Жених хотел подарить мне ипотечный кредит на свою квартиру вместе с обручальным кольцом

Мы с Ростиславом заняли столик на летней террасе, и я с наслаждением пригубила прохладный мохито. Наши отношения перешагнули отметку в десять месяцев. Я ловила себя на мысли, что готова к следующему шагу.

Ростислав казался необычно сосредоточенным. Наконец, он откашлялся, взял мою руку в свою и произнёс с деловой серьёзностью:

— Марина, дорогая, наши чувства окрепли, и я считаю, нам необходимо задуматься о совместном жилье. Я просчитал все варианты и пришёл к выводу, что идеальным решением будет взять ссуду на жильё. Что ты на это скажешь?

Я замерла, ожидая совсем других слов.

— Постой, но зачем нам кредит? У меня же есть своя однокомнатная, совсем недавно приобретённая.

Он смотрел на меня с недоумением.

— Ты сейчас рассуждаешь как бухгалтер, а не как влюблённая женщина. Где же романтика? Где наши общие мечты?

Меня задело это замечание.

— А по-твоему, романтика измеряется в квадратных метрах? Ты действительно веришь, что совместный долг скрепит наш союз?

Ростик был явно ошеломлён моей реакцией.

— Я подошёл к этому со всей ответственностью! А ты скрывала от меня такие важные обстоятельства. Если бы я не начал этот разговор, ты бы и дальше молчала о своей покупке?

— Возможно, — я пожала плечами. — Эта однушка появилась у меня ещё до нашего знакомства. Я сама её выбрала и обустроила. Но какое отношение мое личное имущество имеет к нашим общим планам?

— Самое прямое, — его взгляд стал твёрдым. — Теперь моё предложение теряет всякий смысл. Я уже подписал предварительное соглашение на приобретение прекрасной двушки в новом районе.

Я не поверила своим ушам.

— Ты что, хочешь вручить мне в качестве подарка долговую расписку? Разве обязанность платить банку двадцать лет считается проявлением любви?

Он всегда был щедр на цветы и внимание, но сейчас передо мной сидел совсем другой человек.

— Ты всё неправильно понимаешь, — попытался он смягчить ситуацию. — Конечно, я бы оформил недвижимость на нас обоих.

— Правда? — я подняла бровь. — И платил бы по счетам один, не требуя моего участия? Знаешь, подобная щедрость выглядит несколько подозрительно.

— Ну, мы бы, конечно, делили финансовое бремя вместе, — смущённо пробормотал он. — Ведь это будет наше общее жильё.

Всё стало на свои места.

— Объясни мне тогда, чем тебе так мешает моя скромная квартира?

— Она бьёт по моей мужской самооценке! — вдруг вырвалось у него. — Как я буду чувствовать себя главой семьи, если у моей жены есть своё жилье, а у меня — нет?

В его словах было столько эгоизма, что мне стало тошно.

— И что же ты предлагаешь? — спросила я.

— Милая, — он достал коробочку и приоткрыл её. Внутри поблёскивал одинокий бриллиант. — Если ты действительно хочешь стать моей супругой, то должна доказать свою преданность. Продай свою однушку, а вырученные средства мы вложим в первоначальный взнос за наше будущее жилище. Только так можно будет восстановить справедливость.

— Позволь мне уточнить. Ты, не советуясь со мной, выбрал квартиру, оформил на себя кредит с неизвестными мне условиями и называешь это брачным предложением. А теперь заявляешь, что наш брак возможен лишь в том случае, если я избавлюсь от своего имущества и отдам тебе все деньги?

— Ты намеренно искажаешь факты! — вспыхнул он. — В твоей трактовке это звучит ужасно меркантильно.

Год иллюзий рушился в одно мгновение.

— Всё кончено, Ростислав. Никакой семьи у нас не будет.

Я встала. Он попытался ухватить меня за запястье.

— Марина, подожди! Давай всё обсудим как цивилизованные люди! — услышала я его отчаянный возглас.

Но обсуждать было нечего. Я вышла на улицу. Позади оставался не просто мужчина, а целая вереница несбывшихся ожиданий.

Следующие несколько недель я потратила на то, чтобы прийти в себя. Его звонки и сообщения я игнорировала. Постепенно боль утихла. Этот провальный роман многому меня научил.

Случайно встретив его полгода спустя в парке, я с удивлением обнаружила, что не чувствую ничего, кроме лёгкой грусти. Он показался мне постаревшим и каким-то помятым. Мы обменялись парой ничего не значащих фраз, и я пошла дальше.