15 апреля 2012 года в воронежском селе Лосево восьмиклассница Женя Мозговая, как и ее одноклассники, готовилась к окончанию учебного дня. В начале третьего часа дня она позвонила своей маме. Девочка сообщила, что дежурит по классу, из-за чего может не успеть на школьный автобус, и потому пойдет домой пешком.
Путь предстоял неблизкий – около трех километров, часть которого пролегала рядом с оживленной федеральной трассой «Дон». Этот звонок стал последним, когда Женю слышали живой. Домой она так и не пришла.
Начались поиски, которые вскоре переросли в масштабную операцию с участием полицейских, следователей и волонтеров. Были опрошены десятки людей, прочесаны окрестности. Последними, кто видел Женю, по первоначальным данным, стали ее одноклассник Иван и школьная учительница.
Последняя заметила ребят, проезжая мимо на велосипеде. Как выяснилось, Иван и Женя дошли вместе до его дома, и около 14:30 их пути разошлись. Казалось, девочка просто пошла дальше по своему маршруту. Но куда она пропала на этом знакомом пути?
«Как у убийцы рука на нее поднялась?»
Поиски продолжались четыре дня. А в ночь на пятницу, 19 апреля, страшная новость облетела все село. Тело 14-летней Жени Мозговой было обнаружено в камышах у реки Таганка, протекающей в черте Лосево. Вскоре был задержан предполагаемый убийца.
Им оказался 21-летний местный житель. Следователи на раннем этапе подтвердили, что он и школьница были знакомы. Обстоятельства находки говорили о том, что преступник пытался скрыть следы: следователи предположили, что девочку бросили в реку уже мертвой, а к ее ногам для уверенности был привязан камень.
На следующий день в поселок хлынули журналисты, пытаясь восстановить картину произошедшего. Естественно, первый вопрос, который задавали местным жителям, касался личности задержанного. Замечали ли в его поведении нечто тревожное, так называемые «звоночки»?
Один из сельчан, характеризуя молодого человека, высказался неоднозначно:
– Владимир-то? Да как сказать. Характер-то у него не сахар, в школе еле девять классов отучился, после армии, в основном, пил, да по селу слонялся без дела. А в детстве хорошим мальчиком был. Помню, с дедом постоянно на рыбалку ходил. А потом что-то в нем сломалось.
В эти дни село погрузилось в траур. Горько оплакивала гибель девочки ее классная руководительница Ирина Калашникова:
– Женя была домашним спокойным ребенком. Как у убийцы рука на нее поднялась?
«Ваня котят жалел, как он убить-то мог»
Однако следствие вскоре приняло неожиданный оборот. Выяснилось, что подозреваемых в убийстве стало двое. Вторым оказался не кто иной, как Иван – тот самый одноклассник, который последним видел Женю живой. Эта новость шокировала всех еще сильнее. Классный руководитель Ирина Калашникова не могла в это поверить:
– Ну, на Владимира-то можно подумать, непутевый он. Но в вину Вани, хотя вроде бы его задержали, я не верю. Тихий мальчик, никогда не хулиганил. В классе, где училась Женя, 23 человека. И Ваня едва ли не самый спокойный. Хотя у нас вообще ребята хорошие. Не то, что в городе.
Одноклассники погибшей делились схожими чувствами. Они тепло отзывались о Жене, но отказывались верить в причастность Ивана:
– Женя была очень хорошая девочка, никогда никому гадостей не делала, – сказал одноклассник Саша. – Но и Ваня тихоня. Даже не припомню, чтоб он когда-нибудь дрался. Ни за что не поверю, что Ваня убил. Когда сосед котят топил, он и то убежал, не мог смотреть, а тут человек.
Другой подросток, Валера, напротив, указывал на первого задержанного:
– А вот Вовка, наверное, мог бы. Человек он такой, не всегда понятно, что в следующую минуту может вытворить. Кстати, живет он недалеко от Вани.
Чувствовалось, что школьники были в глубоком шоке. Сначала они узнали о жестоком убийстве одноклассницы, а затем столкнулись с версией, что к ее смерти мог быть причастен парень, с которым они проучились бок о бок восемь лет.
Ситуация становилась все более запутанной. А в субботу вечером произошло новое неожиданное событие: 21-летнего Владимира отпустили. Следствие не нашло достаточных доказательств его вины. А уже вечером в воскресенье было официально объявлено об аресте Ивана. Оказалось, что старший парень, по версии следствия, был вообще не при делах, а вот по младшему имелись веские доказательства.
«Посторонний человек не мог бы знать такие детали»
Источники предоставили журналистам «Комсомольской правды» конкретные детали:
– Парень сознался в содеянном. Показал, где спрятал тело девочки, а также ее одежду. Вещи мальчик тоже очень тщательно спрятал – в разных местах. Посторонний человек не мог бы знать такие детали.
Как выяснили следователи, Иван изначально пытался сбить их со следа. Он целенаправленно указывал на нескольких односельчан, среди которых был и тот самый 21-летний парень. Тот, что называется, подходил на роль убийцы идеально: не работал, иногда выпивал, репутацию имел скверную. Однако молодой человек с самого начала настаивал на своей невиновности, и в ходе проверки это подтвердилось.
Поведение же Ивана на допросах, по словам следователей, было шокирующим. Руководитель первого отдела по расследованию особо важных дел регионального СУ СКР Мурат Цуроев был без преувеличения шокирован:
– Больше всего поражало то, как школьник повел себя на допросах. Женю совсем не вспоминал. Он просто просил: «Давайте повесим все на какого-нибудь рецидивиста, а я вроде мимо проходил». Это было очень... тяжело.
Тайная встреча
Следствие стало скрупулезно восстанавливать ход событий того рокового дня. Выяснились крайне важные детали, которые полностью меняли первоначальную картину. Оказалось, что Женя маме сказала неправду.
Одноклассники девочки пояснили, что дежурство после уроков не могло быть причиной опоздания на автобус:
– 20 минут нам вполне хватает, чтобы подежурить. Мы всегда успеваем к автобусу.
Более того, звонок маме был сделан Женей в 14:07 – в то время, когда еще только заканчивался последний, шестой урок литературы. Но самой девочки на этом уроке уже не было, и, как выяснилось, свое дежурство она к тому моменту уже выполнила.
Получалось, Женя намеренно ушла из школы гораздо раньше окончания занятий. И пошла она домой не обычной, проторенной тропой, а другой, гораздо более длинной дорогой.
Что касается Ивана, то он вышел из школы в положенное время, после занятий, в 14:10. Он никогда не пользовался школьным автобусом, так как жил недалеко. И путь его как раз и пролегал по той самой дороге, по которой зачем-то направилась Женя.
Камеры наружного наблюдения, как сообщили в СКР, зафиксировали, что одноклассники встретились у хлебного магазина, а позже их видели вместе возле детского сада. Дальнейшие следы обрывались. На основе этих данных следователи сделали вывод: вероятно, встреча Жени и Ивана была назначена заранее.
«Маленький хозяин»
Этот вопрос стал одним из самых сложных для всех, кто знал обоих подростков. Что связывало подростков? Директор школы Анатолий Перепелицын искренне недоумевал:
– В том и дело – ничего! Две абсолютные противоположности, на 180 градусов.
Женя описывалась как тихая, неприметная девочка, не выделявшаяся особыми успехами в учебе. Родственники позднее рассказывали журналистам, что ровесники даже поддразнивали ее за «несовременность».
Иван же был полной ее противоположностью. Педагоги отзывались о нем с восторгом:
– Он почти идеальный ученик!– говорили они.
В его характеристике пестрели типичные для отличника эпитеты: активный, целеустремленный, добропорядочный, интересующийся. Он был душой всех школьных мероприятий, а четверка в его дневнике была редким явлением.
Воспитывала Ивана мама, отец в семье отсутствовал. У него были двое старших братьев. Учителя характеризовали его и как образцового сына:
– Маленький хозяин. И что-то сделать по дому его просить не надо – все сам. У него только два места: школа и дом. Что такое «улица», он не знает. На велосипеде покатается – и домой. Один из братьев как-то дал ему скутер. Проехался. И опять домой.
Самым циничным фактом стало то, что все четыре дня, пока все село искало пропавшую Женю, Иван, по словам педагогов, «принимал самое активное участие в поисках».
Мотив: «А за мать извинись»
Первоначально в СКР ограничивались скупой формулировкой относительно мотива – «личная неприязнь». Следователи отмечали, что мальчик не хочет вспоминать и возвращаться к деталям того дня. Однако вскоре прояснилась более конкретная версия.
По словам следователей, Иван мог затаить на Женю обиду за то, что та якобы плохо отозвалась о его матери. У матери Ивана, как это часто говорят, была «сложная женская судьба»: несколько замужеств, сын рос без родного отца. В условиях сельской местности, где все друг друга знают, такие обстоятельства часто становятся предметом обсуждения.
Именно эта версия в итоге и подтвердилась. На допросах Иван утверждал, что в тот день по дороге из школы он догнал одноклассницу якобы случайно, и в ходе разговора она сказала некое «плохое» слово в адрес его матери, что и послужило спусковым крючком. Однако его показания были противоречивы: сначала он подробно описывал, как душил Женю, а потом, будто ничего не помнит.
Еще одной важной деталью поделилась мама Ивана. Она рассказала, что ее сын мечтал о карьере полицейского и с интересом изучал будущую профессию по криминальным сериалам, которые «засматривал до дыр». Следователи предположили, что именно это увлечение могло помочь ему на первых порах запутать сыщиков и попытаться перенаправить подозрения на другого человека.
«Опасен для общества»
Однако на этом сюжет сделал новый, решающий поворот. Была назначена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, которую проводили в Москве, в знаменитом НИИ имени Сербского. Ее заключение оказалось ключевым для дела. Эксперты пришли к выводу, что в момент совершения преступления подросток был невменяем.
Следователи, комментируя заключение, поясняли:
– При всех бесспорно положительных чертах специалисты признали мальчика. Если сказать просто – опасным для общества. Он нуждается в принудительном лечении. Согласно заключению, в момент убийства подросток не осознавал фактический характер своих действий. Однако в дальнейшем был абсолютно адекватен, и его поведение это подтверждает.
Эксперты также выделили такие его личностные качества, как «стремление производить благоприятное впечатление» и «потребность нравиться окружающим». Эти черты, свойственные многим подросткам, у Ивана, образцового ученика, были развиты особенно сильно и, по мнению специалистов, сыграли свою роль.
Приговор Павловский районный суд вынес 21 января 2014 года. Учитывая заключение экспертизы, Ивану назначили лечение в психиатрическом стационаре. Но пробыл он там недолго.
Уже в августе 2015 года стало известно, что Ивана выпустили из специализированной больницы. Сообщалось, что на тот момент уже 16-летний парень вместе со своей семьей перебрался из Лосево в город, пытаясь начать жизнь с чистого листа.
По материалам «КП»-Воронеж