В мире высокого искусства, где кипят страсти вокруг шедевров, а цены достигают космических сумм, уже более двух столетий существует дуополия, задающая ритм всему рынку. Два имени, Sotheby’s и Christie’s, стали нарицательными, символоми престижа, роскоши и невероятных денег. Их аукционные молотки не просто фиксируют сделки, они вершат историю, создают и разрушают репутации, определяют культурные тренды. Но что стоит за этой легендарной битвой? Как две британские фирмы завоевали мир и в чем заключается суть их многовекового соперничества? Давайте разбираемся.
Их история — это классическая история о конкуренции, где каждая фирма шла своим путем, но всегда держала другую в поле зрения.
Christie’s, основанный в 1766 году Джеймсом Кристи, с самого начала ориентировался на высшее общество. Его основатель был харизматичным торговцем и блестящим коммуникатором, который лично знал всех ключевых аристократов и коллекционеров своего времени. Christie’s быстро стал не просто местом продаж, а светским клубом, где под молоток уходили коллекции королей и вельмож. Именно здесь продавали наследство мадам де Помпадур и Екатерины Великой. Christie’s cultivated an image of old money, традиций и безупречной репутации, став официальным аукционистом британской аристократии.
Sotheby’s, основанный в 1744 году Сэмюэлем Бейкером, начинал с более скромного — с продажи книг. Долгое время он специализировался на редких манускриптах, печатных изданиях и гравюрах, создав себе имя в нише интеллектуального и академического искусства. Переломный момент наступил в XX веке, когда Sotheby’s, под руководством амбициозных новых владельцев, решительно бросил вызов Christie’s на его же территории. Дом активно стал развивать международную сеть, первым открыв представительство в Нью-Йорке (1955), и сделал ставку на современное искусство, что в итоге принесло ему невероятный успех.
Почему они стали такими популярными?
Их доминирование не случайность, а результат выстроенной стратегии.
Главный актив обоих домов — их отделы экспертизы. Прежде чем попасть на торги, каждый лот проходит тщательную проверку на подлинность, атрибуцию и оценку. Доверие к этому заключению то, за что коллекционеры платят миллионы. Ошибка в атрибуции может стоить репутации, поэтому доверие к Sotheby’s и Christie’s стало фундаментом рынка.
Они не просто ждали клиентов, они сами их создавали. Открывая офисы по всему миру,от Гонконга до Дубая, они привлекали новых миллиардеров из Азии, Ближнего Востока и России, воспитывая в них вкус и объясняя правила инвестирования в искусство.
Аукционы в Нью-Йорке и Лондоне — это грандиозные спектакли. Харизматичные аукционисты, напряженная борьба за лот по телефону, тайные кивания и, наконец, удар молотка, устанавливающий новый рекорд. Эта драматургия привлекает внимание СМИ и превращает покупку искусства в яркое, статусное событие.
Они ввели систему гарантированной цены ( irrevocable bid ), когда третья сторона заранее гарантирует покупку лота по определенной цене, минимизируя риски для продавца. Это сделало продажу дорогостоящих шедевров более предсказуемой и безопасной.
Чем они отличаются?
Несмотря на внешнюю схожесть, между домами есть тонкие, но важные различия, которые понимают инсайдеры.
Christie’s до сих пор сохраняет ореол «аристократизма» и традиционности. Его клиентуру часто описывают как «старые деньги». Sotheby’s же воспринимается как более инновационный, агрессивный и глобализированный игрок, более гибкий в своих подходах. Его часто предпочитают «новые деньги» и коллекционеры современного искусства.
Исторически сложилось, что Christie’s сильнее в категориях «Старые мастера», британское искусство и ювелирные изделия (знаменитые бриллианты вроде «Куллинан» уходили с его молотка). Sotheby’s традиционно сохраняет мощные позиции в книгах и манускриптах, а также долгое время был королем рынка импрессионистов и современного искусства.
Что престижнее?
Спор о том, какой дом престижнее, напоминает дискуссию о том, что лучше: «Мерседес» или «БМВ». Ответ субъективен и зависит от сферы. Для старой аристократии, продающей фамильные портреты, возможно, чуть более престижен Christie’s. Для коллекционера, желающего продать картину Жана-Мишеля Баския за $100 миллионов, — Sotheby’s. Важно то, что они оба находятся на одной вершине. Престиж определяется не именем дома, а конкретным лотом и ценой, которую за него готовы заплатить.
Sotheby’s и Christie’s — это больше, чем аукционные дома. Это культурные институции, финансовые гиганты и режиссеры грандиозного шоу под названием «арт-рынок». Их многовековое соперничество является двигателем прогресса в этом мире. Они не просто отражают вкусы эпохи, они их формируют, превращая пигмент на холсте в самый ликвидный актив и возводя коллекционирование в ранг высокого искусства. Пока есть страсть к прекрасному и желание обладать уникальным, их молотки будут продолжать стучать, объявляя новые цены и открывая новые главы в истории искусства.