С моей матерью работала одна женщина, у которой было два сына. Первый - инвалид, второй - здоровый. Муж ушёл вскоре после рождения второго, хотя он появился на свет из-за его уговоров, мол, нужен здоровый наследник. Так осталась тётя Лена одна с инвалидом и грудничком, благо, её мать помогала с детьми. Я часто слышала от матери, что "сегодня я за себя и за Лену", "Лена завтра Серёжу на обследование везёт", "Лена на больничный опять ушла, у Серёжи приступы участились, будут ложиться в больницу". Я не знала, какой у него диагноз и ни разу не видела этого мальчика. Тётя Лена мне очень нравилась, она и в гостях у нас бывала, иногда с младшим сыном. Однажды сестра попросила меня сходить с племяшкой в поликлинику. За компанию с нами пошёл мой тогда ещё будущий муж. В блоке здорового ребёнка, где мы ждали приёма (комиссию в школу проходили), в очереди сидела пожилая женщина с ребёнком на руках. Мальчик на вид лет 6-7 худой, с очень тонкими конечностями и большой головой. Он шипел, хрипел, рычал, запрокидывал голову, выкручивал руки и ноги, пускал слюни. Зрелище шокирующее, я оставила своего парня в очереди, сама вышла с племянницей на улицу. Когда мы вернулись в блок, я увидела тётю Лену. Теперь уже она держала на руках этого мальчика, вытирала ему слюни, бабушка стояла рядом. Домой шли молча. Даже Юлька, которая вообще, кажется, не замолкала никогда, шла погружённая в свои мысли. Уже дома она спросила, сколько лет тому больному мальчику. И я задумалась. Я знала второго сына тёти Лены, ему тогда лет 10 было, и точно знала, что Серёжа старше. Вечером на этот вопрос ответила вернувшаяся с работы мать. Серёже 14. Позже, когда я уже была замужем и ждала своего первого ребёнка, спросила у мужа, помнит ли он того рычащего мальчика в здоровом блоке. Конечно, он помнил, хоть и прошло уже года 3. Тогда я сказала, что если у нас родится что-то подобное, я оставлю его в роддоме. Не пришлось, родила в срок здорового мальчишку. Но в тот момент начала думать, а смогла бы вообще оставить, если вдруг какой диагноз. Никого не осуждаю. Ни тех, кто оставил ребёнка, не желая разменивать свою жизнь на поддержание его существования. Ни тех, кто взвалил на себя уход за инвалидом из-за материнских чувств. Здесь нет правильного выбора, вернее, у каждого он свой. Как вообще можно осуждать в такой ситуации, тут только посочувствовать и радоваться, что сама перед таким выбором не оказалась.