Глава 3. Когда было уже поздно
Конверт валялся на столе, смятый, будто его перед этим в кулаке держали. Почерк Дмитрия — с характерным наклоном, будто вечно в спешке.
Анна уставилась на него. Даже бумага, казалось, впитала тот старый запах — смесь чего-то родного и чужого. Вздохнула с трудом и, наконец, вскрыла.
«Анна... Не знаю даже, с чего начать. Я просто струсил, сбежал, потому что не хватило духу посмотреть тебе в глаза. Мне тогда казалось, что я — ноль, и мы с тобой — тоже. Ну, думал, если свалить, всё как-то само образуется... Ан нет. Выйти-то я вышел, да только от себя не убежишь.Прости. Если ещё сможешь».
Она дочитала, сложила письмо и застыла. Такое чувство, словно кто-то постучался в дверь, за которой уже лет десять никто не живет.
Телефон зазвонил ближе к ночи. На вспыхнувшем экране — Дмитрий.
Она смотрела на экран, не двигаясь. В конце концов, взяла трубку.
— Привет, — он сказал это тихо, голос сдавленный.— Привет, — отозвалась Анна.
И — тишина из-за которой когда-то и выросла эта стена между ними.
— Письмо... ты получила? — проговорил Дмитрий, после паузы.— Ага, прочла.
— Даже не знаю, как теперь извиняться. Всё это время мне казалось, что ты меня на дух не переносишь.— Да нет, — она покачала головой, хотя он этого не видел. — Не переносить... не переносила. Просто не могла взять в толк, как можно было вот так, взять и смыться. Без единого слова.
— Я и сам тогда не соображал, что творю, — в голосе Дмитрия слышалась усталая правда. — Решил, что если исчезну, тебе будет легче. А потом дошло — что просто наделал еще большего свинства.
Анна медленно выдохнула.— Митя... Скажи ты мне всё это тогда — глядишь, и всё сложилось бы иначе.
На том конце провода молчали. Слышалось только его неровное дыхание.
— Я хотел вернуться, — прошептал он. — Боялся, что ты меня в дверь пошлешь.
— Возвращаться — это хорошо, если есть куда, — голос ее дрогнул. — Но сейчас... Мы просто пошли разными путями.
Он вздохнул.— Понятно. Ты изменилась.
— Просто жизнь научила справляться, — ответила она. — Простить — не значит всё вернуть на круги своя. Это... наконец снять с плеч этот груз.
Снова пауза, еще длиннее.— Рад за тебя, — наконец выдавил он. — Хотя, признаться, горько это осознавать.
— Мне тоже, — согласилась Анна. — Но знаешь... я тебе даже благодарна. За всё. Даже за ту боль. Без нее я бы не стала... сильнее.
Помолчали еще немного.— Ну, прощай, Аня.
— Прощай, Дмитрий.
Она положила трубку и сидела, глядя в окно. Закат разливал по небу золото, и в комнате было непривычно спокойно.
Впервые за долгие-долгие годы на душе у нее было и впрямь легко.
Конец.