Наш специальный корреспондент Сергей Шведко – о том, что, когда существует угроза жизни людей, все остальные аргументы не являются существенными.
Сергей Шведко
Чем хуже дела идут на фронте, тем более киевский режим становится террористическим. Чтобы перебить море негатива, связанного с ситуацией на передовой, у украинской власти остается не очень-то много методов. Тезис «Весь мир с нами» уже не работает, потому что далеко не весь мир и давно не с ними. Мечты о том, что Россия скоро рухнет под тяжестью санкций, остались несбыточными. Поэтому для поддержания необходимого уровня «перемоги» приходится пускаться во все тяжкие.
Если кто-то забыл, напомню о взрыве на Крымском мосту в октябре 2022 года. Тогда погибли пять мирных жителей, были частично обрушены конструкции, пострадал железнодорожный состав с топливом и пришлось полгода восстанавливать поврежденные опоры и само полотно. Время спустя глава СБУ с гордостью подтвердил причастность своей службы к этой трагедии.
После этого наши специально обученные люди разоблачили еще несколько таких попыток. Один из последних случаев был в августе нынешнего года, когда представители спецслужб обнаружили в одном из автомобилей 130 килограммов взрывчатки, которая предназначалась для взрыва на Крымском мосту. А месяц спустя уже Служба государственной безопасности Грузии заявила о задержании двух граждан Украины за ввоз на территорию страны 2,4 килограмма гексогена, который в дальнейшем планировалось переправить в Россию.
Объединяют все эти инциденты два аспекта. Первый: украинские террористы с маниакальным упорством пытаются организовать взрывы на стратегических российских объектах. Второй: один из приоритетных путей доставки взрывчатки из Украины проходит через Румынию, Болгарию, Турцию и Грузию. И если последняя страна уже начала системную борьбу с этим смертоносным транзитом, то в отношении Турции ничего подобного не замечено. Именно поэтому южное морское направление является зоной пристального внимания. В конце концов, лучше ввести некоторые ограничения, чем допустить гибель людей и разрушение стратегически важных объектов.
И в этом контексте совсем по-другому видится ситуация с паромом «Сибридж» между Трабзоном и Сочи. Оставляем за бортом другие проблемы: огромные неудобства для курортного города и единственной дороги из него, создаваемые большегрузными автомобилями, которые, вероятно, будут перевозиться паромом. А также сомнительную экономическую целесообразность этого маршрута для нашего края. Но даже в важнейших на сегодня вопросах безопасности некие бизнесмены пытаются играть в махновщину.
Вот вам немного хронологии.
Весной 2025 года в администрации города Сочи прошло совещание по поводу паромного сообщения. Так вот на нем правоохранители заявили, что городская и портовая структура не готова к приему иностранных грузопассажирских судов. Плюс к этому в случае запуска парома существенно возрастают риски, связанные с несанкционированным провозом опасных, запрещенных и потенциально вредоносных материалов.
В общем, позиция ясна и обоснованна. Но, невзирая на это, 16 октября в Сочи все же прибыл тестовый паром из Турции. Как говорится, «в нахалку», проигнорировав позицию местной власти и силовиков.
Естественно, что рейс в такой ситуации не мог быть принят в порту. Но и это не остановило перевозчика. И 5 ноября судно снова вышло из Трабзона, на этот раз с 20 пассажирами на борту. Видимо, расчет был в том, чтобы прикрыться людьми и таким образом легализовать рейс. И снова не получилось. Простояв на рейде в акватории Сочи, судно вернулось в Турцию, не получив разрешения на швартовку в морском порту от ФСБ.
Не знаю, чем руководствуются представители бизнеса, которые гоняют туда-сюда этот злосчастный паром. Скорее всего, полагаются на информационное давление на региональную власть и правоохранителей. Мол, мы развиваем торговые отношения между странами, а они рубят на корню добрые инициативы, даже людей не жалеют. Впрочем, такой себе аргумент. Потому что связи связями, а в нынешней ситуации важнее сохранить жизни наших сограждан и инфраструктуру края от террористических посягательств. Не так ли?