Прохожий при пути лежал,
Страдал от ран невыносимо,
О милосердии взывал,
Но люди шли поспешно мимо.
Священник рядом проходил,
Встал над избитым он в тревоге,
Его жалел, но сам спешил,
Не мог замешкаться в дороге.
Он думал: «Надо бы помочь,
Да только хлопотное дело,
А дома ждут жена и дочь,
Пора идти, чтоб не стемнело!
Быть может, сам виновен он:
Бесчинный, может, он гуляка,
И так, в безумии хмельном,
Затеял здесь скандал и драку.
Для очищения грехов
Могло с ним это все случиться,
Бог так судил, я – кто таков?
Когда пора мне торопиться!»
Шел той дорогою левит,
Услышал стоны – обернулся,
Увидел – раненый лежит,
Шагнул к нему и отшатнулся.
Подумал: «Надо бы помочь,
Да только позднее уж время,
И самого застанет ночь,
Как потащу такое бремя?
А если сам он виноват –
Впотьмах кто ходит одиноко?
Блудник он может, или тать,
Раз поплатился так жестоко!
И что такому помогать?
Мне для кого себя тревожить?
Когда давно пора бежать,
А он, коль чист, Сам Бог поможет!»
Под вечер шел Самарянин,
Глядит - несчастный умирает,
В крови он весь, совсем один,
И молча смотрит, умоляет.
К нему Он скоро подбежал,
Мыл раны, не гнушаясь гноем,
Кто перед Ним – не рассуждал,
Достоин, или не достоин!
В Свою повозку положил,
Сам брел пешком, боря усталость,
Полночный месяц уж светил,
Как им селенье показалось.
Дал Он гостиннику залог,
Чтоб посмотрел Его больного,
Простился рано – путь далек,
Но обещал вернуться снова.
Вернется Он на облаках,
Христос – Владыка наш Спаситель
На радость добрым, злым - на страх
Откроет Вечную обитель.