Улов
Справка:Хубсугу́л — крупное пресноводное озеро на севере Монголии, рядом с границей России. В озеро впадает 96 рек и ручьев. Замерзает с декабря по май. Судоходно, составляет часть транспортного пути из России (Иркутская область) в Монголию.Река Эгийн-Гол, вытекающая из озера проделывает путь 1000 км и, спустившись на 1200 м, впадает в озеро Байкал через Селенгу. Прямое расстояние между озёрами всего 200 км.Район озера является национальным парком, который строго охраняется. В парке обитает много диких животных: сибирский горный козёл, архар, лось, волк, росомаха, кабарга, бурый медведь, соболь, в озере обитают девять видов рыб.Для монголов рыба является символом вечности. Поэтому они не употребляют ее в пищу. Благодаря этому Хубсугул тысячелетиями просуществовал без вмешательства человека как закрытая экосистема. В Хубсугуле водятся таймень, ленок, хариус, налим и другие. Рыбаки говорят: «На Хубсугуле рыбу можно ловить на пустой крючок и голыми руками!»
Попасть в Монголию это вам не в Китай сгонять. Виза оформляется в течение двух недель. Стоит порядка двух с половиной тысяч на человека. Нужна цветная фотография, да информация про то, где работаете, с кем живете, и родителей ваших как зовут?
Формальности позади. В машине нас четверо. Получили инструкцию — водку, пиво и продукты с собой не брать, там все есть в неограниченном количестве и хорошего качества. Не поверили. Взяли на всякий случай всего и побольше.
Выехали ночью. От Иркутска до Култука, потом через Тункинскую долину до Монд. Здесь переход через границу. Приехали на рассвете, за два часа до открытия поста. Впереди одна машина с монгольскими номерами. В течение ближайшего часа за нами пристроились еще три — с российскими. Конкуренты, мы сразу поняли. Мужики приехали, видно, опытные рыбаки: поперек дороги раскладной стол, стулья, водка…, ну и все как положено. Мы пока держимся. Бережем здоровье для рыбалки.
Наконец ворота открыли. Пропускная способность таможенного поста в Мондах очень низкая. Вряд ли там возможно прохождение более пяти, шести машин в сутки. Досмотр тотальный, с простукиванием днища машины и запихиванием зеркальца на палочке во все места, куда его можно и нельзя запихать. Что уж они там найти мечтают, боюсь даже предполагать. Наверняка, по их оперативной информации, именно здесь пролег новый наркотрафик.
Через три часа стояния, становиться ужасно стыдно за наших непутевых служак. Особенно глядя, как они еще больше, чем над нами, издеваются над монгольскими женщинами, пытающимися пешком пересечь границу с какими-то пакетами, в которых судя по всему продукты. Вся мерзость пересечения нашей границы особенно ощущается в сравнении с прохождением поста на Монгольской стороне. Строго, но конструктивно и быстро. Заполняем какие-то бумажки и через 20 минут мы на родине Чингиз-Хана.
Опыт перехода всяческих границ сформировал у меня стойкое мнение, что уровень цивилизованности того или иного государства можно безошибочно определить еще на границе. Это особенно показательно при движении на автомобиле в сторону Европы и, соответственно, обратно. Если на немецкой границе вам не позволят даже из машины выйти, а проверив документы, широко улыбнутся и пожелают счастливого пути, и в Польше все то же самое, но попросят открыть багажник – то в России вы подвергнитесь форменному издевательству с пересчетом трусов в чемодане. Причем не важно, въезжаете вы в страну или выезжаете. Видимо, это «годами выработанная привычка» еще со времен еврейской эмиграции. Я в недоумении потому, что никогда не считал Монголию более цивилизованной, чем наша многострадальная страна.
Дорога гравийная, укатана достаточно хорошо. Снега практически…, да совсем нету. Редко встречаются дома-развалюхи со спутниковыми тарелками. До поселка Ханх, расположенного на берегу Хубсугула, недалеко. Не доезжая до поселка километра два, в соответствии с указателем, сворачиваем налево, в сторону базы. Видим много каких-то лохматых невысоких животных «типа корова», потом узнали — сарлыки. Шайтан, так близко к России, и такая модификация крупнорогатого скота. Кругом так много коровьих какашек и лепешек, что, выйдя из машины, шагу не сделаешь, чтобы что-то не пнуть. Хорошо, что все в замороженном виде. Интересно, а как были большие сомнения, ехать или нет, когда нам сказали, что жить будем в юртах. Воображение сразу нарисовало закопченное, темное, грязное и холодное помещение, где спать, наверняка придется на земле, заворачиваясь в верблюжьи шкуры. Представьте, после таких мыслей, какой восторг у нас вызвали беленькие и чистенькие Юрты, которые делают монголы, и в которых нам довелось пожить на турбазе. Нам выделили две двухместные, с кроватями и прочей необходимой мебелью. Вода в умывальнике была теплой, простыни — белоснежными. Немного заволновались, глядя на печку странной конструкции. Нам, что ее всю ночь, по очереди, топить придется? Спросили сотрудницу базы?
Она сказала: ночью будет холодно. Юрты на протяжении всего проживания сотрудники топили сами.После первого застолья выяснилось, что продукты и напитки мы все-таки брали зря. Кормили и поили нас много и вкусно. Официанты – приятные монгольские девушки в национальных костюмах.Команд на соревнования прибыло много. После обеда нас построили, посчитали, рассказали об условиях и правилах проведения соревнований. Участие в соревнованиях двух монгольских команд, (администрации и пограничников) придало соревнованиям статус международных. Сотрудники телеканала «прибывшие освещать соревнования, выставили свою команду.Поехали на Обо. Это такое святое место у монголов (и видимо не только), где они просят местных богов все, что им нужно. Мы тоже, на всякий случай, попросили. Провели все необходимые обряды в соответствии с инструкцией и под строгим контролем местных.Вернулись на базу. Сгорая от нетерпения попробовать поймать рыбу, мы уговорили сотрудника базы проводить нас на место проведения соревнований.Первый в жизни улов,для меня до этого дня, поймать на подледную удочку хариуса было каким-то таинством, где без колдовства вряд ли обходится.