Клода Моне знают и любят практически все, - даже те, кто совсем слабо разбирается в европейской живописи. Его очаровательные пейзажи, которые когда-то вызывали насмешки, давно кажутся неотразимыми. Он написал их тысячи. Вот история всего нескольких полотен (или серий полотен).
«Впечатление. Восходящее солнце» (1872)
Одна из самых знаменитых картин в истории французской живописи. Моне приехал в Гавр, в котором провел детство, увидел восход солнца из окна гостиницы, был потрясен сочетанием тумана и солнца, схватил первый попавшийся холст и запечатлел вид. (Исследователи из Музея Мармоттан-Моне в 2014 году постановили, что это случилось 13 ноября 1872 года в 7.35 утра, а заодно опровергли теорию, что на картине якобы изображен закат, а не восход).
Картиной, показанной на выставке молодых художников на бульваре Капуцинок в 1874 году, были очарованы далеко не все. В знаменитом фельетоне Луи Леруа «Выставка импрессионистов» (именно оттуда и пошел термин «импрессионизм»: impression и значит по-французски «впечатление») полотна были названы безобразием. А конкретно про вид гаврского порта, разгромленный в статье с особенным удовольствием, писали: «Обойная бумага в стадии наброска, и та будет смотреться более проработанной, чем эта живопись!» Продать устроителям выставки не удалось почти ничего. Чуть позже «Впечатление» приобретет коллекционер Эрнест Ошеде за 800 франков (сегодня это было бы примерно 3500 евро). С Ошеде у Моне завяжется дружба. А еще он влюбится в его жену Алису и в конце концов станет почти в открытую жить с ней (в начале 90-х, когда она овдовеет, Моне на ней женится).
В 1985 году «Впечатление» вместе с еще несколькими картинами Моне украдут из музея Мармоттан, а в 1990-м найдут в доме корсиканского бандита - тот пытался продать картину японскому якудза.
"Руанский собор" (1892-94)
Моне очень любил писать полотна сериями. У него есть серия мельниц, созданная во время поездки в Голландию, серия видов вокзала Сен-Лазар, знаменитая серия стогов, серия тополей. Но самое известное - это, конечно, более тридцати изображений фасада Руанского собора в разное время суток, при разной погоде и освещении. Моне в этот собор буквально влюбился, договорился с торговцем лавки модной одежды напротив храма, и тот сдал ему комнатку на втором этаже. Оттуда Моне, как сумасшедший, писал вид за видом. При этом он еще и искал другие ракурсы, и находил, хотя и не без труда. «Все, я больше так не могу, я совершенно сломлен. Всю ночь сегодня снились кошмары - на меня падал собор, а я все никак не мог понять, какого он цвета - голубой, розовый или желтый…» - писал он невесте.
У многих картин есть названия - «Портал в солнечный день», «Симфония в серо-розовом свете», «Портал в ненастье», «Солнечный свет на закате дня», «Коричневая гармония»… Теперь Моне был уже знаменитым художником, и эти виды буквально разлетались - на них находилось много покупателей. Будущий премьер-министр Франции Клемансо (он любил живопись и дружил с Моне) писал: «Если пристально вглядеться в соборы Моне, то возникает ощущение, что они написаны каким-то переливчатым строительным раствором, брошенным на холст в приступе ярости. Но в ее дикой вспышке столько же страсти, сколько выверенного знания».
"Лондонский туман" (1899-1901)
Есть теория, что настоящим отцом импрессионизма был великий англичанин Джозеф Мэллорд Уильям Тернер, умерший, когда Моне было 11 лет. Ну, во всяком случае, реакция у девственного туриста, заходящего в тернеровскую галерею музея Tate Britain, обычно простая: «Ой, импрессионизм!» И действительно, тернеровская игра света и воздуха, тумана и отблесков - практически именно то, что у нас сегодня ассоциируется с этим термином. Некоторые полагают, что Моне, впервые побывавший в Лондоне в 1870-м, видел полотна Тернера, и они на него сильно повлияли (хотя он не одобрял обилия шоколадных оттенков на его полотнах, и, по некоторым сведениям, называл их «коричневой мазней»).
Так или иначе, на рубеже XIX и XX Моне приехал в Лондон снова, и создал серию из сотни изумительных городских пейзажей, которые волей-неволей снова напоминают о Тернере. Одна из самых знаменитых картин англичанина - «Пожар в здании Парламента 16 октября 1834 года»; вот и Моне влюбился в лондонский Парламент (правда, это было уже другое, неоготическое здание, с Биг Беном, построенное как раз после того пожара). Еще сильнее он влюбился в уже воспетый Тернером лондонский туман, который в то время нависал над городом клубами. И был, по сути, смогом; дома в Лондоне отапливались углем, в городе работали фабрики, дым и копоть смешивались с туманами, характерными для местности, и у людей возникало ощущение, что в воздухе разлит гороховый суп (все это по-английски так и называется, pea soup fog)... Грязь забивала легкие и уносила жизни тысяч людей, но Моне об этом не думал, находя туман бесконечно поэтическим. Жаловался только, что его то и дело развеивает ветер - «Совершенно невозможно работать!»
"Кувшинки" (1897-1926)
В 1883 году художник поселился в городке Живерни, и с тех пор темы для большинства полотен (не считая руанских, лондонских, а еще, например, венецианских) находил в радиусе трех километров от дома. Совсем рядом с особняком он вырыл пруд (и установил краны, которые позволяли регулярно менять воду), построил мостик, населил водоем редкими водными растениями... И примерно с 1897 года его любимыми «моделями» стали кувшинки (они же нимфеи, они же водяные лилии). Каждое утро садовник объезжал пруд на лодке, смахивал с цветов пыль, и только после этого Моне становился за мольберт. Кувшинкам посвящено более 250 (!) полотен Моне, он рисовал их почти три десятка лет, до самой смерти. Весь 1907 год, например, он писал только их, а в 1909-м состоялась отдельная выставка, названная «Нимфеи, серии водных пейзажей».
Вскоре после этого у него начало портиться зрение, изменяться восприятие цвета. Как пишет его биограф Мишель де Декер, «ему всюду мерещилось желтое!» Однажды он схватил со стола белую тарелку и начал потрясать ею перед гостями: «Какого она цвета, по-вашему?! А я ее вижу желтой!» Ему приходилось подписывать тюбики с красками и располагать их в определенном порядке. Только за три года до смерти он сделал операцию, его восприятие цвета улучшилось - и он принялся уничтожать некоторые холсты, созданные ранее...
Сейчас кувшинки (как и почти все, созданное Моне) стоят огромных денег. Например, одна из картин с нимфеями, написанных в 1906 году, в 2014 году ушла с аукциона «Сотбис» за 32 миллиона фунтов стерлингов.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru
Автор: Денис КОРСАКОВ