Дорогие мои читатели! Начало этой публикации здесь -
Случай, перевернувший всю жизнь Онегина Гаджикасимова.
В квартире музыкального редактора Всесоюзной фирмы грамзаписи «Мелодия», своей хорошей знакомой - Анны Качалиной, Гаджикасимов случайно увидел Библию. Редкую по тем временам книгу. Раскрыл её и начал читать. И… читал трое суток, пока не дочитал до последней страницы. А после – случилось непредвиденное – поэт ослеп. «Я потерял зрение телесное, но обрел внутреннее», - говорил он позже, называя свою слепоту Промыслом Божиим. Через несколько дней зрение к нему вернулось. Качалину с той поры он звал крестной матерью.
В одночасье тот «мир искусства», в котором он блистал, стал для него пустым и неинтересным. И Онегин оставил этот мир. Ушёл, никому ничего не сказав… В один из дней просто не вернулся домой. Семья и друзья узнали, что Онегин решил принять крещение и посвятить свою жизнь служению Богу в мужском монастыре. Возможно, причиной стала возникшая неожиданно онкология… Ушел знаменитый поэт, внук муфтия в… православие. Точнее, уехал. В 1985 году, он сел в поезд, сошел на дальней белорусской станции. И в небольшой сельской церквушке крестился с именем Олег. Гаджикасимов долгие месяцы жил в одиночестве, на какой то заброшенной даче. Читал православную литературу, готовился стать монахом. А потом отправился паломником в монастырь Оптина пустынь. Служил там привратником, скрывая от всех свое звездное прошлое. Себя называл Гакасимовым. Приняв православие, Онегин бросил курить, полностью отказался от алкоголя, притом, что этот человек даже по запаху вина мог сказать, из какого сорта винограда оно сделано. Многие замечали, что на более поздних фото Онегин выглядит совершенно другим человеком, чем был в молодости.
В 1989-м году он стал иноком Афанасием. В 1991-м - пострижен в монашество с именем Силуан, дав три обета: целомудрия, послушания и нестяжания. Все свои сбережения поэт отдал монастырю. А трехкомнатную квартиру знакомым, которым негде было жить. Силуан писал жития святых, водил экскурсии по монастырю. Он стал прекрасным проповедником. Послушать его люди съезжались с самых разных мест. Однако, и тут он не нашел умиротворения.
И в монастырской среде есть свои интриги...
Началось все с обыкновенной глупой истории. Однажды Силуан пришел на местный рынок, чтобы купить для братии фрукты. Продавец-азербайджанец говорит соседу: «Сейчас я этого монаха надую». И вдруг слышит на своем родном языке: «Ну, брат, сделать это тебе будет трудно». Испуганный обманщик кричит на весь рынок: «Колдун!» Действительно, разве мог он ожидать в российской глубинке православного соотечественника в монашеской одежде?! Начались перешептывания…
Колдовством некоторые объясняли и чудесное спасение Силуана в пасхальную ночь 1993 года. На территории монастыря появился какой-то душевнобольной сатанист. Первым на его пути встретился отец Силуан. Но не тот не тронул его, так как на тропинке внезапно появился послушник и окликнул Гаджикасимова. Он прошел мимо. А потом случилась трагедия, потрясшая всю страну. В монастыре были зарезаны трое монахов. Да не простым ножом, а кинжалом с выгравированным на рукоятке «числом зверя» 666. О намерениях убийцы никто, конечно, знать не мог. Позже отец Силуан говорил, что это святитель Николай спас его от гибели. Духовный отец монаха Силуана в Оптиной пустыни схиархимандрит Илий (Ноздрин) как-то сказал Гаджикасимову: «Тебя бес всегда будет гнать - и до смерти, и после нее, ведь ты из мусульман, а стал христианином». Слова оказались пророческими.
Люди есть люди. И в монастырях тоже… Слишком уж умным он был, прекрасно владел латынью, знал историю христианства, мог поддержать разговор на любую тему. Обладая феноменальной памятью, цитировал наизусть тексты Библии. Он поражал людей тем, что по характерным признакам делал предположение о наличии заболеваний и советовал обратиться к врачу. Причина проста, он не раз побывал в больницах…
Гаджикасимов любил пошутить, выражался просто, не всегда задумываясь о том, что можно превратно понять его слова. Например, однажды, увидев неприятный сон, в котором бесы показывали ему некую лабораторию, он в братской беседе обмолвился: «Меня ночью бесы по какой-то лаборатории водили». Это стало поводом для новой волны слухов и доносов: мол, дожили, колдуна Гаджикасимова ночью бесы водят. Поползли слухи, что он «чернокнижник». Удивительно, что Силуан, обладая качествами, поражавшими окружающих, и глубоким умом, перед клеветой оказался абсолютно беззащитен.
Доходило и до «проверок». Так, однажды отца Силуана поставили читать Деяния апостолов перед Пасхой. Он с радостью начал чтение. Но спустя продолжительное время, обернувшись, чтобы попросить воды смочить горло, увидел, что никто не отзывается. Сменить чтеца тоже не было желающих. А телосложения он был тучного и духоту переносил тяжело — повышалось давление, болело сердце. Тогда он еще не знал, что болен диабетом — поэтому так часто и мучительно хотелось пить. С Божией помощью отец Силуан дочитал священную книгу до начала полунощницы. Но еще обиднее стало, когда один из священников подошел и сказал: «Ну вот, я знал, что все эти слухи — неправда, ведь колдун не смог бы так долго читать Священное Писание!»
Несложно догадаться, что здесь была простая человеческая зависть, потому что люди приходили специально к нему, простому монаху. Он ходил буквально облепленный людьми. Конечно же, зависть и ревность во всей ее красе как были на эстраде, также сопровождали повсюду его и в церковной жизни...
Гонения Гаджикасимова в пустыне усилились при смене настоятеля. Тот, следуя веяниям конца девяностых, решил развивать коммерцию в монастыре. Монах Силуан высказался против таких перемен, что, конечно, не понравилось начальству…
Апогеем гонений стало решение выдворить монаха Силуана из Оптиной пустыни. Без суда и следствия его вывезли с вещами и книгами на окраину Москвы, снабдив справкой с формулировкой «отчислен за недостойное поведение» без уточнения деталей.
Наступили годы скитаний в миру…
Идти было некуда. Еще перед уходом в монастырь он оставил трехкомнатную кооперативную квартиру в Москве знакомым, которым негде было жить. Поехал туда. И они отказались впустить бывшего хозяина жилья. Начали судебную тяжбу, доказывая, что хозяин больше пяти лет отсутствовал и не имеет уже никаких прав. Только благодаря помощи сочувствующих ему людей, отцу Силуану удалось оставить себе одну комнату. Сторонясь греха, он решил больше не жить в своей бывшей квартире, а просто сложил пожитки в комнату, запер ее на ключ и ушел. А спустя некоторое время десятилетний сын новых владельцев захотел взять санки с балкона, на который вела дверь из комнаты отца Силуана. Так как пройти напрямую было невозможно, мальчик решил перелезть через перегородку, разделявшую лоджию и сорвался вниз. Чудом он остался жив при падении с одиннадцатого этажа — удар смягчил огромный сугроб. Возможно, это послужило знаком для его родителей: они не стали отсуживать оставшуюся комнату.
Первым приютом монаха Силуана стала квартира Анны Качалиной. Той самой женщины, которая показала ему Библию. Но постоянного пристанища у Гаджикасимова не было. Как говорят очевидцы, не только пристанища, но и необходимой одежды, обуви, пропитания, лекарств. Как монаху ему требовалось уединение, поэтому близкие помогли ему снять отдельное жилье.
Молиться монах ходил в храм, который оказался неподалеку. При храме святителя Николая в Лямцино в Домодедово Московской области открылась воскресная школа для взрослых, где отец Силуан по благословению настоятеля начал проводить духовные беседы. На первую встречу пришло человек тридцать, все поместились в классе. Позже, народа прибавилось — заняли коридор. В конце концов, туда стало приходить до трехсот и более человек. Наталья Засорина, тогда бывшая директором воскресной школы вспоминала: «Слушаешь его — вроде бы говорит понятные вещи и простыми словами, а мысль устремляется к Богу и ведет за собой, как ребенка за руку». Президент Фонда поддержки ветеранов и инвалидов спорта Вадим Бариев вспоминал, что во время первого разговора с Силуаном, он разрыдался :«Рассказал ему всю свою жизнь. Благодаря отцу Силуану я, тогда ещё мусульманин, принял православие. А потом по молитвам батюшки случилось так, что и два моих брата, и две сестры стали православными».
Его разыскивали коллеги из прошлой жизни, но он избегал встреч с ними. Для него это был лишний соблазн. Славу и богатство он поменял на монашескую одежду и кирзовые сапоги. Конечно, ему было больно. Он отдавал свою любовь всем, кто встречался ему на пути. К нему шли за советом дети, старцы, пьяницы и богатые предприниматели, простосердечные прихожанки и академики. Однажды молодая девушка пожаловалась отцу Силуану, что ее мучают бородавки: их высыпало много на руках и на ступнях, причиняли боль при ходьбе. Она спросила, можно ли посетить косметический салон и вывести их. Отец Силуан посоветовал пока ничего не делать. Ей это показалось обидным. Но к изумлению девушки, через три дня все бородавки сами высохли и отпали. С радостью она тут же позвонила отцу Силуану и спросила: «Скажи, как это получилось? Бородавки пропали!» — «Я ничего не делал. Просто вечером вспомнил о тебе, и мне так жалко стало, как ты мучаешься, и Бог дал крепко помолиться за тебя. Вот и всё», — ответил монах. Известен случай с одним предпринимателем, обратившимся к отцу Силуану с просьбой помолиться за прибыльную сделку. Монах ответил отказом. Мужчина обиделся. А через некоторые время открылось, что эта сделка была обманом с целью лишить владельца его бизнеса.
Гаджикасимов был очень строг к себе. Однажды он взял благословение на весь Великий пост затвориться в квартире, соблюдать сухоядение и усиленно молиться. Продукты закупил заранее. Но немного не рассчитал. Еды хватило только на шесть недель из семи. И последние дни ему пришлось провести на одной воде, о чем рассказал на исповеди. Священник был в недоумении. На вопрос, почему тот не вышел в магазин за едой, он твердо ответил: «Как же я мог выйти, если взял у Вас благословение не выходить?»
За несколько лет до кончины отцу Силуану удалось обзавестись собственным жильем. Одна мультимедийная западная компания разыскала Гаджикасимова. И ему перевели оплату за использование в своем эфире песен на его стихи. На эти деньги он смог купить маленькую «однушку» в Реутове. И сразу же, он завещал после своей кончины продать ее и отдать полученные средства на благотворительность. В этой маленькой квартирке и прошли последние годы жизни батюшки. Жил очень скромно. Говорили, что у него не было зимой даже теплой куртки. Не гнушался брать вещи от прихожан.
Начали давать о себе знать болезни. Обострились диабет и гипертония. Ноги покрыли кровавые трофические язвы. Пришлось ходить в больших сапогах. Порой снимал сапог и выливал оттуда кровь. Вернулась из прошлой жизни онкология, «заснувшая» после ухода в монастырь. Лечиться отказался. Говорил - «На все воля Божья». Не принимал никаких препаратов вплоть до последнего дня. Хотя, жуткие онкологические боли не давали ему покоя.
Потом принял великую схиму с именем Симон. Когда стало совсем худо, попросил принести икону Божьей Матери, сказал: «Богородица, забери меня скорей. Я устал». 30 июня 2002 года его не стало. Умирая, схимонах Симон простил всех своих врагов и спокойно отошел в вечность.
Упокоился Гаджикасимов на погосте подмосковного села Лямцино, где преподавал в воскресной православной школе.
