В утренней дымке над болотом слышен крик — чистый, высокий, как дыхание ветра. Это журавль. Его голос будто раздвигает пространство, пробуждая землю от сна. Над Россией — от Калининграда до Колымы — поднимаются шесть его родичей. Серый, черный, красавка, белый стерх, японский и венценосный — каждый хранит свою музыку, свой ритуал, свой взгляд на небо.
Серый журавль — странник равнин, певец осенних перелётов. Его стаи тянутся клином над полями, когда земля дышит паром и стынет. Красавка — малая, изящная, с черными «косами» на голове, обитательница степей от Молдавии до Забайкалья. Белый стерх — дух Севера, редкий, как лунный свет, чьи гнёзда скрыты в тундрах Якутии. Чёрный — таёжный отшельник, с белой головой и тихими болотами за плечами. А на востоке, в стране восходящего солнца, живёт самый изысканный из них — уссурийский журавль, или японский танчо.
Он бел, как снег, с черной шеей и концами крыльев, и с красной шапочкой — меткой солнца. Когда он танцует, кажется, сама природа замирает. Танец журавля — не просто брачный ритуал. Это язык, с помощью которого птицы говорят о радости, любви и жизни. Танцуют все — молодые и старые, парами и стаями, даже зимой, на снегу.
Сначала — кивок. Потом лёгкое покачивание головы, шаг вбок, хлопок крыльев. Партнёры сближаются, словно зеркала, и вдруг поднимаются в воздух. На высоте двух метров они разбрасывают крылья, и на миг кажется, что плывут, зависая в тишине. Потом мягко снижаются, приземляются на лугу и снова становятся серьёзными, будто ничего и не было.
Иногда журавль подбрасывает в воздух веточку, былинку, сухой лист — как танцовщик, играющий с веером. Иногда — прыгает спиной к партнёру, демонстрируя черную кайму крыльев. Или замирает, вытянув шею, показывая красную «шапочку», и кричит — звонко, пронзительно, в небо. Когда танцует вся стая, болото оживает. Десятки белых фигур прыгают, машут крыльями, кричат, словно сами стали воплощением ветра.
Журавлиные танцы заразительны. Один начинает — и остальные не могут устоять. Даже те, что стояли в стороне, чистили перья или клевали семена, вдруг поддаются порыву. Учиться им не нужно: каждый журавлёнок рождается с этим искусством. Пятинедельный птенец уже умеет прыгать и кланяться, будто вспоминает танец предков, вписанный в память его крови.
И всё это — не ради зрителя, не ради потомства. Это просто радость бытия. Радость полёта, жизни, света.
В Японии журавль танчо стал символом долголетия и верности. Говорят, он живёт тысячу лет и умирает стоя. Его изображают на кимоно, банкнотах, национальных гербах. А зимой, на заснеженных равнинах Хоккайдо, японцы кормят этих птиц зёрнами, чтобы сохранить их вид. Сейчас их около двухсот — живое чудо на грани исчезновения.
Журавли — одно из тех созданий, которые наполняют мир поэзией. Их танец — это дыхание земли, её память и её песня. Когда они поднимаются в небо, кажется, что тянется вверх сама планета, поднимая голову к солнцу.
И пока над болотами звучит их голос — мир жив.
Подписывайтесь на наш канал в Телеграм, там много интересного! Наш ВК и Рутуб
Также подписывайтесь на наши паблики и YouTube каналы Zoo и Планета Земля по ссылкам в описании. Спасибо за обратную связь, лайки, комментарии и репосты!