Его биография могла бы лечь в основу грандиозного романа: блистательный офицер кавказского происхождения, наследник чингизидской крови, он видел свое призвание в борьбе с большевизмом. Но выбранный им путь привёл его к союзу с нацистской Германией. Такова судьба Султана Гирея‑Клыча — человека, для которого «красная угроза» была личным оскорблением, а война с Советской Россией — вопросом чести.
Рождение бунтаря
Служба Султана Гирея‑Клыча в Российской империи складывалась успешно. Выпускник престижных Елисаветградского кавалерийского училища и Офицерской кавалерийской школы, он зарекомендовал себя как образцовый воин. Его отвага и талант руководителя принесли ему уважение среди горцев Черкесского конного полка — знаменитой «Дикой дивизии», которые просили о его назначении командиром. Под его командованием третья Майкопская сотня превратилась в грозную силу, а сам Султан был отмечен орденом Святого Георгия и произведён в генерал‑майоры.
Бунт против перемен
Однако мятежная натура взяла верх. Революция 1917 года и падение прежнего порядка, где он занимал почётное место, стали для него точкой невозврата. Потомок великих ханов не смог смириться с уравниванием в правах с «низами». Он примкнул к Белому движению, сражался на Кубани, отступал с армией Врангеля — но попытки сдержать «красную угрозу» не увенчались успехом. В 1921 году он эмигрировал, но отказался сложить оружие.
Путь к сотрудничеству с врагом
За границей Гирей‑Клыч не оставил борьбы за своё дело. Он стал политически активен, заняв пост секретаря Народной партии горцев Северного Кавказа, которая отстаивала идею независимой Северокавказской республики, свободной от советской власти. С приходом к власти нацистов в Германии его стремления нашли нового, но опасного покровителя.
В 1939 году он вернулся к военной деятельности. Вступив в казачьи формирования генерала Краснова, он начал формировать боевые подразделения из числа эмигрантов. Кульминацией этого пути стало создание в рядах вермахта печально известного Северокавказского легиона.
Формирование легиона началось в 1942 году в окрестностях Варшавы. Первые рекруты были пленными кавказцами; к ним потом добавлялись добровольцы‑эмигранты и предатели. Под командованием Султана Гирея‑Клыча этот легион затем действовал в Хорватии в ходе национально‑освободительной войны на Балканах.
Кавказцы в составе легиона
Казацкие отряды беспощадно сжигали хутора, где заподозрили партизан, а выживших передавали на расправу усташам — хорватскому фашистскому движению. В Хорватии при участии усташей возникали лагеря, куда свозили цыган, евреев и сербов. Сведения о том, что Северокавказский легион особенно рьяно участвовал в нацистских акциях, подкрепляются местными прозвищами казаков — «черкесы».
Тем не менее немецкое руководство считало горские подразделения наименее надёжными и наиболее склонными к дезертирству по сравнению с другими частями. Помимо боевых задач, руководящие органы вели и пропагандистскую работу: Северокавказский комитет, членом которого был и Гирей‑Клыч, издавал газету «Газават», распространявшуюся среди сторонников фашистской оккупации Кавказа.
Структура легиона включала восемь батальонов и отдельный батальон Bergmann. Батальоны, насчитывавшие около тысячи бойцов и офицеров, состояли из штаба, пулемётной и трёх стрелковых рот. Они были обеспечены артиллерией — тремя 45‑мм орудиями, около полусотни ручных и танковых пулемётов, пятнадцатью миномётами, а также автоматами и винтовками.
Конец «горца»
В 1945 году, когда поражение Германии и победа СССР и союзников стали очевидны, Султан Гирей‑Клыч отступил со своими подразделениями в Италию, затем был переведён в Австрию. В мае того же года Кавказский легион вместе с другими казачьими формированиями капитулировал перед британскими войсками возле тирольского Лиенца. Британцы передали пленных советским властям. Султан Гирей‑Клыч был осуждён и в 1947 году казнён — ему тогда было 67 лет.