- Мам, пап, я женюсь.
Игорь стоял в дверях с букетом, красный, взволнованный. Двадцать семь. Борода толком не растёт, а уже жениться собрался.
- Ну и ладно, - буркнул муж, не отрываясь от телевизора. - Когда знакомить будешь?
- В субботу приедем.
Дверь хлопнула. Я осталась стоять с половником в руке.
- Рановато, - сказала мужу.
- Зато с шеи слезет, - он переключил канал. - Работает же, на стройке инженером. Сам кредит на эту свою китайскую электрическую выплатил.
Мы с мужем как раз копили. На обмен. Хрущёвка наша - кухня шесть метров, в туалете коленями в дверь упираешься - за тридцать лет так осточертела, что по ночам снилась. Присматривали двушку в новостройке. С нормальной планировкой, с балконом, с ванной, где развернуться можно. Плюс ещё копили на Таиланд. Жена всю жизнь мечтала - азиатская кухня, пляжи, спа. Дальше Сочи не уезжали никогда, всё на сына шло.
Маша приехала в субботу. В джинсах, в простой кофте, волосы в хвост. Не красавица, но приятная. Учительница. Села за стол, помогла салат накладывать, с мужем шутила. Нормальная девчонка.
- Мы года два копить будем, - говорила она за чаем. - На первый взнос для ипотеки. Игорёк уже таблицу завёл, считает. Правда, солнце?
Игорь кивал, сиял.
- А детей когда? - спросила жена.
- После квартиры, - отрезала Маша. - Я что, дура, в съёмной рожать? Сначала своё жильё, потом уже.
Муж одобрительно кивнул. Я тоже. Молодцы, с головой живут.
Свадьба прошла в кафе, человек на тридцать. Скромно. Мы подарили холодильник, они остальное сами. Съехали в однушку на окраине, двадцать пять тысяч в месяц.
Жили тихо. Не жаловались. Раз в два месяца приезжали - поужинать, посидеть. Маша графическим дизайном подрабатывала, фрилансом. Игорь рассказывал - неплохо у неё выходит, по сорок-пятьдесят тысяч в месяц заносит. Копят.
Мы тоже. Нашли двушку. В новом доме, с ремонтом, десятый этаж, вид на реку. Доплатить надо - семьсот тысяч. Но у нас почти было. Ещё чуть-чуть, и всё. И на Таиланд откладывали - путёвку присмотрели, на декабрь, на три недели.
Через восемь месяцев после свадьбы Игорь позвонил вечером:
- Мам, Маша беременна.
Я чуть чашку не выронила.
- Как? Вы же... она же говорила...
- Ну... вышло так, - голос неуверенный. - Но ничего, справимся.
Положила трубку. Села. Муж смотрел с дивана:
- Что?
- Машка залетела.
- Идиоты, - он отвернулся к телевизору. - Говорили же - сначала квартиру.
- Может, специально, - сказала жена. - Чтобы мы помогли.
- Не дождутся.
Родился мальчик. Артём. Мы в роддом съездили, цветы, конверт с деньгами - двадцать тысяч. Маша лежала бледная, синяки под глазами. Игорь носился, памперсы таскал.
Помощи не просили. Вернее, просили, но редко. Раз в месяц - посидеть часа два-три, пока они в поликлинику или ещё куда. Жена ворчала:
- Мне бы отдохнуть после работы, а тут внук на руках.
- Раз в месяц, Лен.
- Сегодня раз, завтра два, послезавтра вообще перетащат к себе нянчиться.
Но не перетащили. Жили сами. Маша в декрете дизайном занималась, заказы брала. Игорь пахал. Мы продолжали копить.
Уже договор предварительный подписали. Через две недели обмен. Цепочка из трёх квартир, нотариус, риелторы. И путёвки купили - Таиланд, Пхукет, отель четыре звезды, всё включено.
И тут они приехали. Без звонка. Вечером. Игорь с каменным лицом, Маша красная.
- Нам поговорить надо, - сказал сын.
Я сразу испугалась. Развод? Болезнь?
Сели на кухне. Маша смотрела в стол, Игорь мял руками салфетку.
- Короче, Машка опять беременна, - выдал он.
Тишина.
- Как опять? - жена первая нашлась. - Артёму год!
- Ну вот так, - Игорь покраснел. - Случилось. И нам квартира нужна. Срочно. В однушке с двумя не протянем.
- Берём ипотеку, - встрянула Маша, подняв голову. - У нас на взнос есть. Плюс маткапитал дадут. Но не хватает. Вы поможете.
Я посмотрела на мужа. Он сидел, не моргая.
- Сколько не хватает? - спросила жена.
- Пятьсот тысяч, - сказал Игорь. - Ну или хотя бы триста. Мы остальное как-нибудь.
- У нас нет, - сказал муж. - Мы на обмен копим. И на отпуск. Вы в курсе.
- В курсе! - Маша вскочила. - Вы в шикарную новостройку переезжаете! С джакузи, с балконом! А мы с двумя детьми в студии будем сидеть!
- Маша, погоди...
- Не погожу! Другие родители квартиры продают, чтобы детям помочь! А вы что? В Таиланд? Вам за шестьдесят, вы вообще не знаете, сколько проживёте!
Жена побледнела. Встала.
- Выйди отсюда, - сказала она тихо.
- Что?
- Выйди. Из моего дома. Сейчас.
- Да вы чё! - заорала Маша. - Вы эту квартиру от завода получили! Бесплатно! А Игорь от приватизации отказался, думал, вы поможете!
- Я тридцать лет её выплачивала! - жена тоже повысила голос. - Тридцать! По триста рублей в месяц, когда это были деньги! Не бесплатно!
- Мам, пап, ну дайте хоть триста, - Игорь попытался встрять. - Мы вернём.
- Когда? - спросил муж. - Через десять лет?
- Ну... постепенно...
- Нет, - отрезал муж. - Не дадим. Мы вас вырастили, выучили, машину купили. Всё. Теперь сами.
- Сами! - Маша схватила сумку. - Ага! Пока внуки на улице! А вы в джакузи будете млеть!
Она выскочила из кухни. Хлопнула входная дверь. Игорь сидел, опустив голову.
- Прости, мам, - пробормотал он. - Я не думал, что она так...
- Иди, сынок, - сказала жена. - Жена ждёт.
Он ушёл. Мы остались вдвоём. Жена села, закрыла лицо руками.
- Может, правда дать? - спросила она сквозь пальцы. - Внуки же...
- Лен, мы всю жизнь на него положили. Он взрослый. Пусть сам.
Ночь не спала. Ворочалась, считала потолок. Думала - может, мы правда сволочи? Может, надо было отдать?
Утром зашла в соцсети. Проверить погоду. И увидела пост Маши.
Фото их однушки. Тесной, с детской кроваткой, с вещами везде. И текст:
"Свекры предпочли Таиланд внукам. Жадные пенсионеры копят на джакузи, пока мы с двумя детьми в студии 28 метров. Но ничего, мы справимся. Без их помощи. Запомним".
Комментарии уже были:
"Ужас, как так можно" "Бессердечные люди" "Внуки же маленькие!"
Я показала мужу. Он прочитал, швырнул телефон на диван.
- Ух, какая, - сказал он. - Ушлая.
Начали звонить. Подруги Игоря. Знакомые общие. Тётка дальняя.
- Это правда вы отказали?
- Как можно детей бросить?
- У вас совесть есть?
Объясняла. Что у нас своя жизнь. Что мы тридцать лет на сына убили. Что заслужили для себя пожить.
Не слушали. Уже Маша всех обработала.
Через неделю позвонил Игорь. Голос странный, усталый.
- Мам, Машка на меня в суд подала.
- Что?!
- На алименты. В браке. Говорит, что не отдаю ей зарплату, семью не обеспечиваю.
- Игорь...
- Адвокат говорит, откажут. Но она подала. Для давления, наверное. Чтобы вы испугались и дали денег.
- Мы не дадим.
- Знаю. Я и не прошу больше.
Положил трубку.
Суд отказал Маше. Алименты в браке не дают просто так, нет ущемлений. Но скандал был. Игорь приезжал к нам, один. Осунувшийся, постаревший. Говорил, что дома каждый день скандалы. Маша требует. Он не может. Она орёт, что он тряпка, что родители его жадные.
- Может, развестись? - спросила жена осторожно.
- Двое детей, мам. Куда я пойду? Алименты платить - останусь ни с чем.
Мы обменяли квартиру в октябре. Переехали. Новостройка, десятый этаж, вид на реку. Две комнаты, большая кухня, ванная с джакузи. Муж мечтал про это джакузи десять лет.
Первый вечер сидели на балконе. Чай пили. Смотрели на город.
- Красиво, - сказала жена.
- Угу.
- А почему не радостно?
Муж пожал плечами.
Игорь не звонил. В соцсетях Маша выкладывала фото детей. Артём ходит. Животик у неё растёт. Подписи: "Наша маленькая семья. Справляемся сами. Без помощи".
В декабре полетели в Таиланд. Пхукет, океан, пальмы. Жена мечтала об этом с молодости. Когда читала журнал "Вокруг света" в библиотеке.
Сидели на пляже. Жена смотрела в телефон.
- Артёму полтора, - сказала она. - Я его четыре месяца не видела.
- Маша не даёт.
- Может, позвонить? Попросить?
- Попробуй.
Позвонила. Маша трубку не взяла. Написала в мессенджер: "Не беспокойте нас. Вы сделали выбор".
Жена убрала телефон. Сидела, смотрела на волны.
- Хороший отпуск, - сказала она.
- Да, - ответил я.
Мы оба врали.
Вернулись в январе. Дома лежало письмо. Бумажное, в конверте. Почерк Игоря.
"Мама, папа. Маша от меня ушла. Забрала Артёма, родила второго - девочку - и съехала к своей матери. Говорит, разводится. Хочет алименты, половину всего. Я остался в съёмной. Плачу за квартиру, кредит за машину, теперь ещё алименты будут. Извините, что так вышло. Вы были правы про неё."
Жена дочитала и заплакала. Я сидел, смотрел в окно. На реку. На вид, который мы так хотели.
Игорь переехал к нам в феврале. В новую квартиру. Устроился на другую стройку - платили больше. Платил алименты - двадцать восемь тысяч на двоих детей. Жил в маленькой комнате. Курил на балконе по вечерам. Седина появилась, хотя ему двадцать восемь.
- Прости, - сказал он как-то вечером.
- За что?
- Что так вышло. Что она такая.
- Не ты виноват, сынок.
- Нет, я. Надо было слушать вас. Вы всю жизнь для меня. А я ещё требовал.
Жена гладила его по голове, как маленького.
Маша детей не давала видеть. Игорь платил алименты, а её адвокат требовал встречи только на её территории, только в её присутствии. Игорь съездил раз - она всё время комментировала, стояла над душой, Артём боялся отца, не помнил. Больше не поехал.
Мы сидим в новой квартире. С джакузи. С видом на реку. Возвращаемся из Таиланда. Игорь живёт с нами, платит треть коммуналки, готовит иногда ужин.
Внуков не видим. Маша постит их фото с подписями: "Растём без токсичных родственников".
Правильно ли мы сделали? Жена каждый вечер спрашивает. Я не знаю, что ответить.