ФАС - это не всегда команда для собаки. Часто это фетальный алкогольный синдром...

Эта семья у меня на примете с тех пор, как довелось съездить в их дом на выезд. Живут они не особенно далеко от моего предыдущего места жительства, рядом с семьей моей троюродной сестры, и каждый раз, когда мы с сестрой видимся, она рассказывает о новых приключениях семейства.

Поехали мы туда по довольно неприятной причине: прямо в коридоре yдавился кормилец семьи. Кормильцем данного гражданина назвать было довольно сложно, потому что он нигде не работал, а лишь искал бесхозный металл и прочие не особо доходные источники денег, и тратил это все на выпивкy для семьи.

Домик, в котором проживало семейство, был еще крепким, но весьма неухоженным. Меня поразил факт, что вокруг дома не было ни огорода, ни картофельника, ни даже плодовых деревьев и ягодных кустов. Обычно даже у очень пожилых людей в частных домах имеются зеленые насаждения. Вокруг дома валялся различный мусор, общее впечатление от участка было неприятным. Мы взошли на скрипевшее под ногами деревянное крылечко, вошли в коридор. Виновник выезда висел на измочаленной веревке, в положении неполного висения, упираясь ногами в пол. Веревку он закрепил на старинном кованом гвозде, вколоченном в стену кем-то из пращуров семейства, возможно строителем дома.

Кроме нескольких кpовоподтеков и cсадин на теле различной давности и странгуляционной борозды на шее, повреждений мы на нем не обнаружили. Сыщик Николай пошел уточнить у жильцов дома, что могло поспособствовать столь решительному шагу, а мы направились за ним, вдруг отец семейства оставил предcмертную записку...

В доме, состоящем из комнаты и кухни, было грязно, убого и мусорно. Пахло чем-то кисловатым, прелым. На нас посмотрели сразу шесть пар глаз - мать семейства, бабушка и четверо детей. Все они были очень похожи друг на друга. Невысокие, с очень узкими верхними губами, сглаженными носогубными складками, выраженным эпикантусом на верхнем веке.

Они изъяснялись скудными фразами и не особенно ясно понимали, о чем спрашивает их сыщик.

- Муж ваш высказывал мысли о cуициде? - спросил сыщик.

Женщина замерла, посмотрела на мать, переспросила:

- О ком?

- О самоyбийстве... - пояснил Николай.

- Да нет...

-Да или нет? - уточнил сыщик.

- Нет...

- Пил? - спросил Николай.

- Пил. Как же не пить... Тяжело живется... - ответила бабушка семейства.

Дети громко возились на двухъярусной кровати, один ударил другого, все заплакали навзрыд. К ним тут же ринулась бабушка, выписала порцию шлепков, и ребятишки утихли.

- Когда видели последний раз живым? - спросил сыщик.

- А вчера вечером. Поужинали, выпили, пошли спать. Утром нет его нигде, Пашка пошел в туалет, заходит домой и говорит - там папка стоит, а домой не идет... Баушка пошла поглядеть, а он и не стоит, а висит, уже холодный...

Опросили, как положено, и мать, и бабушку. Обе женщины, как ни странно, были работающими, трудились дворниками в управляющих компаниях, работу свою ценили как источник дохода. На детей семья получала пособия, обидно было, что шли они на зависимость взрослых. Это было очень заметно, потому что и мать, и бабушка выглядели как люди с фетальным aлкогольным синдромом, попросту ФАС. И дети, соответственно, явно были тоже с ФАС, во время беременностей мать явно от aлкоголя не отказывалась. Моя старшая бабушка говорила про таких - в десяти поколениях на самогоне замешаны.

Мы не стали спрашивать ни о чем, нас не касающемся, но в машине обсудили ситуацию. Едва молодой следователь заикнулся об опеке, сыщик махнул рукой и сказал:

- Сам-то веришь? Жилье свое, мать и бабушка работают, пособия получают, худо-бедно одеты, кое-как питаются, не побираются, сад и школу посещают... Нечего там опеке делать. Да и никто их из детдома не возьмет, четверых... По одному может и разобрали бы, а четверых нет.

И следователь замолк, понурившись. Он, единственный и любимый сын у родителей, не мог свыкнуться с увиденной картиной.

Нам с сыщиком доводилось видеть подобное, но тем не менее мы считали, что дети не должны расти в таких условиях...