Лолита Милявская поделилась своими воспоминаниями о Людмиле Гурченко. По словам певицы, она видела ее всего два раза, но каждую встречу помнит вплоть до секунды. Рожденная в СССР, артистка близка всем, это единственный человек, которого можно назвать легендой.
Людмила Гурченко родилась 12 ноября 1935 года в городе Харькове, хотя корни обоих родителей уходят в Смоленскую губернию. Отец актрисы, Марк Гаврилович, работал в филармонии, а мать, Елена Александровна, помогала ему проводить музыкальные вечера.
Наверное, отсюда и любовь к сцене. Окончив школу, Людмила уехала в Москву и поступила во ВГИК. А уже в 1956 году дебютировала в киноповести Яна Фрида «Дорога правды». Вслед за которой ее пригласят сняться в фильме «Сердце бьется вновь» и комедии «Карнавальная ночь».
«Такие таланты рождаются раз в 100 лет», — говорил о ней режиссер Эльдар Рязанов. Хотя во время съемок «Ночи» ему не раз приходилось ругать девушку за говор и напоминать: «Люся, Харьков!»
«Я видела ее всего два раза, — рассказывает Daily Storm певица Лолита Милявская. — И оба раза на съемках для канала РТР. Но помню каждую секунду. Это единственный человек, которого можно назвать звездой, легендой, дивой. Единственная женщина, которая подходит под все эти параметры.
Я общалась с ней как вся страна, как зритель. И не влюбиться в нее было невозможно! Актерское мастерство — на уровне фантастики, а судьба трагична. Как и у большинства великих. В этом смысле, я думаю, она даже где-то схожа с Раневской. Несмотря на то что они совершенно разные в объеме талии, они были бесконечно талантливы».
«И у нее было неоспоримое достоинство, — добавляет исполнительница. — актриса, рожденная в СССР, принадлежит огромному количеству людей вне территориальных границ!»
Мало кто знает, что Гурченко — ребенок войны. Ей довелось пережить бомбежки, голод, дождаться освобождения Харькова и возвращения отца, который дошел до самого Берлина.
«На каждом доме немцы вывешивали приказы-объявления, — писала она в своих воспоминаниях. — В них говорилось, что в такое-то время всем здоровым и больным, с детьми, независимо от возраста, собраться там-то. За невыполнение приказа — расстрел. Главным местом всех событий в городе был наш Благовещенский базар. Здесь немцы вешали, здесь устраивали «показательные» казни, расстрелы».
А чтобы выжить, девочке приходилось петь перед ранеными германскими солдатами в госпитале возле дома. Для этого она, шестилетняя малышка, выучила репертуар немецко-австрийской певицы Марики Рекк.
«Лючия шаушпилер», — говорили немцы, грустно улыбаясь и наливая ей в кастрюльку супа. Обед для нее и мамы! Но что значит «шаушпилер» — это было непонятно.
И лишь спустя годы на гастролях в Берлине ей объяснили, что это слово не такое уж и страшное. Оно значит «актриса».
Именно тогда, в войну, будущая звезда и разучилась плакать…
Мы увидим ее слезы только в фильмах, а ее саму будут называть «железной леди с нежной душой».