Звонок прозвенел, и шумный седьмой "Б" с радостными криками вылетел из класса. Мария Сергеевна, учительница русского языка и литературы, улыбнулась им вслед и начала неспешно собирать учебники со стола. Потом она вздохнула, глядя на большую стопку тетрадей, и подумала, сколько времени уйдёт на их проверку. Вздохнула ещё раз и взяла верхнюю тетрадку. "Пока есть это окошко в расписании, проверю хоть несколько штук. Вечером тогда поменьше останется", – подумала она. В школе "окошком" зовут большой перерыв между уроками. Сегодня он растянулся на целых сорок пять минут, и Мария решила провести его с пользой. Закончила одну работу, взялась за вторую, начала читать третью и вдруг замерла на месте. Мальчик в своем домашнем сочинении с гордостью рассказывал об увлечениях родителей, подробно описывал хобби отца. Он так хорошо разбирался во всех нюансах зимней рыбалки.
— С большим восхищением писал о маминых занятиях в вокальной студии, — прошептала Мария про себя, продолжая читать. — Какой у неё красивый голос, и как они с папой любят её слушать.
Сердце болезненно кольнуло. Её собственные дети вряд ли напишут что-то подобное о её увлечениях. Она обожала петь, у неё от природы был редкий голос – колоратурное сопрано. Старинные романсы и отрывки из опер в её исполнении звучали особенно трогательно и проникновенно, но в семье никто не ценил этот её талант и не гордился им. Муж, едва Мария начинала напевать, сразу принимался насмехаться, иногда довольно грубо. А дети еще слишком малы, чтобы самостоятельно оценить её способности. Мария Сергеевна поднялась, подошла к окну. Она смотрела на деревья, почти полностью сбросившие листву, а в голове против воли всплывали воспоминания. Мария никогда не делилась своим прошлым ни с кем, но память упорно возвращала её туда, и часто она просыпалась посреди ночи от кошмарных снов, которые уносили в далекое детство. Вот и сейчас, наблюдая за ребятами, которые играли во дворе школы, она невольно начала вспоминать. Петь Маша любила с самого раннего возраста. На утренниках в детском саду, на школьных вечерах, на студенческих посиделках. Её необычный и красивый голос учительница музыки называла колоратурным сопрано. Такой дар нужно беречь, и не просто беречь, а развивать его по-настоящему. Все вокруг твердили ей одно и то же. Но что там было развивать? Маша выросла в очень бедной семье, а причиной этой бедности стало пьянство родителей, из-за которого они нигде не задерживались на работе надолго. Эта беда не свалилась внезапно, она подкрадывалась исподволь. Отец погиб, когда Маша еще ходила в детский сад. Вскоре мама вышла замуж во второй раз. Первым запил отчим, после того как мама родила двойню. На радостях от появления сразу двух наследников он проставлялся где и с кем только мог. Маша тогда как раз заканчивала первый класс и хорошо помнила его возвращения домой, скандалы, которые устраивала мама, и испуганный плач малышей. Так тянулось два года, а когда Маша перешла в четвертый класс, запила и мама. Сначала потихоньку, потом втянулась основательно. Хуже всего было на второй день, когда маму начинало крутить, она стонала на весь дом и требовала "лекарства", чтобы подлечиться. Маленькая дочь не понимала, о каком лекарстве идет речь. После одного такого приступа Маша, испугавшись, что мама умрет, пошла на вокзал и начала петь. Все, что ей подавали, она приносила домой.
— Мамочка, это тебе на лекарство, — говорила она и протягивала пригоршню монет.
Мать что-то бормотала, но деньги забирала. Только позже стало ясно, о каком "лекарстве" шла речь. Было обидно и больно, и Маша давала себе слово, что больше на вокзал не пойдет. Но есть хотелось, и не только ей. На Машу легла забота о братишках. Она приходила к прибытию поездов. Девочка с необычным, красивым голосом привлекала внимание. Ей платили щедро, не скупясь. А на заработанные деньги она покупала еду себе и малышам. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы однажды к ним не приехала бабушка – мама покойного отца. Баба Катя жила на другом конце страны. На могилу сына приезжала редко, поэтому о том, что творится в семье бывшей невестки, понятия не имела. Энергичная женщина с твёрдым характером, она подняла на ноги органы опеки, школу и добилась, чтобы отчима с матерью отправили на принудительное лечение. Сама же оформила опеку над Машей и мальчиками и увезла их к себе. С тех пор жизнь детей изменилась коренным образом. Малыши пошли в садик, Маша – в новую школу. Бабушке пришлось нанять репетиторов, чтобы они помогли внучке наверстать все, что она пропустила, поскольку дома обстановка не позволяла нормально учиться. Родителей они с братишками больше не видели. Если у Маши сохранились хоть какие-то воспоминания о них, то младшие братья не помнили их вовсе. Маму с папой им заменили бабушка и дед.
— Машенька, с таким голосом тебе место только на эстраде, — восхищенно говорили преподаватели. — На сцене твое место.
Однако, несмотря на предсказания учителей, звездой Маша так и не стала. Она легко исполняла сложные колоратурные пассажи, но для эстрады её голос не годился. Нет, она пела эстрадные песни, но ни одна из них не раскрывала красоту её голоса. Ведь такая музыка и не предполагала высокого уровня исполнения. Как-то ей сказали, что ей нужно петь на оперной сцене, но для этого требовалось поступить в консерваторию, которой в их городе не было. В итоге Мария отучилась в местном педагогическом университете и пошла работать в школу. Замуж вышла в тридцать лет, а через полтора года родила тройню. Она до сих пор не могла без улыбки вспоминать реакцию мужа, когда тот увидел снимок УЗИ.
— Маш, а их всех забирать придётся? — спросил он тогда.
Правда, когда начались тяжелые роды и врач попытался поставить мужа перед выбором, кого спасать – жену или детей, Алексей, не раздумывая, потребовал спасти всех четверых. Доктор хотел его вразумить, сыпал медицинскими терминами, но тот стоял на своем.
— Мы с Машей не сможем без наших малышей, а дети не смогут без мамы, — твердил он.
Ей сделали кесарево сечение. Операция была рискованной, и Алексея заставили подписать кучу бумаг. Врачи старались обезопасить себя по максимуму, но в итоге все закончилось благополучно. И вот в свои тридцать шесть Мария была счастливой многодетной мамой и, как выяснилось в процессе работы, учителем по призванию. Заливистый звонок заставил её вздрогнуть, прервав поток воспоминаний. Её муж Алексей Петрович работал в одной из крупных компаний. Дома почти не бывал, целыми днями пропадал в офисе. Его сокурсники давно прошли этап работы по найму, теперь каждый вел свой бизнес. Все, кроме Леши, который все ждал подходящего момента. Маша любила его и искренне верила, что ему нужно лишь немного времени, чтобы претворить мечты в жизнь. Но время шло, а мечты так и оставались мечтами. Мария начала понимать, что её мужа все устраивает: стабильная работа, приличная зарплата и практически никакой ответственности. В конце концов она перестала его тормошить и призывать хоть что-то изменить в своей жизни. Между тем офис супруга готовился к большому торжеству – юбилею босса. Игорь Васильевич свое шестидесятилетие решил отметить с размахом в одном из лучших ресторанов города. Когда Алексей увидел список приглашенных, ахнул. На юбилее планировалось присутствие всей городской элиты. Жене об этом он сообщил вскользь, как-то буднично.
— Леш, это же такой праздник, а у меня даже платья нормального нет, — всполошилась она. — Придётся по магазинам пробежаться, подобрать что-то приличное.
Муж недовольно поморщился, но быстро наклонился к подбежавшему сынишке, чтобы его реакция осталась незамеченной.
— Маша, не переживай, платье не понадобится, — сказал он. — Приглашение только на меня. Это же корпоративный юбилей, — соврал он на ходу. — Жаль, что в этот раз без тебя.
На самом деле ни капельки. Этот вечер он планировал провести с Кристиной, новой сотрудницей, с которой у них закрутился бурный роман. Кристина недавно пришла в компанию, и Алексей увидел в ней возможность развеять рутину семейной жизни, ведь дома всё было предсказуемо и скучно. А вот Мария расстроилась сильно и вдруг вспомнила, что в последнее время муж все чаще задерживался допоздна, а по выходным и праздникам всегда находилась причина, чтобы не проводить время дома. Алексей же предвкушал, как весело проведет вечер. Планы рухнули неожиданно. Они с коллегой входили в конференц-зал, когда тот поинтересовался, придет ли его жена на банкет.
— Да нет, детей не с кем оставить, — ответил Алексей. — Няню найти не получается.
Коллега собрался что-то ответить, но в этот момент за их спинами раздался голос.
— Алексей Петрович, если дело только в этом, я помогу, — сказал шеф. — Вас не предупредили, что юбилей я отмечаю с семьями? Все приходят со вторыми половинками.
Леша растерянно кивнул, мол, да, предупреждали.
— Отлично, — продолжил Игорь Васильевич. — У вас ещё время есть на это. Секретарша после совещания даст контакты нормального агентства.
Возражать он не стал. Леша прекрасно знал характер шефа и немного побаивался. Не потому, что Игорь Васильевич годился ему в отцы, а из-за его характера. Он знал, что владелец компании своим нынешним положением обязан собственному трудолюбию, упорству и несгибаемой воле, не признавая связи и протекции. И время от времени любил в качестве профилактики напоминать некоторым зарвавшимся подчиненным, каким трудом достаются деньги. И вот эти самые напоминания были весьма болезненными. Мария немного удивилась, когда Леша сообщил о том, что ей нужно присутствовать на юбилее, но большого значения этому не придала. Ну мало ли какие идеи могут прийти в голову начальству. Ресторан поразил её сочетанием роскоши и вкуса. Великолепный дизайн зала не был кричащим, а тонко гармонировал с убранством столов. Вышколенные, практически незаметные официанты только добавляли заведению шарма. Под стать собрались и гости – весь свет местного общества, среди которых было немало родителей её учеников. И в первые минуты Мария почувствовала себя неловко, ловя взгляды, но потом решила, что не будет обращать на них никакого внимания. Так что просто позволила себе расслабиться и приятно провести время. А еще её удивило присутствие на празднике профессиональных музыкантов и исполнителей. В ходе чествования юбиляра ей рассказали, что шеф очень любит хорошую музыку и красивый вокал. Поэтому многие из приглашенных, желая порадовать Игоря Васильевича или банально угодить ему, наняли их в качестве музыкального поздравления.
— Леш, может, я от нас спою в подарок? — тихо спросила Мария мужа.
— Даже не думай подходить к микрофону, — прошептал он с сарказмом на ухо. — На твое пение коты со всего района сбегутся. Позора не оберусь.
Маша опустила голову, пытаясь скрыть навернувшиеся слезы. Очередная унизительная колкость мужа отозвалась болью в сердце. Обычно после его таких выпадов она замолкала и не делала попыток что-либо исполнить. Но сегодня, кажется, в ней все взбунтовалось, и Мария решила, что при первом же удобном случае поднимется на сцену и споет. Случай представился довольно скоро. Кто-то из коллег отозвал Алексея в сторону, и тот, увлекшись разговором, напрочь забыл о жене. Маша, оценив ситуацию, неторопливо приблизилась к сцене, еще раз оглянулась на ничего не подозревающего супруга, поднялась по ступенькам, взяла микрофон и произнесла несколько поздравительных слов. Леша, как только услышал её, поспешил было к сцене, чтобы увести жену. Но в этот момент рядом с ним раздался голос одного из гостей.
— Народ, Мария Сергеевна — классный руководитель моего сына, — сказал незнакомец. — Она не только крутой учитель, но и поёт здорово. Вы не представляете, какой у неё голос.
— Мария Сергеевна, — обратился к ней Игорь Васильевич. — Спойте юбиляру что-нибудь на ваш выбор.
Маша бросила взгляд на мужа. Тот стоял недалеко от сцены и буквально прожигал её взглядом. Казалось, еще немного – и он подбежит и вырвет микрофон. Не обращая больше на него внимания, Маша подошла к музыкантам, о чем-то пошепталась с ними, и заиграла музыка. А потом она запела, и пела так, что в зале смолкли все разговоры. Гости поднимались из-за столов и подходили ближе к сцене, надеясь разглядеть исполнительницу романса и боясь при этом проронить хоть слово. Когда она закончила петь и стихли последние аккорды, несколько секунд стояла оглушительная тишина, а потом зал взорвался аплодисментами и криками: "Браво! Бис!" Словно это был не ресторан, а концертный зал. Мария посмотрела на юбиляра. Шеф не стесняясь вытирал слезы. Настолько тронуло его выступление.
— Мария Сергеевна, — растроганно сказал юбиляр. — Спойте, пожалуйста, ещё что-нибудь.
Продолжение :