ПРЕДЫДУЩИЕ ЧАСТИ ЦИКЛА "Россия в 1839 году" - размышления о многом" - В ИЛЛЮСТРИРОВАННОМ КАТАЛОГЕ "РУССКIЙ РЕЗОНЕРЪ" LIVE
Всем утра доброго, дня отменного, вечера уютного, ночи покойной, ave, salute или как вам угодно!
Искренне полагаю, что в сердце всякого русского (или лучше даже так - "всякаго русскаго"), прочитавшего чуть более пары десятков книг (утрирую - разумеется!) из поколения в поколение передаются некоторые духовные маркеры, среди которых непременно живут такие категорически невместные ни в какие стандарты и обсуждения понятия, как "Великая Отечественная" или "блокада Ленинграда". К величайшему моему сожалению, отчего-то с советских времен не закрепились там "Первая мировая", "русско-японская" войны. Нет вовсе среди этих маркеров Крымской кампании, искренне почитаемой мною за "победу", а не за "поражение". Оно и понятно - почему... Первую пару войн один одиозный квазиисторик заклеймил "империалистическими", а стало быть, никакого "подвига" там и быть не может, подвиги могут совершать только стреляющие "Авророй" матросы и комиссары в пыльных шлемах. А что до Крымской войны, то тут уж и вовсе - конфуз. Проклятый царизм оказался неспособен... не готов... марксизм учит... блаблабла... А то, что "неготовая к войне с Европой" Россия со своим несовершенным гладкоствольным оружием вымотала интервентов до нитки, а на Балтике и Дальнем Востоке надавала им грандиознейших пистонов, - это уж так, знаете ли, несущественные нюансы...
Но уж точно емкое и звучное слово "Бородино" в этом списке присутствует! Неизменно! Честь и хвала Михаилу Юрьевичу, Льву Николаевичу (много, правда, на- и привравшему, но свой вклад всё одно внесшему), и даже Сергею Фёдоровичу, в 1960-х всё это заново бесподобно разыгравшему на экране (Пользуясь случаем... пожалуйста!.. Не нужно это повторять - ну, дрянь же выйдет, право слово, после самим стыдно будет!) Десятки тысяч бесфамильных русских солдат, сотни представителей лучших дворянских фамилий навеки легли там, совершив решительно каждый свой собственный самый настоящий ПОДВИГ, иногда - безымянный, и никем не отмеченный.
Впрочем, довольно пафоса, он и так не совсем свойственен вашему покорнейшему... Ведь у г-на де Кюстина просто не может не быть собственного, особого мнения на счет Бородина и связанных с ним торжеств лета 1839 года. Я намеренно приведу ниже весьма объемную цитату из нашего неочарованного странника - с тем, чтобы в свете изложенных мною в начале публикации размышлений разобрать кое-какие фразы из маркизовых пассажей. "Новые кюстинианцы", неосторожно возведшие своего лжепророка на мессиев пьедестал, - вы это читали? Держу пари - нет... Потому что, если читали и продолжаете гнуть свою скрипучую линию, - то, быть может, пора бы вам заслуженно прикрепить на грудь модный нынче значок * - со всеми вытекающими из него последствиями?
- Российский император прибывает в Москву, словно ассирийский царь в Вавилон. Говорят, еще большие чудеса готовятся к его прибытию в Бородине, где в мгновение ока возник целый город, и этому новоявленному городку среди лесов предстоит просуществовать всего неделю; там даже насажены сады вокруг дворца; деревья, обреченные скорой гибели, привезены издалека и с большими издержками, дабы изображать собою вековые кущи; что усерднее всего подделывают в России, так это старинный возраст; в этой стране, не имеющей прошлого, люди терзаются всеми муками самолюбия, свойственными выскочке, который знает жизнь и прекрасно понимает, что думают окружающие о его внезапном обогащении. В этом заколдованном мире, чтобы изобразить вечное, пользуются самым что ни на есть преходящим: вместо векового дерева — дерево, выкопанное с корнями! вместо дворцов — богато убранные балаганы, вместо садов — разрисованные холсты. На Бородинском поле сооружено несколько театров, и воинские представления там будут перемежаться комедией; мало того, по соседству с военным городком императора вырос из праха еще и городок мещанский. Впрочем, хозяева наскоро выстроенных там трактиров терпят убытки, так как полиция с большой неохотой допускает в Бородино любопытных. Празднество должно заключаться в точном повторении той битвы, которую мы называем Московскою, а русские нарекли Бородинским сражением; дабы все было как можно ближе к действительности, из самых дальних уголков империи созвали ветеранов 1812 года — всех тех участников дела, кто еще жив. Представьте же себе изумление и недоумение этих бедных стариков-героев, которых внезапно оторвали от их сладких воспоминаний и унылого покоя и заставили из далекой Сибири, с Камчатки, с Кавказа, из Архангельска, с лапландских границ, из кавказских долин, с каспийских берегов съехаться сюда, где на театре их славы разыгрывается представление, призванное, как им внушают, довершить их торжество. Здесь им придется заново разыграть ужасную комедию битвы, где они стяжали себе не богатство, но славу — жалкое вознаграждение за сверхчеловеческую верность долгу; усталость и безвестность — вот все, что получили они за свое повиновение, которое именуют славным, чтоб подешевле от них откупиться. К чему ворошить эти вопросы и воспоминания? к чему дерзко вызывать из небытия столько забытых и немых призраков? Это словно Страшный суд, куда призваны души солдат 1812 года. Кто пожелал бы создать сатиру на военную жизнь, не сыскал бы лучшего средства, чем это...
Довольно, сударь, вы изрядно поиспражнялись в остроумии, теперь давайте уж обсудим плоды вашего сарказма.
Итак, любезнейший читатель... Определение "комедия" повторяется дважды, а во второй впридачу сопровождено эпитетом "ужасная". Наличествует даже "сатира". Россия названа ... внимательно... "страною, не имеющей прошлого" (!!) Всё это вкупе усилено неизвинительным даже для иностранца, но вполне логичным для француза, вопросом "к чему ворошить..."? Признаться, набрасывая эти строки, так и вижу себя в покойном кресле и в теплом кашне в образе знаменитого "бесогона" Н.С. И даже интонации его вдруг уловил. Честное слово - не хотел уподобляться, но... Как бы ни хотелось быть сколь-нибудь объективным по отношению к маркизу - особенно в тех местах, где аллюзии на современность вполне ощутимы, но называть "комедией" и "сатирой" вполне объяснимое желание Николая Павловича почтить память героев четвертьвековой давности величайшего сражения (да-да... "скрепы", наконец)!.. Нас можно не жаловать, называть с усмешкою "скверными моряками", приговаривать к пожизненной тирании и издеваться над пристрастием к ней, но глумиться над павшими, Героизмом и Силою Духа?!.. К тому же - прибавим, силой духа, проявленной во время вторжения тирана французского, угробившего по Европе запросто более трех миллионов, и самым позорным образом явившего себя вовсе не гением, а совершенною стратегическою бездарностью, что Россия успешно, хоть и ценою чудовищного числа погибших и беспримерной жертвенности, доказала. Издай де Кюстин том своих умственных отрыжек в наше время - и сразу несколько статей УК вместе с тем самым значком * ему были бы гарантированы!
- В свое время император позволил мне — то есть повелел — посетить Бородино. Теперь я думаю, что недостоин подобной милости; ... я не учел, сколь затруднительна будет роль француза в этом историческом представлении... решился я не напоминать о себе... Я сожалел бы о своем отсутствии на зрелище столь любопытном в отношении нынешних нравов и обстоятельств, если б только мог созерцать его как посторонний наблюдатель; но хоть я и не принужден заботиться здесь о воинской славе своего отца, я сын Франции и чувствую, что мне не подобает забавляться этою дорогостоящею военного репетицией, призванною единственно распалить национальную гордость русских за счет бедствий нашей страны...
Pardon, monsieur, виноват... За счет чьих бедствий? Временами кажется, что у маркиза помрачается рассудок: он теряет связь с Историей, подменяя имена, события и факты в наиболее выгодной для него трактовке. Из последней фразы, например, вообще следует, что это бедная Франция подверглась злодейскому нападению русских, а теперь вот на этом самом Бородинском поле, видите ли, ещё имеют наглость что-то там отмечать - наверное, свое вероломство, не иначе.
- Если б еще актеры, разыгрывающие историю, были на этот раз верны правде!.. Но разве можно надеяться, что люди, всю жизнь привыкшие ни в грош не ставить истину, вдруг начнут ее блюсти?
Ну... тут уж остается только развести руками на эту высокопарную глупость, да ляпнуть что-то вроде "а у вас, сударь, волос дурной из ушей прёт", но мы не станем это делать, тем более, что маркиз далее и не намерен останавливаться в своих жалких потугах на историческую справедливость.
- Русские по праву гордятся исходом кампании 1812 года; однако ж генерал, начертавший ее план и первым предложивший постепенно отводить русскую армию в глубь империи, заманивая туда изнуренных походом французов; одним словом, тот, чьему гению Россия обязана своим избавлением, — князь Витгенштейн — не будет участвовать в грандиозном представлении; дело в том, что он, на беду свою, еще жив… Он живет у себя в имении, в полуопале; итак, имя его не будет произнесено на Бородинской годовщине, зато перед ним воздвигнется памятник вечной славы генералу Багратиону, павшему на поле брани.
С чего маркиз выдумал вдруг, что Петр Христианович Витгенштейн (на момент торжеств, кстати, ему было уже 70 лет) находился в "полуопале" - непонятно, как раз тот случай, который на Руси называют "для красного словца". Удостоенный в 1826 году звания генерал-фельдмаршала Витгенштейн через десять лет по указу Николая I получил титул светлейшего князя, а в отставку в 1829 попросился сам - по причине расстроенного здоровья, особенно донимали его сильнейшие боли в ноге, злосчастное пулевое ранение в которую он получил в 1814-м в сражении при Бар-сюр-Обе. Сударь, послушайте, сударь - что вы плетете? Ваше квазиисторическое макраме, вероятно, рассчитано на неприхотливого европейского читателя, для которого что Витгенштейн, что лихой партизан, буквально вместе с тем самым Бенкендорфом донимавший французские тылы, Винцингероде - суть примерно одинаковы, а, может быть, и вовсе один человек.
И вновь - небольшой урок истории от, верно, самого претенциозного из её учителей.
- Мне прислали отчет о бородинских военных упражнениях, и от него гнев мой отнюдь не утихает...
Господи, страсти какие... Чем мы ещё сумели вас, сударь, так распалить?
- О Московской битве читали все, и история числит ее среди тех, что выиграны нами: император Александр затеял ее наперекор мнению своих генералов как последнюю попытку спасти столицу, которая спустя четыре дня была все-таки взята; однако героический пожар Москвы в сочетании с морозом, смертоносным для людей, рожденных в более мягком климате, наконец, недальновидность нашего вождя, ослепленного на сей раз непомерною верой в свою счастливую звезду, — все это решило дело к нашей беде; и вот теперь, благо кампания закончилась удачно, российскому императору угодно считать поражение своей армии в четырех переходах от столицы победою!..
Не "взята", а "оставлена", маркиз. Русскими "оставлена". Если вы трактуете ввод войск в пустой город как "взятие", то - конечно, спору нет, это величайший из воинских подвигов... особенно, для "рожденных в более мягком климате", незнамо зачем попершихся в огромную Империю со своим "недальновидным вождем". Ох, уж это французское легкомыслие!.. Но вовсе не это разозлило автора!
- ... В тот момент сражения, когда французы, громимые огнем русской артиллерии, бросаются на разящие их батареи, дабы, как вам известно, смело и удачно захватить неприятельские пушки, император Николай, вместо того чтоб дать им выполнить сей знаменитый маневр, который справедливости ради должен он был допустить, а ради собственного достоинства — сам скомандовать, — император Николай, льстя ничтожнейшим своим подданным, заставил отступить на три лье тот корпус нашей армии, которому мы в действительности обязаны были поражением русских, победным маршем на Москву и ее взятием. Судите же сами, как я благодарю Бога, что мне хватило ума отказаться присутствовать при подобной лживой пантомиме!..
Ах, вот что... Борец с тиранией заметил ужасающую историческую несправедливость? Подтасовку? Так, сударь, сия реконструкция затевалась не для скрупулезной детализации, а для Памяти русского народа о днях, когда и народ, и армия, и Бог были едины в благородном порыве своем - освободить Родину от самонадеянных пришельцев, которым по причине космической гениальности своего вождя вскоре предстоит кутаться в бабьи платки и жрать дохлую конину.
- Невозможно более резко отрицать достовернейшие факты и более дерзко издеваться над совестью людей, а прежде всего над своею собственною... Не дожидаясь торжественного въезда императора в Москву, я через два дня уезжаю в Петербург.
И право, сударь, загостились вы тут. Всего доброго! А мы пока лучше стихи Дениса Давыдова почитаем - как раз о том самом...
Умолкшие холмы, дол некогда кровавый,
Отдайте мне ваш день, день вековечной славы
И шум оружия, и сечи, и борьбу!
Мой меч из рук моих упал. Мою судьбу
Попрали сильные. Счастливцы горделивы
Невольным пахарем влекут меня на нивы…
О, ринь меня на бой, ты, опытный в боях,
Ты, голосом своим рождающий в полках
Погибели врагов предчувственные клики,
Вождь гомерический, Багратион великий!
Простри мне длань свою, Раевский, мой герой!
Ермолов! я лечу — веди меня, я твой:
О, обреченный быть побед любимым сыном,
Покрой меня, покрой твоих перунов дымом!
Но где вы?.. Слушаю… Нет отзыва! С полей
Умчался брани дым, не слышен стук мечей,
И я, питомец ваш, склонясь главой у плуга,
Завидую костям соратника иль друга.
С признательностью за прочтение, мира, душевного равновесия и здоровья нам всем, и, как говаривал один бывший юрисконсульт, «держитесь там», искренне Ваш – РРЪ
ЗДЕСЬ - "РУССКiЙ РЕЗОНЕРЪ" ИЗБРАННОЕ. Сокращённый гид по каналу