Польша в очередной раз заявила о запуске программы Orka по строительству новых подводных лодок для своих военно-морских сил. Об этом на заседании правительства в сентябре заявлял Дональд Туск, а в октябре на выставке Baltexpo 2025 в очередной раз активизировались потенциальные продавцы со своими предложениями. Выбор партнёра, по словам польского премьер-министра, должен завершиться до конца 2025 года. Впрочем, ещё немного и можно будет праздновать 30-летний юбилей этим замыслам.
В сентябре 1997 года, то есть до вступления в НАТО, в план модернизации вооруженных сил Польши на 1998-2012 гг. была включена программа OPNT (okrętu podwodnego nowego typu), которая предусматривала поступление в состав ВМС (Polska Marynarka Wojenna, PMW) нового типа подводной лодки. Спустя пять лет программу переименовали в Orka. В 2013 году предусматривалось подписание контракта с целью приобретения трёх подводных лодок, однако «воз и ныне там», а вот боеспособные субмарины кончились. Как же PMW доплыла до такой жизни и что будет дальше?
Геополитические игры
Нынешняя геополитическая ситуация на Балтике уже давно не та, что была во времена царской России, когда Финляндия, Польша и Прибалтика входили в состав Империи. И не та, что была в период победы социализма, когда странам НАТО не было в ней места. Альянс пополнился и постоянно отрабатывает сценарии противостояния с Москвой. Ежегодно проводятся учения и операции типа Baltops, Merlin, Northern Coasts, Quadriga, Baltic Sentry и другие. Идёт и подготовка штабов.
Так, в 2023 году в ходе учения Northern Coasts командование силами в Балтийском море впервые осуществлялось из нового немецкого центра управления DEU MARFOR в Ростоке. А уже на следующий год стажировку там начали проходить поляки. По данным Центра морских операций, как пишет польская Rzeczpospolita, вместе со шведскими и немецкими моряками из DEU MARFOR в течение следующих четырёх лет они будут командовать союзными военно-морским учениями и операциями на Балтике. В это время в Польше будет создан POL MARFOR, который возьмёт на себя командование союзниками в конце 2028 года. Шведы, вероятно, будут следующими.
То есть вырисовывается некая последовательность подготовки штабов трёх наиболее сильных флотов НАТО на Балтике. Финляндия, Эстония, Литва, Латвия и Дания в этом контексте не просматриваются, кроме скромного участия. А ведь Polska Marynarka Wojenna тоже не особо отличается на море своими «мускулами»: подводные лодки закончились; бывшим в употреблении двум американским фрегатам типа Oliver Hazard Perry уже исполнилось 45 лет; из двух корветов только один Slązak, введённый в боевой состав в 2016 году (строился 15 лет!), отличается свежестью; трём ракетным катерам уже за 30-ть. Есть ещё тральщик Kormoran, принятый от собственной промышленности в 2017 году, а остальное можно и не считать. А как же тогда командовать другими, если у самих ничего нет?
Впрочем, есть план, согласно которому поляки хотят иметь «маленький, но очень хороший флот», включающий подводные лодки, фрегаты, корветы и патрульные катера - аж по три единицы каждого класса. Из этого громадья уже началось строительство трёх надводных кораблей по программе Miecznik.
После многолетних поисков контракт на их проектирование и строительство был заключён в июле 2021 года с консорциумом Polska Grupa Zbrojeniowa (PGZ)-Miecznik. Примечательно, что подрядчиком по проектированию стала британская оборонная компания Babcock International, а за основу был принят фрегат тип 31. В октябре 2023 года поляки получили документацию и лицензию на строительство, а соответственно и технологии для развития национальной кораблестроительной отрасли. Подрядчиками по системам вооружения стали канадская OSI Maritime Systems (навигация), французские Thales (управление оружием) и MBDA (ПВО), а также другие «товарищи». Ожидается, что корабли передадут ВМС Польши в 2029-2032 гг.
Что касается строительства надводных кораблей, то у поляков такие компетенции имеются. В эпоху социализма на их верфях, например, создавались большие десантные корабли проекта 775 для СССР, которые и сейчас находятся в боевом составе ВМФ России. Для фрегата Miecznik в прошлом году они построили новый стапельный цех в Гдыне, получив тем самым локализацию производства на своей территории. А вот подводных лодок они никогда не строили, хотя эксплуатировали их с 1931 года.
Что было, то было...
История польского подплава началась после обретения страной независимости в 1918 году. Первенцами стали субмарины Wilk (1931 г.), Żbik (1931 г.) и Ryś (1932 г.), построенные в 1920-30 годах на верфях Франции за счёт предоставленного кредита. Ещё две Orzeł и Sęp успели построить на голландской верфи De Schelde в Роттердаме в первой половине 1939 года.
Начало Второй мировой войны для этой пятёрки сложилось неудачно. Германский блицкриг привёл к тому, что с назначенных в море позиций возвращаться было некуда, поэтому Żbik, Ryś и Sęp ушли в Швецию, где были интернированы до конца войны. Двум подводным лодкам удалось уйти в Великобританию, но их дальнейшая служба оказалась непродолжительной. Orzeł совершила восемь походов и потопила один транспорт, прежде, чем пропала без вести в Северном море в июне 1940 года. Wilk до 1941 года выполнила девять безуспешных патрулирований из британских баз, после чего была признана непригодной для дальнейшей эксплуатации.
Более успешно действовали три подводные лодки, переданные Лондоном и Вашингтоном. Так, Sokół и Dzik приняли участие в морских боях на Средиземном море, после чего вернулись под британский флаг. Jastrząb патрулировала воды Северной Атлантики. При сопровождении конвоя PQ-15 в Мурманск в мае 1942 года получила сильные повреждения от «дружеского огня» британских кораблей и была затоплена экипажем ввиду невозможности спасти свой корабль. После окончания Второй мировой войны Żbik, Ryś и Sęp были возвращены Швецией в состав польских ВМС. Первые две прослужили до 1956 года, третья - до 1969-го.
На смену им пришли подводные лодки из Советского Союза. За период с 1954 по 1988 гг. Польше досталось от нас тринадцать боевых единиц, в том числе одна новейшая по тому времени проекта 877Э «Варшавянка» (1986 г.). Все они, естественно, получили польские имена, при этом четыре стали преемницами имён подводных лодок времён Второй мировой войны: Wilk (советская Б-98 пр. 641), Orzeł (С-265 пр. 613, затем Б-351 пр. 877Э), Sokół (С-278 пр. 613) и Dzik (Б-29 пр. 641).
При этом, осуществлялась и техническая поддержка в части касающейся эксплуатации этих субмарин, пока не распался СССР, а за ним и весь соцлагерь вместе с Варшавским договором. Естественно, что с вступлением страны в НАТО ни о какой поддержке речи уже быть не могло.
Отсюда и возникла программа OPNT, а затем и Orka, но в начале 2000-х поляки безвозмездно получили пять норвежских Kobben, одна из которых предназначалась для использования на запчасти. Это модернизированная версия немецких подводных лодок тип 205/207, построенная на верфях Nordseeverke в период с 1961 по 1967 годы. Несмотря на древность для XXI века (видимо норвежцам было выгоднее их отдать, чем самостоятельно утилизировать), на них совершались рейды вплоть до Средиземного моря.
Таким образом, полякам удалось сохранять школу подводного плавания на протяжении 90 лет. Но ничто, как известно, не вечно под луной и в 2021 году Polska Marynarka Wojenna остались без подводных сил. А что же дальше?
Что будет, если будет...
Поиски партнёров идут уже более десяти лет. Велись переговоры с французской Naval Group, немецкой Thyssen Krupp Marine Systems (TKMS), шведской Saab Kockums, испанской Navantia, итальянской Fincantieri, южнокорейскими Hanwha Ocean и Hyundai Heavy Industries.
Относительно недавно, как утверждает Defense News, в этот список попала уже упоминавшаяся британская Babcock International, которая непосредственно проектированием и строительством потаённых судов никогда не занималась. Впрочем, как и надводных кораблей, оказывая посреднические услуги. Кроме фрегата Miecznik она засветилась в сотрудничестве с корейской Hyundai Heavy Industries по разработке системы управления и хранения оружия для подводной лодки HDS-2300. Последними дизельными подводными лодками, которые построила Великобритания, были Upholder (четыре единицы в 1987-1993 гг.). Строили для себя, но отказавшись в пользу атомных продали их Канаде. Так что же хотят поляки и какие предложения есть на этом рынке?
Из многочисленных заявлений официальных лиц выдвигаются следующие требования: возможность длительного и скрытного нахождения в подводном положении, что обеспечивается воздухонезависимой энергетической установкой (ВНЭУ); наличие в боекомплекте крылатых ракет, способных поражать цели в глубине территории агрессора; выбранный иностранный поставщик должен будет передать необходимые технологии для развития внутренних возможностей по техническому обслуживанию и ремонту в сотрудничестве с судостроительной верфью PGZ [той самой, которая строит новый фрегат]; предоставление временной подводной лодки для подготовки польских экипажей.
Бесспорным лидером в экспорте подводных лодок является ФРГ с проектами 209, 212А, 212CD, 214 и 218, о чём РИДУС рассказывал в прошлом году (ссылка: https://www.ridus.ru/konkurentnye-vojny-pod-vodoj-485931.html). Плюсом является географическое положение двух балтийских стран-соседей, что наверняка уменьшит затраты на логистику. Характерно и то, что Германия не только продаёт готовую продукцию и технологии, но и сама эксплуатирует эти корабли. Именно за счёт немецкого опыта появились компетенции современного подводного кораблестроения у Италии (Fincantieri с проектом 212NFS - вариация немецкого проекта 212A) и Республики Корея (проекты 209/1200 и 214 - в РК соответственно KSS-I и KSS-II).
Сегодня корейцы предлагают полякам свой продукт в виде KSS-III Batch II от Hanwha Ocean и уже упомянутую HDS-2300. На состоявшейся в начале октября выставке BaltExpo 2025 в Гданьске Hanwha Ocean официально объявила о готовности в качестве временной предоставить одну из своих субмарин типа 209 (построено 12 единиц по немецкой лицензии), которая находится на вооружении ВМС Республики Корея. Одна из них планируется к выводу из боевого состава в конце этого года. Корабль пройдёт капитальный ремонт с модернизацией в течение двенадцати месяцев и будет готов к передаче ВМС Польши в 2027 году.
Как заявил менеджер зарубежного отдела Hanwha Ocean Хёнрок Пак в интервью Defense News, подготовлены предложения, которые включают передачу технологий и сотрудничество с PGZ и верфью Nauta для создания 100% местного независимого предприятия по техническому обслуживанию, ремонту и эксплуатации субмарин. Заходит речь и о долгосрочном сотрудничестве между корейскими и польскими промышленными предприятиями, включении польских субподрядчиков в цепочку поставок и передачу самых передовых технологий и ноу-хау в области строительства и обслуживания подводных лодок - сообщает Naval News. Кроме того, предложение Южной Кореи включает в себя передачу Польше корвета Pohang в качестве подарка от правительства. Очевидно, что это «бонус» за удалённость и попытку проникнуть на элитный европейский рынок подводных технологий.
Стоит отметить, что строят корейцы свои потаённые корабли быстро. Головная KSS-III Batch II SS-087 Jang Yeong-sil была заложена в марте 2023 года, а спущена на воду 22 октября текущего. Принятие в боевой состав ожидается в следующем году.
Франция, как известно, отказалась от дизельных подводных лодок для своих ВМС в 1976 году, но сохранила этот сектор подводного кораблестроения для поставок на экспорт. В настоящее время Naval Group относительно успешно продвигает подводные лодки Scorpène, которые эксплуатируются в Индии, Бразилии, Чили, Малайзии и Индонезии. В 2024 году Королевские ВМС Нидерландов выбрали Naval Group для строительства четырёх дизель-электрических подводных лодок класса Barracuda. Предполагается, что первые две будут введены в эксплуатацию в период с 2034 по 2037 год. Это тот самый продукт, который с треском провалился в Австралии под давлением США и Великобритании в пользу программы AUKUS. Станет ли Франция партнёром для Польши - вопрос риторический, ибо не только контрактными провалами славен Елисейский дворец (позор с проектом Mistral тоже в этой корзине), не редкость и политические скандалы между Парижем и Варшавой.
Аналогичный вопрос, но по другим причинам, можно поставить и в отношении шведских субмарин класса А26. Во-первых, строительство головной ведётся уже более десяти лет и срок сдачи периодически переносится. А во-вторых, Польша уже вела переговоры об аренде или покупке двух бывших в употреблении класса А17, но безуспешно.
Что касается испанской Navantia со скандальным проектом S-80, то головная S-81 Isaac Peral принята в боевой состав два года тому назад, спустя 16 лет после закладки. Срок строительства серийных аналогичен. Первый скандал разразился после неудавшегося совместного франко-испанского проекта Scorpène, когда Мадрид отказался от него в пользу своего и был обвинён в краже технологий. Второй был уже внутренним, когда выяснилось, что S-81 спроектирована с ошибкой в развесовке на 100 тонн. Нужен ли Польше такой долгострой с проблемами - большой вопрос. Соответственно и итальянский проект подводной лодки ближайшего будущего 212NFS (Near Future Submarine), которая была заложена три года тому назад тоже вряд ли заинтересует, поскольку достаточно предложений из настоящего.
Применительно к требованиям об оснащении ВНЭУ и крылатыми ракетами особых проблем не просматривается. За деньги польских налогоплательщиков можно реализовать любой каприз. Современные ВНЭУ интегрируются во все предлагаемые проекты, а корейцы и шведы могут предложить эксклюзив с размещением крылатых ракет собственного производства в вертикальных пусковых установках. У остальных потенциальных партнёров они хранятся пока вместе торпедным боезапасом и выстреливаются из торпедных аппаратов, что тоже не так плохо для Балтики.
В то же время известно, что ВМС Польши эксплуатирует норвежские противокорабельные крылатые ракеты Kongsberg NSM Block I в двух береговых дивизионах и собирается получить еще четыре с ПКР последней версии Block IA. Такие же предусматривается установить на фрегаты типа Miecznik. Норвежцам удалось продвинуть свою разработку в пятнадцать стран, включая США, Великобританию и Германию. Они успешно идут на замену американских ракет Harpoon и даже замечены на эсминцах Arleigh Burke. В 2016 году было заявлено об их способности поражать береговые объекты, а на выставке MSPO 2017 представлен вариант NSM-SL для вооружения подводных лодок. Рекламируемая дальность - более 300 км.
Ждать выбора партнёра для проекта Orka осталось не долго, если поляки снова не передумают. И тогда с началом 30-х мы получим очередную головную боль в виде необходимости противостояния обновлённым военно-морским силам балтийских стран НАТО с крылатыми ракетами. Благо, что это будут не «Томагавки».