Старое зеркало

В тот вечер я остался один. Квартира, доставшаяся мне от бабушки, была полна старых вещей, но самым жутким её украшением было огромное трюмо в резной деревянной раме. Оно стояло в прихожей, и его мутная, потускневшая поверхность, казалось, впитала в себя все тени этого дома.

Я всегда чувствовал на себе его взгляд. Не свой собственный отражение, а именно *его* — того, кто жил по ту сторону стекла. Я старался не смотреть в него поздно ночью, но в тот вечер я был особенно уставшим после работы.

Проходя мимо, я мельком глянул в него. И замер.

Моё отражение было не одиноко. Прямо за моей спиной, в глубине отражённой прихожей, стояла высокая худая фигура. Я резко обернулся. Никого. Сердце заколотилось. Я снова посмотрел в зеркало. Фигура была всё там же, не двигаясь, просто стоя и глядя на меня спиной... нет, не на меня. Она смотрела *на моё отражение*.

Я потёр глаза, решив, что это игра света и усталости. Но когда я опустил руку, я увидел нечто, от чего кровь стыла в жилах. Моё отражение в зеркале всё ещё стояло с поднятой к лицу рукой. Оно не повторяло моих движений.

Оно медленно убрало руку и улыбнулось. Широкой, неестественной улыбкой, которой я никогда бы не смог подражать.

Я отшатнулся и побежал на кухню, хватая первый попавшийся тяжёлый предмет — молоток из ящика с инструментами. Вернувшись в прихожую, я увидел, что отражение всё ещё там. Оно стояло спокойно, а за его спиной та самая фигура стала ближе, почти вплотную.

«Довольно!» — закричал я и изо всех сил ударил молотком по стеклу.

Раздался оглушительный хруст. Трещины поползли по поверхности, как паутина, дробя изображение на десятки кусков. Но вместо того чтобы рассыпаться, осколки повисли в воздухе, удерживаемые невидимой силой.

И тогда из-за осколков на меня посмотрели. Не одно, а множество. Десятки моих улыбающихся лиц и десятки тёмных фигур за ними. Они смотрели на меня, а я смотрел на них, стоя в целой и невредимой прихожей.

Я понял страшную правду. Я разбил не зеркало. Я разбил барьер.

Теперь они не были заперты по ту сторону. Теперь они были здесь, со мной. И тишину в квартире нарушил тихий скрип половиц — шаг. Потом ещё один.

Они выходили.