«Ежели операциями повелевает Гофкригзрат, то во мне здесь нужды нет, и я ныне же желаю домой. Сей кабинетный декрет разрушил порядок всех моих операциев.» Александр Суворов
10 июля 1799г. Александрийская (первоклассная) цитадель пала и только капитуляция спасла ее французский гарнизон от полного истребления. Суворов поздравил генерала Бельгарда с победой и доложил об успешном завершении осады императорам Францу2 и Павлу1. Что ж теперь на очереди была цитадель Тортоны, в которой сидело 700 французов надеявшихся на свое освобождение с приходом армии генерала Моро. Суворов приказал генералу Алкаини срочно начать рыть осадные траншеи. К Тортоне отправлены 4 тысячи солдат для усиления осадного корпуса Алкаини. Парк тяжелой осадной артиллерии («консервный нож» для вскрытия «консервных банок»(крепостей)) также зашевелился и двинулся от Александрии к Тортоне. Транспорты с боеприпасами для пушек тоже. Судьба тортонской цитадели повисла на волоске и по всем признакам обещала быть не менее трагичной.
Однако в Тортоне «лягушатников» было вчетверо меньше, чем в Александрии и в 15 раз меньше чем в Мантуе, и Вена полагала Мантую наиважнейшей крепостью в Северной Италии. Суворов по этому поводу еще 14 июня отметил: «По сдаче Александрии должно все силы обратить на Тортону, а по сдаче этой цитадели все силы могут быть притянуты к армии для нового наступательного предприятия» (Суворов Т4с.169) В тоже время фельдмаршал определенно желая усилить главную армию, подталкивает генерала Края к активизации осадных работ против Мантуи. Он дает команду генралу Отту выделить часть своих сил для помощи Краю. Надо заметить, что Капитуляция цитадели Тортоны позволяла Суворову вернуть к Главной армии всего 6 тысяч солдат, а вот взятие Мантуи аж 30 тысяч, что сразу удваивало численность Главной армии. Это в свою очередь позволяло Суворову добить остатки и Макдоналя и армию Моро и полностью очистить Италию от лягушачьего присутствия, ибо 60-ти тысячное войско и так опасное, а под руководством Русского Марса для республиканцев становилось дамокловым мечом с уже оборвавшейся нитью (как вариант гильотины, только русско-австрийской). Однако осадой Мантуи руководил робкий генерал, боявшийся Тугута, а Суворов не имел власти его отстранить. Ставленника Гофкригсрата бештимтзагера Края вытурить без санкции Франца2 было нереально. Край тянул резину, удерживая у Мантуи большое 30-ти тысячное войско в праздном бездействии и откровенно воруя время у нашего фельдмаршала. Худшее , что может быть на войне. То, что видел, и понимал Суворов, Краю, к сожалению, было недоступно. Он старался понравиться Тугуту, хотя должен бы понимать, что гражданский, каковым Тугут являлся, не воевавший и не знавший военного дела, может привести австрийскую армию только к поражению (что позже и произошло). Генерал Край выполнял предписания барона Тугута в точности и в обход своего командующего. Пример разгрома корпуса Гогенцоллерна (действовавшего по указанию Тугута) у Модены Края ничему не научил. Суворова это злило, но заставить воевать сего бештимтзагера он не мог. В предписании от 21 июня Суворов пишет Краю: «Рекомендую вам ускорить осаду Мантуи. Надеюсь, что важность этого вам самому понятна». Или непонятна? Суворов с тяжестью на душе понимал, что взывает к разуму ….не будем уточнять чьему, дабы не пугать читателя. Вот уж воистину –Глас вопиющего в пустыне!
Корпусному командиру генералу Ребиндеру он дает команду отправить артиллерийскую роту капитана Дурасова (Край жаловался на недостаток канониров) и вспомогательные части минеров, саперов и пионеров, в надежде, что присутствие русских войск заставит австрийцев пошевеливаться. В общем, как в старом советском мультфильме: «эй, осадная бригада, поторапливаться надо!» восклицает пернатый командир, немного смахивающий на Суворова. Дальше читаем: «Для ускорения присоединения к вам войск, прибывающих из Австрии, прикажите им двигаться форсированным маршем» (Суворов, Т4с.183). 25 июня фельдмаршал отправляет предписание Краю об ускорении осады, где пишет: «ваше превосходительство можете уже беспрепятственно и с достаточными силами открыть осаду Мантуи, ожидаю от вас поспешнейшего донесения о том, в который день открыты будут траншеи и начнется осада» (Суворов,Т4,с.189). «Пинки» от Суворова дополнили «пинки» от Тугута и тугутовы оказались куда более действенны; Край засуетился. Были определены места расположения линий траншей-параллелей для осадной артиллерии, собраны многочисленные землекопы….и процесс наконец пошел. Уже на следующий день после начала рытья траншей Суворов пишет ген.Краю: «Чувствительнейше благодарю ваше превосходительство за благоразумные и решительные меры, предпринятые вами к быстрому овладению важнейшим для нас пунктом, Мантуею. От распоряжений, столько сообразных с целью, я могу ожидать скорейших и щастливейших успехов».(Суворов,Т4,с.192) Да, Александр Васильевич был действительно рад продвижению осадных работ, но в отличии от Гофкригсратовых стратегов, понимал, что все эти крепости и цитадели не имеют значения на фоне его главной задачи – ликвидации всех французских армий в Италии. Лишив все эти «важные» пункты субсистенции(снабжения), а главное НАДЕЖДЫ (при гибели франц.армий) и они капитулируют одна за другой в короткое время. Оно и понятно; подруби яблоне корни и она засохнет, и осыпятся не только яблоки, но и самые листья. Вражеские армии и были теми корнями, а крепости листьями. Император Франц этого не понимал, барон Тугут тоже. Что мог думать о них Суворов? Да ничего хорошего.
Он пишет в письме Розумовскому: «Щастье- говорит римский император (Франц2) – ослиная в армии голова говорила: «мне слепое щастье» и добавляет: «честнее и прибыльнее воевать против французов нежели против меня и общего блага». Тугут упорно, при поддержке Франца2, рассылал «руководящие указания» австрийским генералам в тайне от Суворова. Это не давало фельдмаршалу командовать армией, ибо он не знал, что отчебучит Мелас или какой иной бештимтзагер в следующую минуту. Власти командующего ставились барьеры на борьбу с которыми (вместо борьбы с французами) уходили его силы и время. Наш фельдмаршал слабел от этой крысиной возни за его спиной и что было у него на душе можно себе представить. В письме Толстому П.А. он замечает: «Штыки; немцы здесь при мне хорошо колют; инде и во всем глупо; я целю чтоб с ними расстаться. Везде невежественный Гофкригсрат, робкой кабинет, неискореняемая привычка битым быть: унтернкунфт, бештимтзагеры». В другом письме с сожалением пишет: «Его императорское римское величество(Франц2) желает, что ежели мне завтра баталию давать, я бы отнесся прежде в Вену(за сотни верст); военные обстоятельства мгновенно переменяются, посему для них нет никакого верного плана..» и «Фортуна имеет голый затылок и на лбу длинные висящие власы, лёт её молниен, не схватя её за власы – она уже не возвращается». «Не лучше ли одна кампания вместо десяти!» с досадой восклицает Суворов….но, как известно, свои мозги другому не вставишь. Важному пожилому ослу особенно.
Так из Вены Гофкригсрат слал требования о «прикрытии» осаждавшего Мантую корпуса генерала Края от «опасностей» разбитой французской армии Макдоналя. Видимо страх перед «лягушатниками» был непреодолим, да и недоверие к донесениям Суворова было очевидным. Ведь он воевал «неправильно» и нарушал все правила венских стратегов. Отсюда уверенность, что нашего фельдмаршала вот-вот разгромят. А отчего доныне не разгромили? Дак «Щастье» простое, а «по-настоящему» воевать то он не умеет, ведь сам генерал Мелас, «знаток» военного дела сообщает, что этот сумасшедший просто ворует у него, Меласа, победы. Так что 30-ти тысячную осадную армию Края прикрывали еще более 20 тысяч войск генералов Отта и Ребиндера. В непосредственном подчинении фельдмаршала в районе Александрии оставалось всего около 30 тысяч солдат! И это из его огромной армии в 116 тысяч человек, войсками которой ему активно мешали командовать Гофкригсрат (придворный военный совет) во главе с бароном Тугутом и австрийский император Франц2. Характерный эпизод активной деятельности Гофкригсрата мешавшей Суворову. В письме послу Разумовскому он писал: «Истекающую от глупого Демостейна (Демосфена) – Дидрихштейна (ген.майор, член Гофкригсрата) тайную корреспонденцию моим подчиненным, для общей пользы, крайне воспретите. Развращает генерал-квартир(мейстера, Шателера) пространного гениума, деятельного спиритуса (энергичного человека) и ветреного юдициума (отсутствие рассудительности). К нему пред сим, я сведал ныне, туринскую артиллерию не исправлять…По перехваченным письмам Фиореллы (франц.генерал) – скрытно от меня в Вену отосланы, - что она не годится. Она (артиллерия) из тамошней цитадели будет здесь через сутки исправно играть». Проще сказать дезинформацию от генерала-француза Фиореллы гофкригсратов генерал-бештимтзагер счел за истину в последней инстанции и стал морочить голову тайными приказами подчиненным Суворова. Гофкригсратовы деятели привыкшие рулить австрийскими генералами, которые без их указания боялись и шаг ступить наткнулись в лице Суворова на полное отсутствие признания их важности. Бескорыстная служба старого фельдмаршала казалась им чем-то вроде сумасшествия, а полное игнорирование требований Гофкригсрата о планах боевых операций?! Наш полководец не желал быть орудием тупозрячего Гофкригсрата и говорил: «Я не наёмник, который из хлеба им послушен». Что до планов, дак Суворов ни с кем не делился ими, в точности следуя прусской поговорке: «что знают двое, знает и свинья!». Оттого недовольство толпы бештимтзагеров, но
всегда неожиданность для неприятеля. Гофкригсрат же продолжал с маниакальным упорством «долбить», аки дятел, нашего фельдмаршала, требуя по каждому действию или передвижению войск суворовской армии согласования с ним, важным. Мы здесь видим редкий пример военного скудоумия и австрийского императора, который, в раздражении стал жаловаться российскому императору Павлу1. Вот ведь, что удивительно, Павел то тоже полагал, что у Суворова просто «Щастье?» в сражениях, а так-то, «по-совести говоря», воевать то он не умеет. То ли дело знатные генералы Герман, Римский-Корсаков и т.п. Их то САМ ПАВЕЛ оценил- выбрал , а уж он то, «знаток военного дела» (правда на войне не бывал, ведь там, того гляди и убить могут), промашки не даст. Вот что царь отписал послу в Вене на жалобы Франца: «Что касается до фельдмаршала Суворова, то я предоставил его в распоряжение его Императорского Величества Императора Римского. В нем нет недостатка, ни усердия, ни доброй воли; а ремесло свое он знает не хуже какого-нибудь посланника или министра. Пусть только ему предпишут, чего от него желають, а ему останется исполнять..»…..Вот так, ни больше, ни меньше – «ремесленника» от войны, Суворова царь сдал в аренду…для исполнения прихотей ГОФКРИГСРАТА. Однако вышние не могли понять фельдмаршала, который еще бог знает когда говорил Потемкину: «Мне не переродиться. И поздно…» Бештимтзагеры гофкригсратовы, ослепленные собственной важностью, всё никак в толк не могли взять, что их указы в действующую армию попадали через несколько дней (доставляли, вишь ты, курьеры на лошадях, со спутниковой связью, тогда плохо было) и, ежели цензурно сказать, мало-мало припаздывали. Например указание на отступление союзным войскам перед наступавшей опасной армией Макдоналя прибыло через 2 дня , как армия Макдоналя бежала с поля боя разгромленной. Иначе как идиотизмом это считать нельзя ( а Суворов так и считал), но австрийские генералы ему, идиотизму, старались следовать, ибо боялись «расстроить» барона Тугута со таварищи. Ведь от него зависел карьерный рост, а это главное. Для Русского Марса главным было разбить армии врага и быстро закончить войну, что он и старался сделать, но преодолеть противодействие тупозрячего, но непобедимого, Гофкригсрата не мог.
(ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ)
12 ноября 2025г.,ЛЕ