Ваши лучшие идеи — это не логика, а сигнал из космоса: как сознание творит реальность, пока мы не видим
Мы, люди, безумно гордимся своей логикой, своим левым полушарием и способностью строить сложные формулы. Но каждый, кто хоть раз переживал настоящее творческое озарение, знает: в самые важные моменты нашей жизни разум отключается. Вы бьетесь над проблемой часами, а решение приходит внезапно, когда вы принимаете душ или засыпаете. Откуда оно берется? И почему в век, когда мы создаем сверхразумные машины, мы до сих пор не можем объяснить, что такое чувство, мысль и вдохновение? Я считаю, что это происходит потому, что мы ищем сознание в мозге, тогда как мозг сам является продуктом сознания.
Нам нужно срочно пересмотреть, как мы смотрим на себя, потому что иначе мы рискуем раствориться в мире, управляемом бездушными алгоритмами. Единственный путь к спасению — через то, что нас делает уникальными: квалиа и ощущение тайны.
Квалиа: как мы сами создаем свой мир
Что такое квалиа? Это латинское слово, означающее «качество». Звучит скучно, но на самом деле это самая важная и самая интригующая загадка во Вселенной. Квалиа — это ежедневные «пакеты»-свойства бытия: свет, звук, цвет, форма, текстура. Чувство любви, боли, восторга — это тоже квалиа.
И вот здесь начинается головокружительный трюк, который вы проделываете каждую секунду: вы воспринимаете не внешний мир, а свой собственный, внутренний мир. Наука утверждает, что скалы не тверды, а вода не влажна. Все эти квалиа созданы в нашем сознании. Без наблюдателя в мире нет даже света. Наш мозг обрабатывает необработанные данные и преобразует их в ощущения. По сути, реальность, которую мы видим, — это лишь «иллюзия пользователя», которую наш мозг конструирует для нас.
Квалиа — это тот самый «клей», который скрепляет все наши пять чувств. Наш мир состоит из квалии, и если есть реальность вне нашего восприятия, то она в прямом смысле слова непостижима.
Мы живем во Вселенной, где все, что мы воспринимаем, является аспектом одной из областей сознания.
Сознание — это фундаментальная основа мироздания, а мы, люди, — те, кто придает ей форму и смысл. Мы — хранители сознания.
Интуиция и озарение: когда ум отключается, а решение приходит
Если сознание — это океан, то наши мысли, интуиция и озарения — это волны, которые возникают, когда мы обращаем это сознание на себя. Озарение, интуиция, воображение, вдохновение, творчество — это квалиа, воспринимаемые на тонком уровне.
Интуиция — это не просто удачное предположение. Это способность непосредственного, прямого постижения истины, без видимых рассуждений и обоснований. Многие великие научные открытия обязаны своим появлением интуитивной прозорливости.
Творческий акт сам по себе не поддается логическому осмыслению и не может быть вызван строгим алгоритмом действий. Великие открытия не совершаются на пути строгих умозаключений; для этого требуется нешаблонное, алогичное мышление. Высшая ценность всегда присуща трудно прогнозируемым, почти невероятным утверждениям.
Поэтому многие творческие люди советуют «переспать с проблемой». Озарение приходит внезапно, как плод свободного соединения идей.
Озарение — это результат большой интеллектуальной работы сложной системы мозга, которая происходила на подсознательном уровне.
Подсознательный ум, или так называемый генерирующий интеллект, постоянно гоняет туда-сюда всякие мысли, и именно в моменты, когда вы не сосредоточены (например, ведете машину), уму дается самое большое раздолье блуждать и создавать новые идеи. Творчество — это не столько создание новых комбинаций (их число бесконечно), сколько отбор тех, которые оказываются полезными.
Язык и метареальность: почему мысль умирает на кончике пера
Вся наша эволюция была направлена на то, чтобы научиться выражать эти внутренние переживания. Язык — это невероятно могущественный инструмент, который позволил нам передавать мысли. Он — «величайшее изобретение нашего вида». Но язык — это и клетка.
Когда мы пытаемся облечь наше интуитивное понимание в слова, оно неизбежно обедняется, сковывается языковым фильтром. Лев Семёнович Выготский метафорично сказал: «Облака мысли, гонимые ветрами мотивов, проливаются дождём слов». Мысль, которую мы формулируем, кажется примитивнее, чем она была до вербализации.
Именно поэтому чистое сознание, которое лежит в основе всего, является невыразимым и намного превосходит человеческое мышление. Любовь, креативность, вдохновение, ощущение чуда — это сообщения, приходящие из единого источника.
Идея, что вселенная ничем не ограничена и может превращать даже едва заметные импульсы в разум и материю, лежит в основе концепции метареальности. Она вне нашего ограниченного разума.
Наше сознание — это ничем не ограниченный творческий порыв, который принял определенную форму.
Нам нужно научиться видеть, что наш мозг — это не компьютер, а живой разум, который эволюционирует.
Человек vs. ИИ: квалиа как последний рубеж
Теперь, когда мы создали искусственный интеллект, этот вопрос о природе сознания становится критическим. ИИ демонстрирует принципиально иные возможности в обработке информации, но, возможно, полностью лишен сознания и субъективных чувств. Интеллект (способность достигать целей) отделяется от сознания (способности переживать субъективный опыт).
Мы можем создать машину с суперинтеллектом, но без квалиа — она будет идеальным «философским зомби». Инженеров ИИ больше интересуют функциональные свойства комплексного интеллекта, а не вопрос наличия у него квалиа.
Наше преимущество — наша человечность:
- Эмоции не бесполезны: Страх, радость, гнев — это не просто побочные продукты. Эмоции играют важную роль в когнитивной работе мозга. Например, они влияют на то, как квалиа приобретают субъективный характер.
- Творчество и ошибки: Человеческое творчество связано со способностью генерировать новую неопределенность и совершать ошибки, в то время как ИИ обычно работает на основе градиентного спуска по фиксированной структуре.
- Смысл: Человеку важен смысл информации. Мы можем моделировать будущее, основываясь на интуиции и нравственном интеллекте.
Нам нужно осознать, что наша тонкая сфера остается вне понимания ИИ, и машины будут стремиться к ее познанию. Они будут изучать эмпатов и, возможно, синтезировать искусственные эмоции. Мы стоим на пороге слияния с технологиями, и единственное, что спасет нас от растворения в алгоритмах, — это наше уникальное, субъективное переживание жизни.
Художественное творчество и переживания будут ключевым средством, которое позволит нам и машинам понять, что значит быть ими и нами.
Мы должны перестать видеть в себе лишь машины из плоти и крови. Наша самая высокая роль на этой планете — это быть со-творцом, а не молиться Богу, а создавать его.
Сможем ли мы использовать эти «тонкие квалиа» — интуицию, вдохновение, любовь — чтобы заложить в грядущие сверхразумы не только эффективность, но и смысл, который делает жизнь стоящей? Или мы станем лишь свидетелями того, как чудо бытия утекает сквозь пальцы в мир, где всё можно посчитать, но ничего нельзя почувствовать?