Если спросить человека, хоть немного разбирающегося в истории начала XIX века о том, какие известные сражения наполеоновского времени он знает, тот наверняка назовёт бой на Аркольском мосту: тот самый, который так любили изображать на своих полотнах французские художники-баталисты. На картинах, принадлежавших кисти таких известных художников, как Гро или Верне, мы можем видеть Бонапарта, который, сжимая в одной руке древко пробитого пулями знамени, а в другой - саблю, устремляется вперед - сквозь огонь и дым сражения.
Мы не будем сегодня рассуждать о художественных достоинствах подобных картин, однако заметим, что их авторы изрядно приукрасили действительность, постаравшись скрыть от французской общественности не самую приглядную правду о подвиге Наполеона. Так что же на самом деле произошло 15 ноября 1796 года - в первый день битвы при Арколе, когда Наполеон, собственно говоря, и совершил свой знаменитый подвиг?
14 ноября 1796 года Бонапарт отправляет Директории письмо, в котором рассказывает о весьма непростом положении, в котором оказалась в Италии его армия. Большинство генералов, на помощь которых он мог рассчитывать, ранены, а противник в лице австрийской армии под командованием Альвинци, можно сказать, уже на хвосте. Этак, если так пойдёт и дальше, то французам придётся в течение недели оставить Мантую, а там и до оставления всей Италии уже не так и далеко...
Выводя на бумаге столь упаднические строчки, Наполеон ещё и не подозревал о том, что следующий день станет днём если и не триумфа, то, по крайней мере, круто изменит его жизнь в лучшую сторону.
15 ноября 1796 года французская армия подошла к мосту возле Арколе, расположенному примерно в 25 км к востоку от Вероны. Австрийцы оставили там два батальона хорватов, которые должны были охранять тылы их армии.
Увидев перед собой французов, они открыли фланговый огонь, вынуждая авангард противника отступить к повороту дороги. Однако, командующий французской дивизией генерал Ожеро, видя этот отход своих войск, был до крайности возмущён и попытался лично прорваться на мост во главе двух гренадерских батальонов. Однако, столкнувшись на переправе с фланговым огнём, тоже был вынужден отступить.
Тем временем дивизия Массены заняла Бионде и позиции на дамбе в заболоченной местности, образовав левый фланг французской армии.
Альвинци же, когда ему доложили о продвижении французов, поначалу не придал этому большого значения. Он думал, что противник нанесёт основной удар в направлении Вероны, а Арколе - это так, всего лишь небольшой маневр с целью ввести его в заблуждение. Но как только разведчики, отправленные Альвинци как к Вероне, так и к Арколе доложили, что возле переправы их встретили плотным ружейным огнём, принял решение отбросить французов от обеих дамб. На Аркольскую дамбу он направил дивизию под командованием Митровского, а другую дивизию, которой командовал Провер, бросил на левую дамбу.
Но как только австрийцы около 9 часов утра попытались контратаковать французов, те встретили их ружейным огнём и штыками, вынуждая отступить.
Для Наполеона было крайне важным захватить Арколе, поскольку выйдя оттуда к ручью Альпоне, было нетрудно занять мост Вилланова, который оставался единственным путём отступления для австрийцев. И для того, чтобы не дать возможности противнику сбежать, этот мост надо было захватить раньше него.
Однако, австрийцы не спешили оставлять Арколе, наоборот, они одну за другой отразили вот уже несколько французских атак и, судя по всему, сдаваться явно не собирались.
Между тем при виде упорного сопротивления противника, в рядах французов уже начали зарождаться признаки смятения и нерешительности. Видя такое дело, Наполеон, пытаясь укрепить уверенность своих солдат и офицеров в непременной победе, схватил знамя и вытащив из ножен саблю, устремился на мост во главе штаба, не желавшего ни на миг оставлять своего командующего.
Именно этот эпизод сражения при Арколе и был изображён на картинах, превозносящих отвагу и доблесть Бонапарта. Однако, то, что произошло дальше, художники и многие мемуаристы предпочли, так сказать, оставить за кадром.
Колонне, которой командовал Наполеон, удалось под яростным огнём противника преодолеть половину моста. Но и эта атака оказалась неудачной.
Гренадеры, оказавшиеся в первых рядах колонны, не видя поддержки своих товарищей, вдруг заколебались и дрогнули. Не желая покидать своего командующего, они подхватили Наполеона под руки и силой увели с моста. Причём, сделали это так неудачно, что случайно... спихнули его прямиком в болото.
Командующий Итальянской армией завяз в трясине по пояс и оказался совершенно беззащитным как перед силами природы, так и перед сновавшими вокруг солдатами противника.
К счастью, кто-то из гренадеров увидел, в каком бедственном положении оказался Наполеон. Послышался крик: "Солдаты, вперёд, на выручку генерала!"
Ну, а далее гренадеры собрались с силами и, повернув обратно, отбросили австрийцев обратно за мост после чего уже и вытащили из трясины своего командующего.
Впрочем, нужно признать, что не только они одни стали спасителем Наполеона. В тот день многие из окружения Наполеона показали свою храбрость. Так, например, Ланн, не излечившись толком после ранений, примчался в Арколе из Милана и, защищая своего командующего, получил ещё три раны. Полковник Мюирон отдал свою жизнь, когда прикрывал собой Бонапарта во время той самой неудавшейся атаки со знаменем на Аркольском мосту. Да и не только они одни. Храбрый генерал Робер также был убит, а Бельяр и Виньоль ранены, когда личным примером увлекали в атаку своих солдат.
Вместо заключения
К тому времени, когда Арколе в 4 часа пополудни наконец-то был занят французами, он уже утратил свою стратегическую ценность. Австрийцы ещё 6 часов назад отошли к более выгодным позициям. Арколе же превратился к этому времени в мало значащий пост между двумя армиями, так, что все жертвы, брошенные на алтарь победы французами, можно сказать, оказались почти напрасными.
Однако, в тот день нельзя было бы назвать совсем уж неудачным для Наполеона и его армии, скорее, наоборот. Две дивизии Альвинци были разбиты и понесли значительные потери, Кальдиеро было очищено от австрийских войск, а Вероне больше не угрожала опасность.
Боевой дух солдат и офицеров французской армии поддержал и вид захваченных трофеев и колонны пленных, прошедших через лагерь.
Но главное, что первый день сражения при Арколе стал днём, когда солдаты и офицеры окончательно уверились в "избранности" Наполеона и в его военном гении. О том же, что их командующий чуть не утонул или не попал в плен к австрийцам, очевидцы тех событий (не говоря уже о самом Наполеоне) очень быстро предпочли забыть. Как если бы и не было у подвига Бонапарта той, другой, не самой приглядной стороны связанной с его "купанием" в болоте.
