Пятидневная вооружённая конфронтация в Южной Осетии в августе 2008 года стала первым масштабным военным столкновением в Европе XXI века. С военной точки зрения конфликт показал двоякую картину: с одной стороны — выявил серьёзные недостатки, в том числе в системах связи, а с другой — продемонстрировал подавляющее превосходство российских сил над вооружёнными формированиями Грузии. Одним из заметных итогов стали многочисленные трофеи, представлявшие интерес для отечественной оборонной промышленности.
От советской техники до образцов НАТО
По официальным данным Министерства обороны РФ, за пять дней активных боёв было изъято до 150 единиц бронетанковой техники противника. Большая часть этой техники была советского происхождения и стояла на вооружении грузинской армии: танки Т-72, батареи зенитно‑ракетных комплексов «Бук», самоходные артиллерийские установки 2С7 «Пион».
Наряду с ними среди трофеев оказалась техника западного производства: турецкие бронеавтомобили Cobra, внедорожники Land Rover и даже скоростные катера Sea Doo. Также было конфисковано порядка четырёх тысяч единиц стрелкового оружия, включавшего около 800 американских винтовок М16А2, карабинов M4 и Bushmaster XM‑15, германские автоматы HK G36 и пистолеты австрийской (Glock) и американской (Colt) марок.
Особый интерес у российских военных вызывали не столько боевые машины и стрелковое оружие, сколько средства связи, разведывательной аппаратуры и мобильные электростанции иностранной сборки.
Главный эпизод
Международный резонанс вызвало изъятие пяти армейских внедорожников Humvee (модели M1151 и M1152) в порту Поти 18 августа 2008 года — уже после основной фазы боевых действий. Эти машины были практически новые, выпущенные в 2007 году, с малым пробегом; на кузовах сохранились заводские маркировки «U.S. property».
Как американская техника оказалась в Грузии? По данным издания Congressional Quarterly, Humvee прибыли для участия в совместных учениях и планировались к использованию в роли командно‑штабных машин. С началом боевых действий Пентагон принял решение эвакуировать автомобили, но не успел вывезти их до прибытия российского десанта в порт.
В российской версии событий Минобороны утверждало, что машины были задержаны на пути в Поти, куда они якобы направлялись за «гуманитарной помощью», а конфискация объяснялась наличием внутри оружия — автоматов Калашникова.
Дипломатические последствия
Пентагон неоднократно требовал от России вернуть технику. Командующий корпуса морской пехоты США генерал Джеймс Конауэй заявлял, что в машинах не было секретного оборудования, лишь стандартные радиостанции. Получив отказ, США настаивали на компенсации — оценивали стоимость каждого Humvee примерно в 540 тысяч долларов.
Тем не менее западные СМИ и заявления российских военных указывали на обнаружение в изъятых машинах и сопровождавших контейнерах высокотехнологичной аппаратуры: систем закрытой шифрованной связи, комплексов «свой‑чужой», GPS‑навигации и оборудования для приёма данных со спутников раннего предупреждения. Эксперты предположили, что эта группировка могла выполнять функции мобильного разведывательно‑информационного пункта.
Российская сторона отказалась возвращать захваченные образцы. Вся техника — включая Humvee и их комплектующее оборудование, а также танки Т‑72 и изъятое стрелковое оружие — была направлена в научно‑исследовательские учреждения Минобороны России для всестороннего изучения западных технологий и возможной адаптации на отечественных предприятиях. Часть трофеев позднее пополнила экспозиции музеев.