Тему статьи подсказал разговор с читателем не далее, как вчера. Правда. он предложил написать про Дженис Джоплин, а я про нее уже писал. И я решил объединить подробности ее смерти со смертью Джима Моррисона. И вот что получилось. Оказывается, что у них есть что-то общее - точнее кто-то общий, кто привел их к такому концу... но так ли это? Попробуем разобраться.
Джими Хендрикс, Дженис Джоплин, Джим Моррисон - три смерти подряд известных музыкантов. В одном возрасте 27 лет, что очень символично. Еще более символично, в этом же возрасте умерла и Памела Курсон, девушка Джима Моррисона, через несколько лет после смерти самого Джима.
Данная статья является компиляцией из статей американских газет и журналов, опубликованных после 2010 года. Я хочу сказать, что многие факты имеют свои источники, которые, я по возможности, укажу в статье. Но это будет всего лишь мнение авторов тех статей. С некоторыми я не совсем согласен, некоторые я не могу ни опровергнуть, ни подтвердить. Но некоторые факты вполне себе жизнеспособны.
Главный вопрос этой статьи - приложил ли некий французский аристократ руку к смерти Джима Моррисона, Дженис Джоплин и других икон 60-х?
Из всех смертей известных музыкантов, смерть именно Джима Моррисона породила множество теорий заговора, но во многих из них опять фигурирует французский граф.
Двадцатисемилетний Джим Моррисон был найден мёртвым в ванне в своей парижской квартиры ранним утром 3 июля 1971 года. Помимо этих нескольких фактов, мало что известно наверняка. Французский судмедэксперт постановил, что причиной смерти фронтмена The Doors стал сердечный приступ, но вскрытие так и не было проведено.
Спустя полвека фанаты продолжают сомневаться в официальной версии. Смерть Моррисона стала рок-н-рольным эквивалентом убийства Джона Кеннеди, породив головокружительное множество легенд, в которых факты переплетаются с вымыслом. С каждым годом становится всё труднее найти истину в этих совершенно разных историях, но среди всей этой путаницы и дезинформации с поразительной регулярностью всплывает имя одного человека - приложил ли некий французский аристократ руку к смерти Джима Моррисона, Дженис Джоплин и других икон 60-х?
Граф Жан де Бретейль (Бретей в других источниках) - загадочная фигура, о которой мало что известно. Для одних он был красивым светским плейбоем, растратившим свою жизнь в роскоши. Для других он был змеем, проникшим в Эдемский сад 1960-х. По мнению большинства, самопровозглашённый «посредник между звёздами» потакал порокам богатых и знаменитых, способствуя развитию зависимостей, которые стоили многим жизни.
Несмотря на его выдающуюся роль в истории рока, о нём почти не упоминают ни в мемуарах, ни в интервью, связанных с преждевременными кончинами многих ключевых участников. Его собственная смерть в 1972 году в возрасте 22 лет ознаменовала конец поистине необычной жизни — одновременно счастливой и прОклятой.
Он родился в 1949 году в аристократической парижской семье, владевшей большинством французских газет во франкоязычной Северной Африке. После смерти отца в 1960 году молодой Бретейль должен был унаследовать значительное состояние и титул, став последним графом де Бретейлем в роду, история которого насчитывает более 500 лет.
«Он был красивым и общительным парнем, — вспоминает его знакомый в испанском издании El Pais. - Он входил в круг богемных парней из обеспеченных семей, которые курили гашиш, принимали ЛСД и ездили в Индию. Они могли себе это позволить».
Благодаря деловым связям своего отца в Африке Бретейль познакомился с сотрудниками марокканского посольства, через которых, как сообщается, он начал торговать наркотиками — сначала гашишем, а затем и героином.
После такой деятельности с представителями высшего общества в Париже и Лондоне Бретейль в 1967 году переехал в Калифорнию, чтобы расширить свою сферу деятельности. Он поступил в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе, но учёба была лишь прикрытием для его незаконной деятельности.
«Он подкупил водителя марокканского консульства в Лос-Анджелесе, чтобы тот доставлял дипломатическую почту в его квартиру в Вествуде, а оттуда — в посольство», — рассказал PEOPLE Роджер Стеффенс, знакомый с Бретейлем. «Обычно там было от полкилограмма до двух гашиша, и он снабжал гашишем весь кампус Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе».
Вероятно, примерно в это время Бретейль познакомился с Памелой Курсон. Несмотря на бурные (и, по слухам, открытые) длительные отношения с Моррисоном, она была очарована благородным происхождением Бретейля и с удовольствием представляла, что встречается с тем, кого она высокопарно называла «настоящим французским аристократом». Благодаря Бретейлю Курсон попала в круг сказочно богатых французских работников консульства - группу изысканно одетых красивых людей, летающих на самолётах Learjet и прячущих наркотики в дипломатических сумках. Они с Бретейлем вместе ездили за границу, закупая экзотические ткани и материалы для магазина одежды Themis (Themis), который купил для неё Моррисон.
Певец из The Doors был не в восторге от соперника в борьбе за внимание Курсон. Говорят, что в его песне 1968 года «Love Street» упоминаются походы Курсон по магазинам с Бретейлем, которого он ненавидел:
У нее есть вычурные платья, у нее есть шуты,
Ленивые шестерки, усыпанные бриллиантами,
У нее хватает мудрости, она знает, что делать,
У нее есть я, у нее есть ты.
Она умна и знает, как ей быть,
У нее есть я, у нее есть ты.
Напряжение нарастало по мере того, как Курсон начала пробовать смертоносные снадобья Бретейля. Моррисон ненавидел героин, а прогрессирующий алкоголизм делал его вспыльчивым. Между ними часто возникали ссоры. Курсон обычно уходила из дома, часто находя утешение у Бретейля.
Она поехала с ним в Марракеш, марокканский рай для хиппи высшего класса, таких как Rolling Stones, Джими Хендрикс и Грэм Нэш. Они вместе остановились на вилле Тейлор, в просторном семейном доме Бретейлей в европейском квартале, недалеко от древних городских стен.
В этом мавританском поместье, построенном в 1920-х годах внучкой президента Улисса Гранта, бывали Чарли Чаплин и Ив Сен-Лоран. Франклин Рузвельт и Уинстон Черчилль останавливались на вилле Тейлор во время Второй мировой войны, когда дом служил американской штаб-квартирой в городе. Черчилль был настолько очарован закатом над Атласскими горами, что приказал своим сотрудникам поднять Рузвельта, прикованного к инвалидному креслу, на вершину пятиэтажной башни, чтобы тот мог увидеть всё своими глазами. К тому времени, когда Курсон приехала на виллу Тейлор 25 лет спустя после Черчилля, в гостиной висела картина Черчилля с изображением пейзажа - единственное произведение искусства, которое он создал во время войны.
Эти поездки в Марокко позволили Бретейлю собрать необычно большую партию героина, который он продавал своим высокопоставленным клиентам в Лос-Анджелесе. Одной из них, возможно, была Дженис Джоплин, которую 4 октября 1970 года нашли мёртвой от передозировки героина в её номере в отеле Landmark. Хотя у нее был свой драг-дилер вроде Бретейля, женщина Пегги Казерта, которая приносила Дженис наркотики, ее проверенный контакт. Может быть поэтому Дженис случайно "хватила" чистейшего героина от Графа и ее организм не выдержал.
По словам Мерси Фонтено (также известной как Мисс Мерси) из новаторской женской рок-группы The GTOs, Бретейль заглянул к ней вскоре после того, как продал Джоплин (сам или через посредника) смертельную дозу.
«Жан пришёл ко мне и принёс тот же героин, который только что дал Дженис, — утверждает она в своих мемуарах 2021 года. — Он хотел испытать на мне действие наркотика, по сути, использовать меня как подопытного кролика…Но как только он ввёл мне наркотик, я поняла, что что-то пошло не так. Я закричала, что теряю сознание».
Когда она почувствовала, что теряет сознание из-за наркотика, Бретейль привёл её в чувство с помощью кокаина, который, как известно, нейтрализует действие опиоидов. Джоплин повезло меньше.
«В то время никто из нас не знал, что Дженис получит передозировку от той же партии героина, — продолжает Фонтено. — Жан оставил мне наркотик, но он был таким сильным, что я не смогла с ним справиться».
Она говорит, что отдала оставшийся героин музыканту Грэму Парсонсу, который поделился им с другом. У друга чуть не случилась передозировка. (Сам Парсонс умер от передозировки в 1973 году.)
В те выходные в Лос-Анджелесе от передозировки почти чистым героином умерли девять человек. Джоплин была одной из них.
«Когда я услышала новости по радио, я сказала: "О боже. Ни хрена себе." Это было очень печально. Дженис жила всего в двух кварталах от меня», — добавила Фонтено. «Жан был в ужасе. Я знаю, что он не хотел, чтобы это случилось с Дженис».
По андеграундному сообществу поползли слухи, что кто-то перестарался. Ни один ответственный дилер не стал бы распространять такой неразбавленный наркотик, не разбавив его или хотя бы не предупредив покупателей.
К тому времени Бретейль бросил учебу в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, его статус как "нелегала" усугубил бы любой судебный гнев, если бы полиция связала его со смертью Джоплин. В ужасе он бежал в Париж. Курсон сопровождала его. Она оставила Моррисону записку, которую он предположительно сжег по ее просьбе. Джим был расстроен смертью своей коллеги и отъезда Памелы, он топил свое горе в «Барни Бинери», печально известном голливудском баре, где Джоплин ужинала в последний вечер. Когда друзья Моррисона оплакивали Джоплин и недавно ушедшего из жизни Джими Хендрикса, он пробормотал: «Вы пьете с номером три».
Курсон вернулась в Лос-Анджелес в декабре 1970 года. Моррисон был занят записью L.A. Woman, последнего альбома, который The Doors должны были выпустить для своего лейбла до истечения срока действия контракта. Теперь, когда Моррисон стал свободным агентом, пара решила обосноваться в Париже. Этот переезд должен был стать началом новой жизни. Устав от крысиных бегов в шоу-бизнесе, Моррисон мог оставить позади пагубное влияние Лос-Анджелеса и воссоединиться со своей музой в Городе Света. По крайней мере, такова была теория. Согласно одному из рассказов свидетелей, Курсон сказала Моррисону, что поедет в Париж с ним или без него.
Она уехала в День святого Валентина в 1971 году. Моррисон последовал за ней несколько недель спустя, когда работа над «Женщиной из Лос-Анджелеса» была завершена. Говорят, что в Париже Курсон связалась с Бретейлем и погрузилась в мир героина. Вскоре она уже употребляла наркотик ежедневно.
С помощью Бретейля она нашла для Моррисона хорошо обставленную квартиру с тремя спальнями на улице Ботрей, 17, в модном богемном районе Марэ. Несмотря на просторные помещения, Курсон поначалу жила отдельно. Её пятилетние отношения с Моррисоном были настолько бурными, что они в основном жили раздельно. Когда она наконец переехала на улицу Ботрей, 17, Бретейль и его компания состоятельных наркоманов стали её постоянными гостями. Как только они приходили, Моррисон уходил в противоположный конец квартиры, пока они нюхали «Сахарную вату» - особенно сильнодействующий сорт героина, недавно прибывший с Дальнего Востока.
В 1971 году Париж, крупный центр наркоторговли, был наводнён исключительно чистым героином, который ввозили в страну контрабандой через портовый город Марсель. Это была знаменитая «French connection -французская связь», увековеченная в одноимённом фильме Уильяма Фридкина, получившем «Оскар». Незадолго до смерти Моррисон внимательно изучил рассказы и статьи, в которых рассказывалось об аномально высоком количестве передозировок в Европе и США. Номер Newsweek об этом вышел 5 июля 1971 года. Моррисон не дожил до этой даты.
Тем летом список клиентов Бретейля расширился. Он впечатлил Кита Ричардса, подарив ему женскую пудреницу, наполненную "розовой пудрой" (наркотиком). Пока Rolling Stones разбивали лагерь на Французской Ривьере и записывали альбом, который впоследствии стал их шедевром на двух дисках, Exile on Main Street, Ричардс предоставил Бретейлю полный доступ к своему лондонскому таунхаусу на Чейни-Уок, в одном из самых престижных районов города. Такая выгодная сделка привела к буму в бизнесе Графа. Всего в нескольких домах от него жила Талита Гетти, гламурная голландская актриса и бывшая жена наследника компании Getty Oil Джона Пола Гетти-младшего. Сообщается, что она стала его постоянной клиенткой, и между ними завязался роман.
Бретейль также сблизился с другой соседкой: Марианной Фейтфулл. Известная певица жила в доме на Чейни-Уок, принадлежавшем её давнему бойфренду Мику Джаггеру, но их отношения недавно разладились. На вечеринке в доме Гетти Фейтфулл познакомилась с Бретейлем.
«Он был ужасным парнем, словно змеем, выползшим из-под камня», — написала она о Бретейле в своих мемуарах 1994 года. «Он был любовником Талиты, и каким-то образом я оказалась с ним… Всё сводилось к наркотикам и сексу. Он был со мной только потому, что я встречалась с Миком Джаггером. Он был одержим всем этим в своей лягушачьей манере. Для него я была очень похожа на рок-н-рольщицу. Я хорошо знала этот тип людей».
Разбираясь с этими многочисленными делами, Бретейль каким-то образом находил время и для Курсон, которая приезжала к нему в июне. Вскоре после этого, в начале июля, Бретейль и Фейтфулл отправились в Париж. Они лежали в постели в пятизвёздочном отеле L'Hotel, где Оскар Уайльд провёл свои последние дни, когда зазвонил телефон. Это случилось после полуночи в субботу, 3 июля.
«Бретейлю позвонила Памела Моррисон [так в оригинале], и ему пришлось срочно уйти», — написала Фейтфулл. - Я умоляла взять меня с собой, я отчаянно желала встретиться с рок-богом из The Doors во плоти, но Бретейль резко отказал. «Не сейчас. Я тебе объясню позже, хорошо? Я скоро вернусь».
Он выбежал из комнаты. Но вернулся не сразу. Он вернулся рано утром в очень взволнованном состоянии и разбудил девушку. Он приказал сонной Марианне немедленно собираться — они направлялись в Марокко.
"Он боялся за свою жизнь", - продолжает она. "У Джима Моррисона был передоз, и он умер. Жан видел себя дилером звезд. И в одночасье он превратился в мелкого торговца героином, попавшим в большие неприятности".
Неизвестно, когда — и начал ли вообще — Моррисон употреблять наркотик, который, по его словам, он ненавидел. В последующие годы Курсон рассказывала о смерти Моррисона совершенно противоречивые и часто взаимоисключающие истории, каждая из которых вызывала подозрения.
По некоторым версиям, она говорила друзьям, что он начал употреблять героин во время их пребывания в Париже, чтобы укрепить их отношения. По другим версиям, он умер в первую же ночь после употребления. По самой жуткой версии, Моррисон, который боялся уколов, по ошибке вдохнул героин, который Курсон приготовила для себя, приняв его за кокаин. В других случаях Курсон отрицала, что героин вообще сыграл какую-либо роль в смерти Моррисона.
Невозможно доказать, что Бретейль ушел от Фейтфулл в предрассветные часы 3 июля. Курсон ни разу не упомянула Бретейля в своих подробных показаниях французским властям, но его присутствие в её квартире в то утро подтверждает Ален Роней, друг Моррисона, который пришёл на помощь после того, как было найдено тело. В интервью Пари Матч Роней рассказал, что у дверей дома Моррисонов на улице Ботрейи, 17, к нему подошёл длинноволосый мужчина с шёлковым шарфом и кожаной куртке.
«Он выглядел как бандит, — отметил Роней. — Он представился как Бретейль, потребовал, чтобы ему дали поговорить с Курсон. «Послушайте, это она мне позвонила, - сказал он. - Я всё знаю. Правда, я все знаю». Зайдя в дом, он сказал Курсон, что уезжает в Марракеш. Она могла присоединиться к нему или пожить, не привлекая к себе внимания в лондонской квартире Кита Ричардса. С этими словами он ушёл.
К ночи они с Фейтфулл обосновались на вилле «Тейлор» вместе с матерью Бретейля, графиней Мадлен.
«Это была катастрофа, — писала Фейтфулл. — Мы пробыли там неделю, и оба были ужасно измотаны».
Два дня спустя, в понедельник, они были в плохом состоянии, когда ужинали с графиней и её молодыми американскими друзьями, ветераном войны во Вьетнаме Роджером Стеффенсом и его женой Синтией Коттл.
«Они оба были обкурены до чёртиков, — рассказывает PEOPLE Стеффенс, ныне всемирно известный музыковед, писатель и телеведущий. — У них были налитые кровью глаза. Они едва могли связно говорить».
После ужина обе пары поднялись на башню, чтобы выкурить немного "кифа от Стеффенса" и полюбоваться видом, который так вдохновлял Черчилля. Устроившись поудобнее, Фейтфулл и Бретейль рассказали о кошмаре, произошедшем в Париже несколькими днями ранее.
«Как они нам рассказали, Пэм позвонила Жану в субботу рано утром и сказала: „Джим в ванной, он заперся там, и я не могу до него достучаться“. «Ты сейчас приедешь?» — вспоминает Стеффенс. «И они сказали, что взломали дверь в ванную и нашли его мёртвым в ванне».
Учитывая, что новость о смерти Моррисона ещё не просочилась в прессу, эта история показалась Стеффенсу чистой фантазией.
«Я подумал: «Ну, может, они так обкурились, что им всё это привиделось», — говорит он. «Наконец, несколько дней спустя, стало известно, что он действительно умер».
Стеффенс сказал об этом инциденте, что только 9 июля 1971 года стало известно о смерти Моррисона.
Последние часы жизни Моррисона — и причастность к ним Бретейля — остаются загадкой. За пятьдесят лет вокруг этой истории сложилась сложная сеть противоречивых версий. Самое радикальное опровержение официальной версии принадлежит Сэму Бернетту, который утверждает, что Моррисон умер в ночном клубе The Rock 'n' Roll Circus на Левом берегу, которым он управлял. Бернетт, рассказавший эту историю в своей книге 2007 года «Конец: Джим Моррисон», говорит, что Моррисон был завсегдатаем заведения, которое обслуживало знаменитостей. Моррисон якобы пришёл туда после часа ночи 3 июля и встретился с двумя дилерами, работавшими на Бретейля, чтобы купить героин для Курсон. Он сказал, что Джим всегда брал две дозы - одну для Пэм, другую для себя.
Бернетт говорит, что нашёл Моррисона позже той же ночью. Он был без сознания и заперт в кабинке туалета — жертва передозировки. Хотя Моррисон был явно мёртв, по словам Бернетта, появились помощники Бретейля и стали утверждать обратное. Желая избежать скандала, они, по всей видимости, перенесли тело обратно в квартиру Моррисона и погрузили его в горячую ванну, чтобы повысить температуру тела и скрыть время смерти.
По словам Бернетта, Курсон не упомянула эти подробности в своих показаниях властям, чтобы защитить Бретейля, своего любовника. Эту версию мы уже рассматривали ранее - нет смысла ее повторять в деталях. Единственное почему я ее привел здесь - это только то, что это место опять-таки оказалось связано с личностью Бретейля.
Вопрос о том, что побудило Моррисона попробовать героин, остаётся открытым. Любопытство? Депрессия после ссоры с Курсон? Выдвигались разные предположения, но мы никогда не узнаем этого наверняка. Поскольку вскрытие не проводилось, мы никогда не узнаем, что именно было в организме Моррисона 3 июля 1971 года. Поскольку причиной смерти был назван сердечный приступ «возможно, усугублённый чрезмерным употреблением алкоголя», тело Моррисона было выдано для захоронения, а дело было официально закрыто.
Большинство главных героев этой истории мертвы. Талита Гетти умерла через две недели после Моррисона в возрасте 30 лет предположительно от передозировки героином. Курсон не смогла справиться с зависимостью в апреле 1974 года, всего через несколько недель после того, как суд признал её законной наследницей Моррисона. Сам Бретейль умер менее чем через год после Моррисона в Танжере 25 июня 1972 года в возрасте 22 лет. Сообщается, что из-за огромного количества героина в его организме полиция сочла его смерть самоубийством — или нераскрытым убийством.
Одна из немногих выживших в этой истории - Марианна Фейтфулл (умерла в начале этого года в возрасте 78 лет), которая излечилась от зависимости, восстановила свое здоровье и карьеру после длительного периода употребления разных веществ, анорексии и бездомного образа жизни. В своих мемуарах она в очередной раз обвинила Бретейля в смерти легенды the Doors.
"В тот день он пошел к Джиму Моррисону и убил его", - заявила она. "Я имею в виду, и я абсолютно уверена, что это был несчастный случай. Бедняга. Наркотик был слишком сильным, и он умер. В любом случае, все, кто был причастен к смерти этого бедняги, теперь мертвы. Кроме меня.
=======================
И на этом пока все. Разрешите откланяться. Как всегда спасибо вам за ваше внимание. Подписывайтесь, присоединяйтесь к нашему сообществу - впереди еще много разных статей о нашей музыке.