С большим интересом прочитала большое и подробное интервью Сергея Анатольевича Мяуса. https://tass.ru/interviews/25579079 Что и говорить, излагает он неплохо. В статье затронуты наиболее обсуждаемые вопросы, и по всем у Сергея Анатольевича вроде бы правильная позиция, вроде бы верная, но… Насколько это соответствует истине?..
Давайте пройдемся по тексту с самого начала.
«Многие как бы априори идентифицируют меня с действующим руководством федерации, но нужно понимать, что я фактически на пять лет уходил из ФХМР и, вернувшись, могу взглянуть на ситуацию не только изнутри, но и со стороны. Критика в адрес федерации по многим вопросам абсолютно заслуженна, и с ней можно и нужно работать».
Напомните, пожалуйста, сколько лет Сергею Анатольевичу? По моим подсчетам, 66. Поправьте, если ошибаюсь.
И вот вопрос: что же должно произойти с человеком, чтобы он радикально поменялся в таком возрасте? Только какая-то жесткая трансформация, мощная встряска, после которой человек уже не будет прежним. И это вам не «переобувание в прыжке», а действительный прорыв в другую реальность.
Когда такое происходит, это заметно во всем: меняется речь, взгляды, манера держаться. Здесь же ощущение такое, что человеку просто перечислили слабые места в ФХМР, и он покивал: да, согласен. Сделаем!
И еще: но из Исполкома-то Вы никуда не уходили. И все эти пять лет ключевые решения принимались в том числе и Вами.
Вот он говорит:
«Взять ту же медийную составляющую: когда в пресс-службах других федераций и хоккейных клубов работают целые отделы, в ФХМР на протяжении многих лет трудится один человек. Как может он один, каким бы профессионалом он ни был, отвечать за освещение целого вида спорта и тянуть на себе Суперлигу, Высшую лигу, сборные страны, детские турниры, сайт и соцсети? Это нонсенс!»
А почему все эти рассуждения о пользе медийности появились только сейчас, на фоне разговоров, что действующий президент ФХМР может покинуть пост по возрасту и по состоянию здоровья? Где же раньше была Ваша активная жизненная позиция? Весной на встрече в Иркутске Сергей Мяус что-то не позвал прессу. Где была Ваша медийность?..
Я уже писала, что на той же встрече в Иркутске открыто обсуждалась необходимость дружбы с ФХМР в обмен на медали. И Сергей Анатольевич не возразил. И даже поддерживал необходимость влияния (читай – давления) ФХМР на клубы в отношении, например, формирования состава, считая это нормой.
Нет, я не сомневаюсь: если бы Мяус возглавил ФХМР, то привел бы с собой и прессу. В последнее время как-то не у дел один хороший кемеровский журналист, который в свое время много писал под именем «Виктор Рябикин».
Но вопрос: какой это будет пиар? То, что мы читали примерно лет десять назад, когда ФХМР имела возможность оплачивать полосы в «Советском спорте»? А еще то в Казани появлялись какие-то тематические статьи, то в Иркутске, то в Кемерово или Первоуральске – какая у нас хорошая ФХМР и какие плохие те, кто с ней не согласен. Вот такой был пиар, такая медийность. На деньги клубов.
Помнится, в те годы директор по развитию Максим Кастырин мне прямо сказал, что они сотрудничают с теми изданиями, которые транслируют нужную им информацию. А другие им не нужны. Вот такой пиар Мяус создать способен, не скрою! А ответить на вопросы, которые копятся годами, он не сможет.
Впрочем, мы можем попробовать. Сергей Анатольевич, хотите? Если что – мой телефон найти не сложно, я жду.
«Я много раз говорил руководителю ФХМР о том, что в медиа нужно вкладываться: и в объем, и в человеческие ресурсы — пресс-служба должна иметь команду и несколько направлений, а также определенный медиабюджет на сезон для реализации идей и проектов».
Вот мне очень интересно: где и как он это говорил? Сам себе, дома, перед зеркалом?
Если это говорилось где-то на Исполкоме, то почему в протоколах заседаний ни разу не отразилось? Если это было открытое мнение, почему он не озвучил в прессе? Я лично ни разу ничего подобного не слышала.
«Мы живем в реалиях, когда экономить на медиа просто самоубийство. Да, ФХМР заключила трехлетний контракт с «Триколором», получила какие-то цифры после финала Кубка России в Москве, но русскому хоккею нужен выход на качественно иной уровень освещения и сопровождения — он это заслужил! Нам нужны студии по итогам туров, нужны истории об игроках и тренерах, нужны качественные трансляции по ТВ. Необходимо привлекать новую генерацию болельщиков через язык, который они понимают, — те же соцсети. Да, на это нужны деньги, нужно платить тому же «Матч ТВ», договариваться, но для этого надо шевелиться, федерации изыскивать ресурсы».
Опять вопрос: Вы только сейчас это узнали? Или Вам это сейчас сообщили – тот, кто составлял план статьи?
И что, ради осознания этого простого факта Вам надо было на пять лет выпасть из ФХМР?
А тут – срочно надо, шевелиться нужно. А почему Вы не шевелились раньше?
К примеру, на женские чемпионаты и Кубки мира НИКОГДА не отправляли пресс-службу. А на женский чемпионат мира-2018 в Китае, куда Вы отправили иркутских девчонок играть как бы ради популярности хоккея с мячом, сами-то не очень поехали. И никаких медиа туда не отправили. А поехали в теплый и сытый Хабаровск, где играли мужчины.
Ладно, в Китае было в парке пустынно и холодно. А в Норвегии, где был чемпионат мира-2020, условия для прессы были хорошие, я туда ездила. Что же туда никого не отправили?
Давайте вспомним печально известный Кубок мира-2018, где ФХМР в Вашем лице отказалась дать мне письмо поддержки. Я Вас остановила в коридоре, а Вы сбежали со словами: «Я в этом не участвую». А в чем Вы вообще участвуете? В решении проблем, конфликтов – нет. А в чем? В раздаче должностей? Так любой может.
«Разумеется, никто не говорит, что нужны подобные скандалы, но, чтобы быть интересным, хоккей с мячом должен открыться и раскрыться. Споры и эмоции — это часть любого вида спорта, того же футбола и хоккея. И благодаря разным историям, кстати, популярность тоже поддерживается».
Наконец-то дошло! Сергей Анатольевич, я Вас в седьмой раз умоляю: давайте включим споры и эмоции! Давайте поговорим откровенно о проблемах ФХМР, в том числе о тех, где Вы участвовали. Ведь хоккей с мячом должен раскрыться!
« – Недавно в СМИ появились публикации, в которых говорилось, что на отдельно взятых судей оказывается давление из федерации с требованием обеспечить результат. Читали об этом?
— Да. Я ведь не страус, который опускает голову в песок и ничего не замечает. Если об этом из раза в раз говорится, то нужно конкретным людям, ответственным сегодня и все последние годы за это направление, и задавать назревшие вопросы».
Вот как! А я помню совсем другое: когда-то Вы говорили, что не нужно обсуждать какой-то негатив, тогда его как бы не будет. А если о нем говорить – тогда он становится реальностью. Прямо приведу кусок интервью.
« – Сергей Анатольевич, давайте с самого начала обсудим «грустный» момент: про женский чемпионат мира. Обещали поставить теплые раздевалки, Вы говорили об этом, что 31 декабря все будет готово. А их не было. Кто не проследил, не проконтролировал?
- Для Вас этот вопрос грустный, а для меня неприятный, но не критический. Когда в декабре 2017 года я приезжал в Китай как представитель FIB, то организаторы, услышав замечания, обещали исправить ситуацию. Да, не сделали теплые раздевалки, но закупили ворота, бортики. И у меня не поворачивается язык обвинить их в бездействии. Думаю, что на сегодня Китай сделал всё, что мог. После того, как в Харбине завершился турнир среди команд группы Б, у китайцев появилась возможность проанализировать вопрос о дальнейшем развитии хоккея с мячом. А критиковать «вагончики» – это не мой стиль.
– Мне кажется, это просто неуважение к женщинам. А если бы Ваша жена или дочка играла?
- Я не стану столь категорично, как вы, называть это «неуважением». Я своими глазами видел, как в Китае тысячи людей приходят кататься на коньках на замерзших озерах и не придают такого огромного значения комфорту. Да, возможно, они что-то недопонимают в плане организации, но лучше попробовать и сожалеть, чем не попробовать вовсе. Поверьте, в Чэндэ все было не так плохо, а любой спортсмен должен уметь переносить трудности. И если бы играла моя жена или дочь, я бы сказал им те же самые слова».
Прошу прощения на столь длинные цитаты. Но позиция Сергея Мяуса была именно такой: про плохое не надо говорить, и тогда его как бы и нет. Это позиция не для руководителя, а как раз для той самой птицы, которую Вы упомянули.
А вот что дальше: этот момент прямо очень нравится! Еще и потому, что тот самый шум вокруг цензуры я сама поднимала. Почитаем-ка.
«— В 2019 году федерация пыталась ввести, говоря прямым языком, цензуру на оценку действий функционеров ФХМР и клубов, судей со стороны СМИ. Но затем этот пункт в регламенте убрали. В какой момент было понятно, что такая идея была неудачной и пользу хоккею с мячом это не принесет?
— Тогда быстро сориентировались и поняли, что нельзя опреснять сам игровой процесс. Я сам, будучи игроком и тренером, спорил и с судьями, и с тренерами, с игроками, на пресс-конференциях я выступал. Если мы выхолащиваем все и ничего не говорим, то это глупо. Спорт — это в том числе эмоции. И должен быть люфт, чтобы тренер мог сказать: да, мне работа судей не понравилась, разберите те и те эпизоды, пожалуйста. И штрафовать за это не выход. Посмотрите пресс-конференции того же легендарного Янко: когда ему надо было кого-то даже не унизить, а чуть-чуть придавить, он выбирал такой вариант русской речи, что по большому счету судьи понимали, что они не правы. А тот пункт в регламенте был просто абсурдным. Принимать нужно любую конструктивную критику, выжимая нужную информацию — она помогает перестроиться».
Вот класс!
Журналист так строит фразы, что Сергей Анатольевич как бы не при делах. Но давайте вытащим голову из песка: что значит «федерация пыталась»?
Сергей Анатольевич состоял в Исполкоме, и он сам принимал решение. Зачем сейчас свалить на какую-то безликую «федерацию»? Журналист пусть ставит вопрос прямо: Вы, Сергей Анатольевич, решили…
Еще смешнее – о том, что они поняли, что идея неудачная, и быстро сориентировались. Ничего себе быстро!..
Смотрим даты: Исполком прошел 14 мая. Почти сразу же я начала писать, что это большая ошибка. Но ФХМР не реагировала. Союз журналистов России опубликовал возмущение красноярского коллеги Дмитрия Голованова – ФХМР молчит.
Тема вышла в топ яндекса и разошлась по стране, в том числе по федеральным СМИ. Сначала в виде новости, потом пошли авторские материалы – что редкость для хоккея с мячом. 8 июня вышел большой материал на «Матч ТВ» под названием «Хоккей с мячом запретил себя критиковать. Но как можно не критиковать за несусветную глупость?»
ФХМР упорно не реагировала.
9 июня вышла статья в МК. https://www.sportmk.ru/sports/2019/06/09/tancor-kotoromu-meshayut-v-khokkee-s-myachom-zapretili-zhurnalistov.html
Были также статьи в «КП» и других изданиях. Но ФХМР все еще была не готова принять «любую конструктивную критику».
В интервью «КП» секретарь ФХМР Анатолий Степанов упорно уверял, что все сделано правильно. В интервью «Бизнес ФМ» Максим Кастырин открыто солгал, что это решение было принято по причине нецензурной брани. Но никакой нецензурной брани со стороны журналистов не было, да ее бы и не пропустили в СМИ.
И только когда я написала письмо в «Российскую газету», где заместителем редактора работает Николай Михайлович Долгополов, на тот момент – глава Федерации спортивных журналистов России, – вот только тогда что-то поменялось.
Если кто-то не знал, то «Российская газета» — это официальный печатный орган Правительства Российской Федерации. Нормально так, да?
16 июня там вышел возмущенный материал с требованием ответа.
https://rg.ru/2019/06/16/federaciia-hokkeia-s-miachom-rossii-ogranichila-prava-zhurnalistov.html
И тут ФХМР поняла, что неправа, и выпустила вот такой ответ: на данный момент единственный пример официальных извинений от ФХМР.
http://www.rusbandy.ru/news/13106/
Вот только не надо, Сергей Анатольевич, себе приписывать заслугу – что Вы и другие члены Исполкома тут быстро сориентировались. Во-первых, это не быстро: Исполком был 14 мая, а извинения принесли только 17 июня.
Во-вторых, если бы я не написала тогда Николаю Михайловичу, Вам бы и в голову не пришло что-то менять.
А потом, когда шум утих, вы по-тихой все вернули. Читаем вот здесь http://www.rusbandy.ru/files/4001.pdf , пункт 13:
«Обеспечить при проведении любого «домашнего» матча нераспространение комментатором или приглашенным экспертом в СМИ и глобальной компьютерной сети «Интернет» призывов оскорбительного характера, провокаций, любой недостоверной информации, дискредитирующей ФХМР и ее сотрудников, судей, инспектора, комиссара матча Чемпионата, хоккеистов и тренеров, перед началом матча, в ходе его проведения, в перерывах, после проведения матча и по окончанию трансляции. При нарушении или ненадлежащем исполнении Клубом требований данного регламента на Клуб налагается штраф в размере 200 000 (двести тысяч) рублей. При повторных нарушениях данного пункта Регламента на Клуб налагается денежный штраф 500 000 (пятьсот тысяч) рублей».
Вот тут практически повторяется та же история про запрет критики под угрозой штрафов. Только заменили журналистов на комментаторов и экспертов. И еще появился важный пункт: комментатор не может высказать свое мнение, если с чем-то не согласен, перед началом матча и по окончании трансляции. То есть НИКОГДА.
А дискредитацией у нас, мы помним, является любое замечание, за него можно попасть на штраф! И это принимал Исполком, где Мяус тоже состоит. Ну, и чего стоят ваши извинения?
Шум утих – они все опять вернули по-тихой.
«— Насколько актуален вопрос по лимиту на легионеров сейчас, когда их практически нет в чемпионате?
— Считаю, что даже два иностранных игрока в текущей обстановке — это нормально».
А что же Вы так не считали весной 2019 года, когда в «Енисее» должно было играть два шведа, а Вы решением Исполкома это запретили? Я еще тогда задавала вопрос: почему Вас не волновал лимит, когда играли по 4-5-6 иностранцев в богатых клубах. А когда их осталось 2-3 на всю страну – Вы заволновались? Ведь это именно Вы предложили ввести лимит до одного игрока, в протоколах Исполкома все есть. Вы не ответили – так, может, сейчас поговорим об этом? Когда медийность Вас по-настоящему волнует?
«Отчетно-выборная конференция, как вы знаете, проходила в сентябре 2024 года. Но спустя год невозможно не признать, что хоккей с мячом нуждается в обновлении и перезагрузке».
То есть, тогда это было еще не очевидно, да? Что нуждается в обновлении. В сентябре 2024 года, когда можно было что-то менять, Вы голосовали за действующего Президента и Исполком!
А сейчас Вам вдруг стало ясно, что перемены нужны! А что поменялось-то?
«Возможно, для кого-то станет откровением, что я выступаю с открытой критикой, находясь внутри системы, но у меня есть свое видение, которое зачастую расходится с нынешним руководителем федерации».
Да! Для меня и многих это стало откровением. Потому что никакой открытой критики мы не видели, в голосованиях, даже совершенно абсурдных, Вы ВСЕГДА придерживались позиции власти. Вы ВСЕГДА голосовали «за» и ни разу не выступили со своим видением.
Ну, если не считать предложение отменить двух легионеров весной 2019 года. Но это было не Ваше видение: так хотел руководитель ФХМР, я с ним лично это обсуждала. Это была его мысль, а Вы ее просто озвучили. Чтобы понравиться руководству, очевидно.
«— То есть вы не готовы согласиться с тем, что вас считают сторонником нынешней системы управления хоккея с мячом и последователем нынешнего президента федерации?
— Ни в коей мере.
Опять же вопрос: а где Вы были не согласны-то? Дома, перед зеркалом?
А вот болевая точка – Исполком, набирать людей в который может только Президент ФХМР. Что же думает по этому поводу потенциальный, как можно понять, кандидат в Президенты? Ждут ли нас перемены?
«— На мой взгляд, 28 человек — это слишком раздутый состав, оптимально — не более 14–16. Плюс в него должны входить рабочие люди, а не номинальные; люди, которые имеют спортивный и управленческий опыт. На октябрьском заседании в "Крылатском" практически ни один из членов исполкома не внес никаких предложений, кроме Андрея Сельского — все его знают как человека деятельного и активного. Остальные молчат — я об этом говорю прямо.
В исполком должны входить представители исполнительной власти: министры спорта, замы губернаторов, бизнесмены, которые могут помочь какими-то ресурсами, бывшие игроки и тренеры, которые понимают структуру. Тогда этот орган будет рабочим. И собираться минимум два раза — перед сезоном, чтобы в лицо предложить новшества, и по итогам сезона для анализа сделанного. Исполком должен предлагать, критиковать, расставлять акценты, а не молчаливо голосовать практически единогласно по всем вопросам. Мы должны вести постоянный диалог с клубами, быть открытыми и объединять, а не разъединять — в этом я убежден. Помимо этого, в ФХМР должен появиться попечительский или наблюдательный совет».
Вот тут очень интересно. Прежде всего, Сергей Анатольевич говорит о количестве членов Исполкома, хотя надо прежде всего говорить о качестве.
Второе: он опять предлагает каких-то гипотетических управленцев. Но у нас каждый второй имеет управленческий опыт. Но при этом ничего не могут решить в кризисной ситуации.
Потому что тут нужен другой опыт: реализованных проектов, выигранных противостояний с системой в условиях невозможности. Иными словами, Исполком – это должна быть сборная России среди руководителей. Лучшие среди лучших.
Жаль, что он этого не понимает.
А вот еще хороший момент: Мяус говорит, что Андрей Сельский – человек деятельный и активный. Когда Вы работали у него главным тренером, то все косяки – это был как бы Андрей Сельский, а все достижения и медали – это как бы Вы.
Потом пути разошлись, и Андрей Сельский стал плохой. Я хорошо общалась с ушедшим из жизни журналистом Сергеем Ивановым, и помню, как Сергей Мяус его руками критиковал Сельского. А Сергей потом остался крайним...
Еще помню материал против Сельского, который делал фотограф Владимир Надь после гибели Сергея Иванова. Вы уверяли, что это было ваше с ним совместное творчество. Но материал оказался недостаточно аргументированным, и, насколько помню, был суд, который это признал. И виноватым тогда оказался один Владимир Надь, а Вы в сторонке. Творчество уже не было совместным.
А вот сейчас Андрей Сельский – вновь положительный герой. Ну да, ну да. За столько лет можно же поменять свое видение.
Ну, и по поводу участия клубов – места в Исполкоме им по-прежнему не предлагается.
А как Вы предлагаете с ними взаимодействовать? И почему раньше не взаимодействовали, например, весной 2016 года, когда вводили спаренные игры в России?
Помните, что Вы сказали тогда? Дословно не помню, но смысл таков, что не надо никого спрашивать, чтобы не давать повод для обсуждения! А лучше просто озвучить, и пусть исполняют, а если начать обсуждать – то ничего хорошего.
Далее слова по поводу Алины Бородаевой как претендента на пост президента ФХМР:
«Я глубоко убежден, что в ФХМР должны работать молодые и энергичные люди, а возглавлять ее должен человек, который плоть от плоти из хоккея с мячом и чей взгляд позволит развиваться нашей игре и поспособствует необходимому объединению».
А можно вопрос: почему же те, кто плоть от плоти хоккея с мячом, столько лет не пытались развивать игру и способствовать объединению? Только потому что Борис Иванович был моложе и активнее, и никому особо не позволял самодеятельности? А сейчас осмелели?
Алина Юрьевна – человек со стороны и потому не отравленный страхом и выученной беспомощностью. Она ресурсная, сама развивает свои проекты, а что создали и развили Вы, работая столько лет в ФХМР?
Ну, и, если считать этот материал изложением некой предвыборной программы, то очень жаль, что в ней отсутствуют вопросы:
1. Введения самостоятельного управления со стороны клубов.
2. Создания Лиги.
3. Создания отдельной судейской структуры, за создание которой выступили судьи в 2018 году и поплатились.
4. Работы с болельщиками.
5. Создания механизмов обсуждения проблем, чтобы за это не карали и не дисквалифицировали.
И многое другое!
Ну, и раз уж Вы за медийность и откровенность, то позвольте задать еще несколько вопросов: например, почему Вы числились главным тренером сборной России на сайте Минспорта, когда по факту работал Юрьев? Почему голосовали то за, то против по дисквалификации Ломанова? Зачем принимали, а потом отменяли спаренные игры? Понятно, что это все дела давно минувших дней, но Вы-то никуда не делись. И ответы на вопросы по-прежнему интересны.
Давайте побеседуем!