История Нины Сергеевны казалась чужой, пока я не приехал к ней в старую хрущёвку на окраине города. Такие подъезды, пахнущие мокрым кирпичом и вчерашним супом, любимы только бабушками да парами, что ждут очереди на новое жилье годами. Нина Сергеевна встречала у двери, в платке и c заботливой суетой. «Чай пить будете? — сразу спросила она, — я тут и булочки испекла… Всё равно никому не нужны, только для себя стараюсь, да вот жду…» Под столом нога дрожит, пальцы путаются в платке — явно волнуется, хотя старается держаться. Вся кухня в детских рисунках — фломастеры, несколько пачек пластилина, пожелтевшие фотографии малышей, три одинаковых курточки на вешалке, стертые ботиночки. Всё разговаривает о детях, которых нет.
— Всё бы отдала, чтобы Соня, Катя и Петя жили рядом, — вздыхает она. — Не могу даже спокойно спать, всё думаю: вдруг ночью им плохо станет, а рядом никого… Кто им ложку подаст, кто приласкает? Я тут, а они там…
Семейную историю Нина Сергеевна рассказывает нехотя, как будто каждый раз заставляет себя снова пропускать через сердце всё случившееся. Много раз за разговор повторяет одни и те же слова: «Алёна — ребёнок неустроенный, добрая, но слабая… Я ведь за неё всё делала, школу, кружки, сад…» Говорит тихо, будто боится, что стены услышат. «Всё с Дмитрия началось. Я ему сразу не доверяла, да Алёнушка не слушала. Полюбила, а он связал её с этими своими компаниями…» Она вынимает из шкатулки старую фотографию: сама Нина — ещё бодрая, рядом внучка лет семи и хохочущая девочка в клетчатом платье.
— Я её воспитывала — мать уехала на заработки, да, по сути, я её всегда матери заменила, — говорит она. — Когда Алёна забеременела, Дмитрий сразу пришёл, с цветами даже. Тогда я решила: может, исправится. Да не вышло… Двойняшки родились, а Дмитрий работал не пойми где — то грузчиком, то куда-то уезжал на недели, денег не приносил. Алёна металась: то работает, то домой не приходит…
Потом был сложный период, когда и у самой Нины Сергеевны болело сердце, и Алёна всё чаще стала плакать ночами. Соседка Валентина рассказывает, что по ночам из квартиры доносились странные голоса, иногда слышался детский плач: «Я сама приносила детям кашу — знала, что мама может и не встать к утру…» Потом Алёна пропала — оказалось, в изоляторе временного содержания. Говорят, подозревали в распространении запрещённых препаратов. «Меня никто толком не предупредил, — вспоминает Нина Сергеевна. — Приехала, а там ни детей нет, ни внучки. Всё как в страшном сне».
По словам Нины Сергеевны, Дмитрий ушёл с детьми к своей матери — так ему было проще, потому что никто не задавал лишних вопросов. Она пыталась звонить, но Дмитрий не отвечал, приезжала — двери не открывали. Соседи шептались, будто Дмитрий «сам не чист», а дворы недолюбливали за его дерганый взгляд и то, что порой с жутким криком выгонял кого-то из своей квартиры.
В нашем разговоре Нина Сергеевна не раз повторяла, что боится не за себя, а именно за правнуков. «Я ведь знаю, как сложно им сейчас, — стонет она и утирает глаза рукавом, — я бы забрала их хоть сейчас, но законы на его стороне…» Неоднократно обращалась к опеке — приходили, смотрели, но каждая проверка заканчивалась одинаково: «Дети одеты? Одеты. Еда есть? Есть. Вреда не видно — значит, всё хорошо». Как-то она узнала, что Петя несколько дней подряд ходил в грязных штанишках — никто не переодел. «Когда я об этом сказала отцу, он просто бросил трубку… Я для него — никто».
Чтобы разобраться в ситуации, связалась с Дмитрием. Отвечает не сразу, долго молчит, потом говорит усталым голосом:
— А чего вы все лезете? Я их отец, я за них отвечаю. Мама в СИЗО, у бабушки здоровья нет, дети ко мне привыкли. Справляюсь как могу. Живём тихо, без этих ваших скандалов.
Когда спрашиваю про наркотики, Дмитрий раздражённо отвечает:
— Вот она (Нина Сергеевна) любит рассказывать сказки! Да сам бы закопал, если бы у меня что-то было. Ребёнок мой, и всё! Меня клевещет просто, детей у меня забрать хочет... Она даже на день рождения не приехала!
Он утверждает, что бабушка не интересуется жизнью детей, всё придумывает про него плохое, только чтобы их себе забрать. «У неё кроме жалоб ничего нет, — повторяет он, — а вы сколько угодно пишите, только я своим детям лучший отец».
В этой истории неожиданно появляется третья сторона. Сергей, нынешний кавалер Алёны, рассказывает совсем иную версию событий. Говорит, что опекать детей готов всегда — считает их почти своими: «Я Алёну люблю, дождусь её, вытяну, и детей заберу к себе. Дмитрий ничего не даст им, кроме бед…» Сергей часто пишет Нине Сергеевне — находит её в мессенджерах, иногда говорит грубо, иногда, наоборот, утешает: «Вы только держитесь, всё наладится. Вот Алёна выйдет — и всё по-другому будет».
Пытаюсь пообщаться с соседями Дмитрия. Одни ворчат, что детей не слышно, но порой бегают босиком в подъезде, другие уверяют, что всё у семьи в порядке: «Папка у них строгий, но не злой. Чистят картошку у окна, поют, мультики включают...» Никто не говорит прямо, что что-то видел плохое, но и в защиту Дмитрия особо никто не встаёт.
Нина Сергеевна всё равно не сдаётся: пишет заявления, собирает справки, обращается к юристам. Каждый день она заходит в храм, ставит свечки: «Чтобы Бог помог моим правнукам...» Показывает письма, написанные Алёной из СИЗО: «Мама, я больше никогда... Прости меня...» Она надеется, что внучку оправдают, уверена: "Нет плохих детей — бывают трудные времена".
Пока взрослые продолжают спор, юристы готовят бумаги, в этом клубке взрослых проблем забываются голоса Сони, Кати и Пети. Кто-то говорит: «У Дмитрия характер скверный, но дети — всё же его смысл жизни». Кому-то кажется, что только Нина Сергеевна даст детям настоящую заботу. А Сергей ждёт Алёну и строит планы на новую семью.
Самое главное — что бы ни решили суды, что бы ни писали родные, в центре всех этих разборок — дети, которым очень нужно, чтобы их обняли по-настоящему. Может, пока решают взрослые, кто прав, а кто виноват, этих трёх малышей стоит услышать больше всех?
Что думаете вы: с кем должны остаться Соня, Катя и Петя? Можно ли в такой ситуации найти простой ответ? Напишите своё мнение в комментариях и подпишитесь на канал — здесь всегда настоящие истории, где случайные люди ищут счастья и борются за любовь.