно держать при стрельбе, как хранить. И ещё кучу всякой, по моему мнению, ненужной ерунды. И только после этого мы приступили к стрельбе. Действительно, карабин был очень удобным, лёгким, отдачи при стрельбе практически не было.
Провела я в тире почти весь день.
— Мне было приказано, — сказала инструктор, — пока я вас не научу хотя бы азам, из тира не выпускать.
— Вы знаете, куда я еду?
— Не имею ни малейшего понятия, — ответила она. — Мне платят, я делаю свою работу. Карабин вам доставят к месту вылета.
— Даже так? В самолёт с оружием нельзя, — удивилась я.
— Я ничего не знаю. Карабин пристреляли, вы худо-бедно (скорее худо) стрелять можете. Доставку произведём. А дальше — не мои проблемы.
Выйдя из тира, я задумалась. Может, всё же уехать домой? Меня что-то терзает, но я никак не могу определить причину беспокойства. Что-то, чего не должно быть. Зайдя в кафе, попыталась сосредоточиться. Нет, не могу я сформулировать своё беспокойство. Может, потому что всё так быстро — вот меня это и беспокоит. Ну, увезут меня на Шри-Ланку, и что? Для проститутки я стара, на органы не так людей похищают. Уж точно деньги вкладывать никто не будет, а тем более кольца дарить. Да и в ЗАГС расписываться со мной тоже бы не стали. Зачем огород городить? Всё можно сделать проще. Чтобы отвлечь себя от ненужных мыслей, решила сходить в кино. И спать, завтра рано вставать.
— Елизавета Андреевна, — окликнула меня девушка со стойки регистрации. — Вам просили передать. — Она выставила на стойку красиво сплетённую корзинку. — Курьер доставил. Мы в комнату заносить не стали.
— Спасибо, — я взяла корзинку. Внутри лежали конфеты «Рафаэлло» и бутылка шампанского. К ручке корзинки была привязана открытка. Открыв, я прочла:
«Любимая, налей два фужера и выпей шампанского за нас двоих. Не скучай, вся жизнь впереди. Целую, твой непутёвый муж».
Ну вот, все докучавшие мне мысли выветрились из головы, я улыбнулась. Нет, шампанское будем пить вместе. Надеюсь, уже завтра. А сейчас — спать. Я понюхала открытку и уловила нежный запах Рустема. Сегодня буду спать с ней. Новобрачная, блин.
5
Утром, когда позвонил Рустем, я уже выходила из комнаты.
— Доброе утро, любимая, — сказал он, бросился ко мне, как всегда, взял мою руку и поцеловал запястье. — У нас час, чтобы доехать и оформить документы, поторопимся.
Он взял мой чемодан и решительно двинулся на выход. Я еле успевала за ним.
В машине Рустем, как обычно, сел впереди, что меня немного озадачило. «Может от того, что он привык один жить? Да, так, наверное, и есть. Ничего, привыкнет со мной».
Минут через тридцать мы приехали к какой-то промзоне. Длинные ангары, кирпичные заборы и крыши, крыши, крыши. На аэродром это совсем не походило.
Рустем так же стремительно вошёл в один из ангаров, даже не оборачиваясь, как будто был уверен, что я следую за ним. Я и следовала, почти бегом. В ангаре стояли машины, в основном джипы и УАЗы, три «Нивы». Остальные машины я не знала, но что-то подсказывало, что они тоже вездеходы.
— Это твоя машина, — подвёл меня Рустем к машине песочного цвета.
Он открыл дверь и забросил в салон мой чемодан. – Садись, осматривайся, я скоро подойду.
— Откуда ты знаешь, что я вожу машину? — Меня всё больше напрягала эта ситуация. Ещё больше мне не нравилось поведение Рустема, его будто подменили. Из галантного, любящего мужчины он превратился в жёсткого, не очень воспитанного вояку. «Может, он такой и есть? Может, он только со мной ласков и галантен? Вокруг люди, много людей. Он, наверное, привык с ними так себя вести. Ладно, подождём».
— А ты не водишь? — Рустем уставился на меня холодным взглядом.
— Вожу, но права не брала из дому. — У меня холодок пробежал по спине от его взгляда.
— Ерунда, — улыбнулся он, и взгляд его смягчился, — Там водительское удостоверение не пригодится.
— Рустем, ты меня пугаешь. Где там? Оружие, права не нужны, аэропорт где? — Голос мой сорвался.
— Лиза, милая, — он взял меня за руку, нежно погладил. На меня опять смотрел тот Рустем, которого я знала. — Давай без истерик, чуть позже, хорошо? Через пять минут отправка, я к тебе подойду. Ну, видишь, сколько народу. И всё на мне. Ты же понятливая девочка. Садись в машину. И да, по громкоговорителю будут объяснять, что надо делать, выполняй, пожалуйста. — Он нежно прикоснулся к моему запястью.
Немного успокоившись, я кивнула и залезла в машину.
Осмотрелась. Интересно, что за автомобиль? Просторный салон, мягкие, удобные сиденья. Задние прямо как диван, спать можно. Но сейчас там лежал мой чемодан и завёрнутый в целлофан карабин. На приборной доске, перед рулём, лежала тёмная маска для сна. «А это зачем?»
— До отправки осталось три минуты, — раздалось из динамиков. — Просьба занять свои места.
Глядя в зеркало заднего вида, я увидела, как народ торопливо занимает места в своих машинах. «Странно, на Шри-Ланку на своём авто?»
— Лиза, — у водительского окна появился Рустем, — ты первая, выполняй всё, что будут говорить.
— А ты? — Меня опять охватила паника.
— Я следом. И да, ты хотела знать, кем я работаю? Вербовщик я. Ты мне очень нравишься, и только поэтому — вот.
Рустем открыл мою дверь и сунул что-то в карман. — Чуть не забыл, телефон дай.
Ничего не понимая, я протянула ему аппарат. — Выключить надо, — улыбнулся Рустем. — Всё, пошла!
Дверца хлопнула. Динамик приказал начать движение. Я — первая в колонне. «Поехали. Только куда?» Передо мной была железнодорожная платформа, на которую по эстакаде я и заехала. Думать было некогда, я сосредоточилась на голосе из динамика. «Остановить машину. Заглушить. Надеть маску. Глаза до приказа не открывать».
Через минуту женский голос попросил снять маску.
В глаза ударило яркое солнце. «Что за ерунда?» Я проморгалась. Увидела людей на площади. «Что за площадь? Почему все в шортах и рубахах с коротким рукавом? Ещё же февраль!» Продолжение в премиум