Сейчас уже есть люди, которые никогда не носили валенок. Есть даже те, кто никогда их не видел. А некоторые вообще думают, что валенки — это что-то из прошлого, как и лапти. Но на самом деле нет, конечно же. Валенками активно пользуются в деревнях. Даже я прошлом году хотел купить себе валенки. Красные! (Что это было? Кризис среднего возраста? Вроде рановато). Но не купил. По размеру не подошли. И в городе слишком слякотно и грязно для них.
Многие, кстати, считают, что валенки — это чисто русские изобретение. Но нет. Истоки валенок теряются где-то в тумане веков, задолго до появления самого слова «Русь», потому что технология валяния шерсти одна из древнейших в мире.
Дзен уже неделю "болеет", да и раньше не показывал новые статьи далее подписчикам, поэтому приглашаю всех в Телеграм.
Археологические находки в замерзших курганах Горного Алтая и Пазырыка (V-III вв. до н.э.) сохранили для нас войлочные ковры, чепраки и головные уборы скифов и сарматов. Эти изделия, украшенные сложными аппликациями, демонстрировали виртуозное владение техникой.
Кочевые народы, такие как монголы, тюрки, буряты, довели искусство валяния до совершенства. Их пимы или войлочные сапоги были идеально приспособлены к образу жизни, потому что не скользили в стремени, надежно держали тепло в степи, где ветер сбивал с ног, а мороз достигал невероятных сил. Именно по великому Шелковому пути, а позже через Волжскую Булгарию и в ордынскую эпоху, знание о войлоке медленно просачивалось в лесные княжества Северо-Восточной Руси.
Первые письменные упоминания на Руси о «валяных сапогах» или «катанках» относятся к XVI веку, но настоящий расцвет ремесла пришелся на XVIII столетие. Сыграли роль два фактора. Первое — это распространение грубошерстных овечьих пород, дающих подходящее сырье. Второе — отмена Петром I пошлин на ремесленные промыслы.
Центром валяльного дела стала Нижегородская губерния, особенно село Семеновское (прославившееся также своими хохломскими ложками и матрешками). Здесь, в крестьянских избах, и рождался классический русский валенок. Процесс был сакральным действом, растянутым во времени и требующим недюжинной физической силы.
Брали осеннюю овечью шерсть, потому что она была длиннее и грубее. Её тщательно мыли, сушили, а затем «трепали», то есть били специальными прутьями-трепалами, чтобы разрыхлить и очистить от сора. Потом расчёсывали на больших щётках-кардах, превращая спутанную массу в легкое, воздушное пушистое волокно — ровницу. Далее мастер-катальщик раскладывал ровницу на большом столе по будущей колодке. Шерсть укладывали слоями, строго определенной толщины, иначе валенок мог получиться с «проталинами» (тонкими местами) или, наоборот, неподъёмно грубым. Заготовку поливали крутым кипятком с мылом (мыло служило щелочным катализатором, раскрывая чешуйки волокон шерсти) и начинали катать. Сначала вручную, с силой прижимая и прокатывая скалку, затем, когда заготовка уплотнялась, её наматывали на специальную скалку и катали по столу, прижимая другой. Это был изматывающий труд.
Следующим этапом была катальная машинка, это такой деревянный станок с вращающимся валом и прижимной колодой, приводимый в движение мышечной силой. Здесь валенок окончательно уплотнялся и приобретал свою прочность.
Почти готовый, но еще бесформенный сапог надевали на деревянную колодку (точную копию ноги) и начинали «садить», то есть били по нему специальной колотушкой, выравнивая и придавая окончательную форму. Колодки были разными на правую и левую ногу, но сами валенки долгое время не делились и их разнашивали уже на ноге.
Готовый валенок сушили несколько дней на печи. Затем его обрабатывали пемзой или специальным камнем, чтобы поверхность стала гладкой. Для чернения использовали сажу или отвар дубовой коры.
Пара хороших валенок могла кататься несколько недель. Они были дорогим приобретением. Их берегли, носили поверх кожаной обуви (черевиков), а для прочности на пятку и носок могли привалять кожаную заплатку.
В XIX веке валенки стали не просто обувью, а социальным маркером. Зажиточный крестьянин мог позволить себе «сапоги катанные серые» и это было признаком статуса. Бедняки же обходились лаптями или старыми, драными валенками, которые передавались по наследству.
Но парадокс в том, что, будучи символом крестьянского быта, валенки проникли и в высший свет. Царица Екатерина II, страдавшая от болей в ногах, по предписанию врачей носила мягкие валенки, правда, сшитые из тончайшего войлока. Придворные дамы, подражая императрице, заказывали себе миниатюрные, изящные «катанки», украшенные вышивкой шелком.
Легенды гласят, что Суворов, известный своей заботой о солдатах, оценил валенки за их способность сохранять ноги сухими и тёплыми в походных условиях. А Распутин для демонстрации своей «народности» часто появлялся при дворе в расшитых валенках.
Свою же настоящую ценность валенки доказали в ходе войн XX века. В окопах Первой мировой, а затем и в лютые морозы Великой Отечественной они стали стратегическим товаром. Зимой 1941-42 годов под Москвой и Сталинградом, когда температура падала ниже -30°C, кожаная обувь не спасала.
Тысячи пар валенок шли на фронт с тыловых артелей. Их валяли в промёрзших цехах женщины, старики и подростки. Солдаты называли их «средством передвижения №1» ведь в валенках можно было часами лежать в снегу в засаде или совершать марш-бросок. Они были спасением, и к ним относились с уважением.
Казалось бы в XXI веке, в эпоху высокотехнологичных мембран и синтетических утеплителей валенки должны были кануть в Лету. Но произошло обратное. Они пережили второе рождение, найдя свое место между ностальгией, экологичностью и дизайном.
На волне интереса к натуральным материалам валенки оценили за их терапевтические свойства: овечья шерсть, содержащая ланолин, благотворно влияет на суставы, хорошо массажирует стопу и, благодаря гигроскопичности, лечит от простуды.
Похоже в этом году всё-таки куплю себе пару. Вместе с калошами, чтоб не промокли в городе. А ниже я подобрал для вас ещё несколько интересных статей: