Вступление
Кошка — хищник, охотница, существо, созданное для свободы. И всё же сегодня миллионы кошек по всему миру едят гранулы из пакета — одинаковые, хрустящие, стабильные. Почему и как это произошло? Ответ уходит корнями в эпоху индустриальных революций, когда человек изобрёл не просто корм, а целую идею: заботиться научно. Сухой корм — это не только технология, но и зеркало эпохи, где маркетинг, логистика и любовь к питомцам переплелись в нечто совершенно новое.
Предыстория: первые корма для собак
Началось всё в 1860-х в Лондоне, где предприимчивый англичанин Джеймс Спратт наблюдал, как корабельные собаки грызут сухие галеты моряков. Он решил превратить этот простой рацион в бизнес и создал первые собачьи кексы «dog cakes» — прессованные куски из муки, жира и мясных остатков. Они быстро покорили собак, а Спратт стал первым в мире производителем сухого корма.
Он основал компанию Spratt’s Patent Meat Fibrine Dog Cakes — первый в мире бренд промышленного корма для животных. Его «собачьи кексы» состояли из пшеничной муки, говяжьего жира, овощей и остатков мяса, спрессованных в твёрдые плитки. Корм не требовал холодильников, легко транспортировался и быстро стал популярен среди моряков и охотников.
Поначалу продукт покупали капитаны и путешественники, но вскоре им заинтересовались и городские англичане среднего класса. Для викторианцев собака была символом статуса и добродетели, а новый корм казался признаком прогресса и заботы. Спратт подхватил момент — и создал рекламу, которая продавала не только еду, но и идею:
«Собаки наших джентльменов заслуживают лучшего!»
Реклама обещала здоровье, блестящую шерсть и долголетие, ссылаясь на «научные принципы кормления». Так родился первый пример зоомаркетинга, объединивший науку, престиж и эмоции.
К 1870-м годам компания Spratt’s Patent экспортировала свои корма в Европу и США, а к концу XIX века имела заводы в Нью-Джерси и Гамбурге. Покупатели приняли не просто продукт, а новую философию: животное заслуживает специальное питание. Именно с этого момента корм стал не случайной едой, а символом заботы — шагом, который спустя столетие приведёт к созданию индустрии кошачьих кормов.
В те годы кошки в основном жили как полудикие компаньоны на фермах и в амбарах: их ценили за охоту на мышей, но не рассматривали как домашних питомцев. Они питались тем, что находили — пойманными грызунами, молоком, которое проливали при доении, обрезками рыбы или остатками еды с хозяйского стола. Поэтому вопрос кошачьего корма не стоял вовсе.
Всё изменилось в XX веке.
Как кошка стала домашней в Европе и Америке
Эта викторианская идея выросла из более широкого культурного движения XIX века — гуманистической морали и педагогики. Она связана с религиозным и социальным убеждением, что доброта к животным развивает нравственность человека. Вдохновлена философией Руссо, идеями Просвещения и ранними обществами защиты животных (SPCA, 1820-е).
В середине XIX века в Англии сформировалась особая моральная идея, изменившая всё отношение к животным: питомцы облагораживают нравы. Викторианцы верили, что забота о кошке или собаке воспитывает сострадание, доброту и ответственность. Женщина, ухаживающая за питомцем, считалась примером нравственной зрелости, а ребёнок, проявляющий мягкость к животным, — будущим гуманистом. На этой волне появились первые общества защиты животных, включая Королевское общество предотвращения жестокого обращения с животными (RSPCA, 1824), и даже школьные кружки «доброты к зверям». Эти идеи задали тон всему последующему движению: именно моральная философия, а не утилитаризм, сделала кошку частью домашнего мира.
Тогда эти идеи были прорывными, да и сейчас они кажутся хорошими, вот только никто не спросил кошку, мирно жившую во дворе, нужно ли это ей самой? Подход был совершенно человекоцентричен и никак не следовал интересам самой кошки. В дальнейшем домашняя кошка стала маниакально любопытной из-за скуки и отсутствия охоты, а также спать на 25% дольше из-за той же скуки. И только сейчас, благодаря концепциям обогащённой среды и осознанного владения кошкой, мы возвращаем ей частично то счастье жизни, которым она владела, когда спокойно жила во дворе и делала то, что хотела: спала, охотилась, играла.
К 1870-м годам кошки начали меняться не только в поведении, но и в статусе. Если в 1860-х они были полудикими обитателями ферм, то уже через десятилетие стали героинями выставок. Первая выставка кошек в Кристал-Паласе в Лондоне в 1871 году положила начало фелинологии как науке и хобби. Королева Виктория, обожавшая голубых персов, сделала кошек символом элиты, ускорив их путь от амбаров к гостиным. Домашняя кошка в викторианскую эпоху сформировалась двумя путями: восточные длинношёрстные красавицы вроде ангорских и персидских кошек, завезённые из Турции и Ирана, стали первыми декоративными питомцами знати, а параллельно простые европейцы начали приручать полудиких амбарных кошек. Эти две линии — восточные «дивы» и местные короткошёрстные охотницы — соединились, создав современный образ домашней кошки. Именно там на публику впервые вышли длинношёрстные персы и ангорки — восточные красавицы, которых в Европу завезли из Персии и Турции. Эти кошки были домашними на Востоке веками, но в Европе стали символом роскоши и уюта. С ними в моду вошло само понятие «домашнего питомца» как предмета эстетики и статуса.
Параллельно формировались первые породы из местных европейских кошек. Так родилась британская короткошёрстная — потомок амбарных кошек Англии, округлая, спокойная и надёжная, как викторианский дом. Из России пришла русская голубая, а из северных регионов — природная сибирская. Позднее, к концу XIX века, в Англию завезли и сиамских кошек из Таиланда: экзотичных, стройных, с яркими голубыми глазами. Они стали символом восточной изысканности и началом новой линии — ориентальных пород.
Эта волна породного увлечения отражала дух имперского века: каждая страна стремилась привезти «свою» кошку из колоний или далёких земель. Кошка стала не только домашним животным, но и культурным артефактом, частью эстетики и самоидентичности. С этого момента она перестала быть просто охотником — и навсегда вошла в дом как существо, заслуживающее восхищения.
В США процесс шел похожим путём, но немного позже. В XVIII–XIX веках кошек завозили на кораблях из Европы как ловцов грызунов, и они расселились по фермам и складам. Американские фермеры держали их в амбарах, на ранчо, подкармливали остатками, но в дом не пускали. Кошка была полезным, но не домашним животным. Лишь в конце XIX века ситуация изменилась: в американской культуре кошка стала символом уюта и моральной мягкости. В 1895 году в Нью-Йорке прошла первая американская выставка кошек — событие, которое сделало кошку героиней газет и началом новой эпохи. Персидские и сиамские кошки произвели сенсацию, а короткошёрстные американки стали основой первых линий породы. В XX веке именно США превратят кошку в потребителя — создадут корма, бренды и саму индустрию, которая навсегда изменит кошачью историю.
Кошка в России XIX века: от двора к подоконнику
В России середины XIX века кошка оставалась прежде всего утилитарным животным — охотником на мышей и крыс в амбарах, подворьях и кухнях. Специально её не кормили: она выживала за счёт добычи, пролитого молока и хозяйских объедков. В зажиточных домах кошку редко пускали в жилые комнаты — она считалась «полезной, но нечистой». Даже в городах, по данным этнографов Петербургской академии наук, кошки в 1840–1860-х годах чаще всего обитали на чердаках и в подвалах, а не в квартирах.
Православная культура воспринимала кошку двояко. С одной стороны — как «Божье создание» и хранительницу дома от нечисти (в фольклоре она «видела домового» и охраняла младенцев). С другой — как существо лукавое, особенно чёрное: в народных поверьях оно ассоциировалось с ведьмами и нечистой силой. В литературе XIX века кошки почти не играли самостоятельных ролей — лишь эпизодически мелькали на фоне быта (например, у Гоголя в «Мёртвых душах» или у Чехова в рассказах). Исключением оставался фольклор: в русских сказках кошка — проводник между мирами, хранительница очага и символ домашнего уюта.
Города начали менять этот статус во второй половине XIX века, после реформ Александра II (1861). С ростом среднего класса, появлением мягкой мебели и европейских журналов кошка постепенно перекочёвывала с дворов на подоконники. Первые «домашние» кошки заводились у интеллигенции и дворян — врачей, писателей, художников. Для них завести кошку значило не просто «приютить животное», а следовать европейской моде: викторианским идеям о «моральном доме», где забота о питомце воспитывает доброту и эстетический вкус.
«Кошка на подоконнике — это уже не просто животное, а знак культурной принадлежности. Русский дом становился немного лондонским, немного парижским — и гораздо человечнее», — писал в 1880-х годах петербургский публицист П. В. Засодимский.
К 1890-м годам в Москве и Петербурге появились первые породные кошки — русская голубая (экспортировалась в Англию с 1870-х), сибирская (природная, из северных регионов). Выставки кошек пришли в Россию только в XX веке (первая — в 1988 году в Москве), но уже в 1890-х в журналах «Нива» и «Родина» публиковались статьи о «европейских породах» и «гигиеническом содержании кошек в квартире».
Таким образом, русская кошка XIX века эволюционировала от полудикого охотника к интеллигентскому спутнику — не по собственной воле, а под влиянием европеизации быта. Этот переход стал предтечей индустрии кормов XX века: когда кошка вошла в дом, за ней последовала и научная забота — сначала в виде импортных консервов, а затем и сухих гранул.
Создание первого кошачьего корма
С ростом городов и комфортного жилья кошка перекочевала в квартиры. Теперь она сидела не в сарае, а на подоконнике — и требовала заботы. В 1950-е годы американская компания Carnation выпустила первые кошачьи консервы под брендом Friskies — мясные смеси в банках. Это был настоящий прорыв: впервые кошке предлагали еду «из банки», а не со стола. Но революция произошла позже, когда в середине 1950-х на рынок вышел Friskies Cat Dinner — первый сухой корм специально для кошек. Его удобно было хранить, дозировать и рекламировать. Несколько лет спустя Purina создала Cat Chow, используя новейшую технологию экструзии, которая превратила мясную муку и злаки в лёгкие, хрустящие гранулы. Так родилась эпоха сухого кошачьего питания — и целая культура «домашнего уюта с миской».
На уровне индустрии сухие корма появились не из любви к животным, а из расчёта. После Второй мировой войны в США и Великобритании резко вырос объём мясопереработки: мощные заводы, построенные для нужд армии, остались без прежнего спроса. Производителям пришлось искать новые способы использовать избыточные ресурсы — кости, сухожилия, жиры и органы, которые раньше шли на нужды фронта. Именно тогда начался поиск решений для утилизации побочных продуктов, и одним из них стали промышленные корма для животных. Решением стали удобрения, мыло и… корма для животных. Мясо-костная и рыбная мука, топленый животный жир и прочая «обрезь» получали вторую жизнь. Это была настоящая логика утилизации — экономичная, технологичная и очень прибыльная. Сухой корм стал идеальным товаром: лёгкий, долго хранился, не требовал холодильника и нравился кошкам, особенно если его сбрызнуть жиром. Вскоре к этому добавилась и реклама — яркая, эмоциональная, обещающая. После технологического и научного успеха компаниям предстояло решить новую задачу — убедить потребителя, что этот корм действительно нужен. Для этого использовались реклама, визуальные образы и эмоциональные послания о «заботе» «заботу по науке».
Как реклама создала веру в корм
Когда технология была готова, перед индустрией встал другой вызов — убедить владельцев, что готовый корм не только возможен, но и лучше домашней еды. Для этого понадобились новые инструменты: реклама, эмоции и наука. На плакатах 1950–1960-х кошек изображали счастливыми, сытыми и ухоженными, а их владельцев — заботливыми и современными. Слоганы обещали «заботу по науке» и «любовь в каждой грануле». Журналы для домохозяек публиковали статьи с участием ветеринаров, объясняющих, что «современная кошка нуждается в современном питании».
Так на глазах формировался новый культурный образ: ответственный владелец кормит по науке. Именно реклама убедила миллионы людей, что корм из банки — проявление заботы, а не экономии. И это стало настоящей победой маркетинга над традицией.
Состав первых кормов
Первые промышленные корма для кошек 1930–1950-х годов напоминали современные только внешне. Основу составляли мясо-костная и рыбная мука (около 25–30 %), кукурузная и пшеничная мука (до 40 %), животные жиры (10–15 %), соль, дрожжи и небольшое количество витаминов группы B. Белковая часть была низкого качества, а уровень злаков — слишком высоким. Влажные консервы Carnation содержали мясные остатки, субпродукты и бульон, но без добавленного таурина (который тогда ещё не считался обязательным), что по современным меркам относит их к эконом-классу. Первые сухие корма Friskies и Cat Chow также не могли считаться сбалансированными — скорее, они были экспериментом в поисках технологии, чем полноценным рационом.
Проблемы первых кормов
Даже после того как индустрия освоила массовое производство кормов, путь к совершенству оказался долгим. Сухие гранулы быстро завоевали рынок, но научные и этические вызовы следовали один за другим. Первые десятилетия существования кормов стали чередой открытий, кризисов и революций.
Слепота кошек от отсутствия таурина
Пока инженеры совершенствовали вкус и форму корма, учёные столкнулись с другой, гораздо более опасной проблемой — дефицитом таурина. В 1970-х ветеринары в США и Австралии начали фиксировать массовые случаи слепоты и сердечной недостаточности у кошек, питавшихся промышленными кормами. В 1975 году исследователи Хейс, Кэри и Шмидт опубликовали в журнале Science сенсационную работу: они доказали, что у кошек при недостатке таурина развивается дегенерация сетчатки и дилатационная кардиомиопатия. Проблема была в том, что экструзия и сушка разрушали таурин, а его содержание в субпродуктах сильно варьировало. Десятки тысяч кошек в США, Австралии и Европе пострадали от слепоты и сердечных заболеваний.
К концу 1980-х Ассоциация AAFCO ввела обязательные нормы содержания таурина — не менее 0,1 % в сухих и 0,2 % во влажных кормах. Производители начали добавлять аминокислоту отдельно, а научные лаборатории — изучать её роль в метаболизме кошек. Этот кризис показал, что «научный корм» должен не только быть вкусным и безопасным, но и точно соответствовать биохимии животного.
Нежелание есть сухой корм
Следующей проблемой, которую пришлось решать индустрии, стала поедаемость. Производить стабильный, безопасный продукт с нужными питательными параметрами научились быстро, но оказалось, что далеко не все кошки готовы его есть. Многие животные отказывались от гранул — им не хватало запаха, текстуры и «вкуса мяса». Чтобы привлечь кошку, производители начали искать решения на уровне нейрохимии обоняния и вкуса. Так родился дигест — порошок с высокой концентрацией пептидов и аминокислот, получаемый путём гидролиза мясного сырья. Для его производства мясное сырьё измельчали и подвергали контролируемому воздействию ферментов, которые расщепляли белки на короткие цепочки — пептиды, придающие продукту сильный мясной аромат. Полученную массу сушили и превращали в порошок, используемый как вкусовая добавка. Этот ингредиент используется до сих пор почти во всех кормах — от эконом до суперпремиум-класса; исключение составляют лишь редкие ультрахолистик-бренды, где вкусовые усилители полностью исключены. Он имитировал аромат свежего мяса и вызывал сильный пищевой отклик у кошек.
Но технологически всё было не так просто: во время экструзии — когда смесь под давлением и температурой превращалась в гранулы — эти чувствительные белковые структуры разрушались. Тогда инженеры придумали инновационный метод: постэкструзионное напыление. Готовые гранулы покрывали спреем из жиров, масел и палатантов — веществ, усиливающих привлекательность аромата и вкуса. В этот же слой добавляли витамины и минералы, которые не выдерживали высоких температур. Так появился «вкус, который кошки выбирают сами» — результат биохимических исследований и инженерных экспериментов. Именно эта технология сделала возможным массовое распространение кормов: кошки начали есть их с удовольствием, а владельцы — покупать с уверенностью.
Афлатоксиновый скандал
Третья серьёзная проблема, с которой столкнулась индустрия кормов, разразилась в 1970-х годах и вошла в историю как «афлатоксиновый скандал». Стремясь снизить себестоимость продукции, некоторые производители стали использовать дешёвую пшеницу и кукурузу, заражённые грибами рода Aspergillus, выделяющими токсичные соединения — афлатоксины. Эти вещества устойчивы к нагреванию и способны накапливаться в организме животных. В результате сотни кошек и собак погибли после употребления заражённых кормов. Впервые в истории индустрия столкнулась не просто с экономической, а с моральной катастрофой: корма, созданные «во имя заботы», стали причиной массовой гибели питомцев.
Скандал разразился прежде всего в США, где погибли сотни животных, но эхом отозвался и в Великобритании и странах ЕС, где с 1970-х годов ввели строгие тесты на микотоксины. В США и Великобритании разразился настоящий скандал со всеми западными атрибутами — судами, расследованиями, отзывами продукции и публикациями в прессе. Уже через несколько лет трагедия повторилась, подтвердив системный характер проблемы. В итоге правительства стран ЕС и США ввели строгие государственные регламенты по контролю содержания микотоксинов в кормах для животных. С тех пор тестирование партий зерна стало обязательным. За последние десятилетия новых случаев массового отравления не зафиксировано. Тем не менее, именно те события стали поворотным моментом: они изменили доверие потребителей и подтолкнули рынок к появлению нового направления — беззерновых кормов (grain-free), ставших символом чистоты и безопасности XXI века.
Кошка и корм в СССР
Советские кошки жили по другим законам — простым, как сама жизнь в стране Советов. Их кормили тем, что было под рукой: свежей или варёной рыбой (часто балтийской сельдью или минтаем с Дальнего Востока), кашей из перловки, гречки или овсянки, молоком (если удавалось достать неразбавленное) и изредка — кусочками мяса или субпродуктами. Никто не задумывался о “балансе белков, жиров и углеводов”, витаминных добавках или pH-балансе. Ветеринары рекомендовали “натуральное питание”, а дефицит делал кошку настоящим членом семьи: она ела то же, что и хозяева, только без соли и специй. В деревнях кошки вообще выживали на мышах и молоке от коровы — естественный “сухой корм” от природы.
Эпоха дефицита: 1950–1970-е годы
Сухих кормов в СССР просто не существовало. Зоомагазины (а их было мало, в основном в крупных городах) предлагали разве что:
- Собачьи консервы отечественного производства (например, из конины или говядины от мясокомбинатов).
- Рыбные консервы для животных — редкость, часто “для собак”, но кошки их обожали.
- Импорт из соцлагеря: в 1970-х иногда завозили банки из ГДР (например, марки “Vitakraft” или аналоги) или Венгрии (“Pedigree” для собак, но опять же — универсал). Это считалось роскошью, доступной по блату или в “Берёзках” за чеки Внешпосылторга.
Кошки в городах часто недоедали: в хрущёвках они ловили мух, выпрашивали еду у соседей или делили суп с хозяевами, поскольку их кормили вторично — после людей. Популярный «рецепт» от бабушек: варить рыбу (сельдь или хек) с рисом и добавлять костную муку из аптеки (по чайной ложке в неделю). Ветеринарные книги 1960-х, например «Спутник любителя животных» (И. И. Акимушкин и коллектив, изд. «Молодая гвардия», 1968, стр. 216), советовали:
Взрослую кошку следует кормить два-три раза в сутки, давая в каждом кормлении 100–150 г пищи. Суточная норма корма для кошки весом 3–4 кг составляет около 300–400 г. Молоко дают только кипячёное, чтобы избежать расстройства желудка; сырое молоко часто вызывает понос. Рыбу и мясо перед подачей варят, а кашу готовят на воде или молоке.
Перестройка и первый импорт: 1980-е
К концу 1980-х, с гласностью и кооперативами, в Москву и Ленинград (ныне Санкт-Петербург) хлынул импорт. Первые Friskies (от Nestlé) и Whiskas (от Mars) появились в 1988–1989 годах — символы “капиталистической роскоши”. Цена — 1–2 рубля за пакетик (при зарплате 150–200 руб.), но очередь выстраивалась! Реклама по ТВ: “Whiskas — для вашей киски!” — это был шок. Многие хозяева покупали “на пробу”, а кошки… иногда отказывались, привыкнув к рыбе.
В 1990 году в Москве открылись первые специализированные зоомагазины с импортными кормами. Но дефицит никуда не делся: в провинции кошки всё ещё ели суп или хлеб с молоком.
После распада СССР корма хлынули на рынок, и к 2000-м Россия уже строила собственные заводы и экспортировала продукцию в Европу. От «остатков со стола» до международного бренда — путь длиной в полвека.
Дальнейшее развитие
К 1980-м годам индустрия кормов преодолела свои первые кризисы и вошла в эпоху стандартизации и маркетинга. Производители начали конкурировать не только рецептурами, но и философией питания. Так появилось разделение на эконом, премиум и суперпремиум классы, которое определяло не только качество ингредиентов, но и образ жизни владельца.
Премиум-корма (например, Hill’s Science Diet и Iams) стали продаваться через ветеринарные клиники. Они базировались на научных исследованиях, включали оптимальные балансы белков, жиров и витаминов, и впервые учитывали возраст и активность кошек. Это был переход от универсального «кошачьего корма» к рациону по потребностям.
В 2000-е годы мир охватил тренд беззерновых (grain-free) кормов. После афлатоксинового кризиса производители начали заменять кукурузу и пшеницу на бобовые, картофель и тапиоку. Эти формулы рекламировались как более «чистые» и приближённые к хищной природе кошки. Однако уже к 2018 году FDA начало расследование о связи беззерновых рационов с кардиомиопатией у собак, что вернуло дискуссию о балансе и безопасности даже самых «натуральных» продуктов.
Следующий виток развития — персонализированное питание.
Современные компании предлагают корма, созданные «по ДНК вашей кошки»: с учётом генетических предрасположенностей, породы, возраста, микробиома и даже эмоционального состояния. Алгоритмы анализируют данные из смарт-ошейников и медицинских карт, подбирая идеальный рацион под конкретного питомца.
Сегодня рынок кормов — это не просто индустрия, а биотехнологический и этический проект, где каждая формула — результат работы генетиков, ветеринаров и маркетологов. От фабричных отходов до кормов, созданных под геном кошки, путь занял меньше века — но он полностью изменил понятие заботы о животном.
Вывод
Сухой корм родился не только из прагматизма, но и под давлением научных открытий и растущей заботы владельцев. Но именно в этой смеси науки, логистики и эмоций родилась новая культура — культура заботы. От галет моряков до блестящих гранул в миске прошёл век, и в нём кошка обрела не только еду, но и статус. Сегодня, выбирая корм, мы выбираем не просто рацион, а способ сказать: «Я вижу тебя, я о тебе забочусь».
Классы кормов
Эконом-класс
- Доля мяса: менее 25%.
- Основу составляют злаки (40% и более).
- Примеры (Европа): Whiskas (1980-е, Великобритания).
- Основной фокус: доступность, вкус, привлекательность аромата.
Премиум-класс
- Доля мяса: 25–40%.
- Используются углеводы как источник энергии.
- Примеры (Европа): Hill’s Science Diet (ветеринарные линейки, Великобритания).
- Основной фокус: питание по возрасту и состоянию здоровья.
Суперпремиум-класс
- Доля мяса: более 40%.
- Злаки сведены к минимуму.
- Примеры (Европа): Pro Plan (Nestlé Purina).
- Основной фокус: натуральность, функциональные добавки, профилактика заболеваний.
Хронология эволюции кошачьего корма
1860 год — первые сухие корма для собак.
Джеймс Спратт в Лондоне создает «dog cakes» из галет, муки, жира и мясных остатков. (Pet Food Industry Historical Review).
1871 год — первая выставка кошек.
Кристал-Палас, Лондон. Начало фелинологии. (Архивы Harrison Weir).
1895 год — первая выставка кошек в США.
Нью-Йорк. Кошка становится символом уюта. (The New York Times, 1895).
1950-е годы — первые влажные корма для кошек (США и Европа).
Компания Carnation (США) и Spillers / Mars (Великобритания) запускают кошачьи консервы — мясные смеси в банках, адаптированные с собачьих рецептур. (Carnation Company Archives; Pet Food Industry Review; Mars UK Historical Data).
1956 год — первый сухой корм для кошек.
Friskies Cat Dinner — гранулы из мясной муки и злаков. (Carnation Company Archives).
1962 год — массовое производство по технологии экструзии.
Purina Cat Chow — легкие, хрустящие гранулы. (Ralston Purina Technical Bulletin No. 74).
1968–1970-е годы — первые премиум-корма.
Научно сбалансированные формулы, продажа через ветеринарные клиники. (Hill’s Science Diet, Iams).
1974 год — афлатоксиновый скандал.
Зараженная кукуруза приводит к гибели сотен животных. (FDA Recall Records).
1975 год — открытие тауринового дефицита.
Публикация в Science: дефицит таурина вызывает слепоту и дилатационную кардиомиопатию. (Hayes et al., Science 188(4191):949–951).
1980-е годы — развитие европейского рынка.
Бренд Go-Cat (Nestlé, Великобритания) популяризирует сухие корма для кошек в Европе. (Nestlé Historical Archives).
1986 год — появление суперпремиум-кормов.
Натуральные ингредиенты, мясо как основной компонент, отсутствие красителей. (Purina ONE, Pro Plan).
1987 год — нормы таурина от AAFCO.
Минимум 0,1% в сухих и 0,2% во влажных кормах. (AAFCO Official Publication).
1987 (май) — первая выставка кошек в России.
Москва, КСК «Битца» — около 200 000 посетителей. (Culture.ru; архивы фелинологических клубов).
1988–1989 годы — импорт кормов в СССР.
Появляются Friskies и Whiskas в Москве и Ленинграде. (Архивы кооперативов, воспоминания).
2000-е годы — эпоха беззерновых кормов (grain-free).
Заменяются злаки на бобовые и картофель; акцент на «натуральности». (Orijen, Acana, Instinct).
2018–2025 годы — персонализация и споры о DCM.
Появление кормов по ДНК, возрасту и породе; FDA исследует связь беззерновых формул с кардиомиопатией у собак. (FDA Investigation; 23andMe for Pets).
Источники
- Hayes KC, Carey RE, Schmidt SY. Retinal degeneration associated with taurine deficiency in the cat. Science. 1975;188(4191):949–951.
- Ralston Purina Co. Technical Bulletin No. 74: Purina Cat Chow Nutritional Principles. 1962.
- Carnation Company Archives (Friskies), Pet Food Industry Historical Review, vol. 12, 1998.
- USDA Feed Composition Reports, 1958–1965.
- LA Times. “Cat Food Makers Add Taurine After Epidemic of Blindness.” 1987.
- AAFCO Official Publication, 1987 revision: Taurine Requirement Standards.
- DK Publishing: The Complete Cat Breed Book, 2020.
- Sarah Brown. The Cat: A Natural and Cultural History. Princeton University Press, 2020.
- L.A. Vocelle. Revered and Reviled: A Complete History of the Domestic Cat. 2017.
- Jo Lewis. What’s My Cat Thinking? DK, 2021.
- Grace’s Guide (UK) — сведения о компании Spratt.
- Messybeast.com — история первых выставок кошек.
- Cats.org.uk — материалы по викторианской культуре и истории кошек.
- Засодимский П. В. «О домашнем уюте и животных в городской квартире», журнал «Нива», 1884, № 12.
- Зоологический институт РАН (ZIN.ru): «Кошки в русском фольклоре и быту XIX века», архив этнографических экспедиций, 1850–1890.
- Messybeast.com: «Russian Blue — from Archangel to England», 2018.
- Cats Protection UK: «Victorian Influence on Russian Pet Culture», 2021.