В начале 1743 года немецкий учёный Герхард Фридрих Миллер вернулся в Петербург после долгого путешествия по Сибири вместе со своей спутницей жизни. Академия наук находилась в состоянии острого противостояния между сторонниками русских учёных и иностранными профессорами, представленными преимущественно немецкими коллегами.
Вернувшись в Академию, Миллер обнаружил, что русские учёные начали критиковать немецких коллег, обвиняя их в монополизме и недостаточной научной активности. Особенно неприятным Миллеру показалось поведение русского ученого адъюнкта Михаила Ломоносова, талантливого самоучки, дерзко критиковавшего немецкие методы преподавания и исследования.
Конфликт Миллера и Ломоносова в Петербургской академии наук
Активный и амбициозный Миллер решил восстановить статус-кво и защитить интересы своих соотечественников. Используя свое положение и влияние, он организовал кампанию против Ломоносова, инициировав судебное разбирательство. Результатом стало требование не допускать Ломоносова на заседания Академии до завершения расследования.
Но несмотря на противодействие, Ломоносов продолжал посещать собрания Академии. 21 февраля 1743 года ситуация обострилась до открытого столкновения. На очередном собрании между Ломоносовым и Миллером вспыхнула драка, в которой Ломоносов якобы сломал нос своему сопернику. Впрочем, в последующие десятилетия этот факт оброс легендами, и современные исследователи сомневаются в подлинности деталей происшествия.
Это столкновение символически обозначило глубокий раскол в русской науке XVIII века, когда стремление молодых русских талантов преодолеть устаревшие научные подходы сталкивалось с сопротивлением старых авторитетов, привыкших к традиционным методам.
Ломоносов против Академии: История конфликта и последствий
Весной 1743 года конфликт между Михаилом Ломоносовым и немецкими академиками, ведомыми Герхардом Миллером, перерос в открытое противостояние. Ломоносов был официально исключён из состава конференции, невзирая на попытки поддержки со стороны Ивана Нартова, чьи требования соблюдать регламент игнорировались большинством академиков.
Молодой и горячий Ломоносов, известный своими страстными выступлениями и принципиальностью, пошел на открытый конфликт, действуя импульсивно и решительно. Подобно русскому герою, он готов был либо добиться успеха, либо потерпеть сокрушительное поражение, не задумываясь о собственных интересах и карьерных перспективах.
Немецкие академики, возмущенные его действиями, обратились в следственную комиссию с жалобой, подписанной десятью академиками и адъюнктами, заявляя о своем намерении покинуть Академию, если претензии к Ломоносову останутся неудовлетворенными. Данная угроза вызвала серьезную обеспокоенность властей, учитывая предыдущий случай массовой утраты престижа Академии после ухода знаменитых ученых Иоганна Бернулли и Леонарда Эйлера.
Результатом давления стала резолюция Сената, согласно которой 28 мая 1743 года Ломоносов был помещен под домашний арест. Позднее, отказавшись сотрудничать со следствием и давать показания, он столкнулся с угрозами жесточайших мер наказания: комиссией рекомендовалось лишить его гражданских прав, подвергнуть телесному наказанию плетьми или вовсе приговорить к смертной казни.
Решение Сената и наказание Ломоносова
12 января 1744 года, выслушав отчет Следственной комиссии, Сенат вынес важное решение по делу Михаила Ломоносова. Оно гласило следующее: «Оного адъюнкта Ломоносова для его довольного обучения от наказания освободить, а в объявленных им продерзостях у профессоров просить прощения» и жалованье ему в течение года выдавать «половинное». Ломоносов обязан был принести публичные извинения профессорскому составу Академии за допущенные грубости и некорректные высказывания.
В течение следующего года ему выплачивался половинный размер зарплаты. Решение Сената было утверждено императрицей Елизаветой Петровной специальным указом.
Эти условия стали настоящим триумфом для Георгия Миллера, который наслаждался моментом победы. Миллер лично разработал текст публичного покаяния, требуя, чтобы Ломоносов подписал и публично прочел его. Молодой ученый был вынужден подчиниться требованиям, чтобы продолжать заниматься наукой.
Впрочем, успех Миллера и его сторонников не означал прекращения давления на Ломоносова. Немецкие профессора продолжали настаивать на полном удалении Ломоносова и его союзников из Академии, стремясь укрепить свое доминирующее положение.
Возвращение Разумовского и изменение ситуации в Академии наук
В 1746 году Петр III отправил Кирилла Разумовского, брата фаворита императрицы Елизаветы Петровны, учиться за границу. Вернувшись в Россию, 18-летний юноша получил неожиданное назначение — президентом Петербургской академии наук. Это вызвало настоящий скандал в научном сообществе, поскольку юный возраст и полное отсутствие опыта не соответствовали ожиданиям общественности.
Такое решение стало результатом усиления патриотических настроений в российском обществе, стремившихся ограничить влияние иностранцев, особенно немцев, в сфере науки и культуры. Одним из ключевых сторонников «патриотического реванша» стал Михаило Ломоносов, активный участник научных дискуссий и поэт, выступавший против господства германских ученых в Академии.
Фактически управление Академией перешло к Григорию Теплову, который выполнял административные обязанности, согласовывая свои действия с президентом. Уже в 1747 году Теплов был избран почетным членом Академии, получив право первичного одобрения любых действий, за исключением полномочий Шумахера.
Для знаменитого историка Герхарда Миллера наступление патриотов стало настоящей катастрофой. Ему запретили писать общую российскую историю, обязав сосредоточиться на обработке материалов Камчатской экспедиции. Работы по составлению карты Сибири, которыми он занимался в предыдущие годы, были приостановлены, а готовые карты переданы правительству.
Президент Академии, Кирилл Разумовский, предоставил Миллеру предложение занять должность ректора университета при Академии и официального историографа двора, гарантировав солидное вознаграждение в размере тысячи рублей в год. Однако условием было принятие российского гражданства и постоянное проживание в России. После десяти дней размышлений Миллер согласился, надеясь спасти свою репутацию и карьеру.
Принятие условий, однако, привело к началу падения Миллера. Его прежняя известность и авторитет остались в прошлом, а влияние в Академии постепенно уменьшалось.