За детскими книгами, изданными в Советском Союзе в 1960–1980-х годах, сегодня охотятся коллекционеры. Дело в том, что в этот период заказы на иллюстрации детской литературы получали представители неофициального искусства, чьи «взрослые» работы сегодня ставят рекорды на аукционах, — Илья Кабаков, Эрик Булатов, Виктор Пивоваров и другие. Их инсталляции и живопись тогда не приветствовались, а вот книжная и журнальная иллюстрация неожиданно оказалась территорией свободы. Картинки для детей у них получались незабываемые — с отсылками к русскому авангарду, европейской живописи эпохи Возрождения, экспериментам сюрреалистов. Вы их точно видели и сейчас легко вспомните.
Эдуард Гороховский
Эдуард Гороховский должен был стать архитектором. Но в Новосибирске, куда отправился работать, познакомился с художником Николаем Грицюком, который показал ему импрессионизм, экспрессионизм, кубизм и русский авангард — все, о чем в институте не говорили. Там же в Новосибирске начал иллюстрировать детские книги. В отличие от столичных коллег, работавших в издательствах вроде «Детгиза» или «Малыша», Гороховский формировался вдали от центра, и именно провинциальная свобода позволила ему искать собственный стиль.
После переезда в Москву Гороховский сближается с кругом нонконформистов — Кабаковым, Пивоваровым, Булатовым. В поздней живописи и графике он использует старые фотопортреты, внедряя в них тексты, геометрические фигуры, создавая напряженный диалог между документом и образом. Но истоки его художественного языка — в картинках, нарисованных для детей. Там, где он учился работать с композицией, воспринимать бумагу как пространство для эксперимента. Для советского ребенка его рисунки были просто добрыми иллюстрациями. Для самого художника — первым опытом свободы и экспериментальной лабораторией.
Илья Кабаков
Илья Кабаков никогда не скрывал, что книжная иллюстрация не особенно его вдохновляла, но давала редкую по тем временам стабильность. За оформление одной книги можно было получить годовую зарплату советского рабочего: 16 страниц стоили 1,5–2 тысячи рублей. А Кабаков был очень деятельным иллюстратором — выдавал по книжке в месяц. На гонорар за книгу «Дом, который построил Джек» — это было целых 4000 рублей — он построил себе мастерскую на Сретенском бульваре.
Но маленьким читателям книги Кабакова радость приносили. В графике он ориентировался на классика детской иллюстрации Владимира Конашевича, любил добавлять на страницы обильные украшения и множество деталей, которые так нравится рассматривать детям.
Кабаков был изобретательным художником. Если в книге шла речь о железе и дереве — он изображал предметы с деревянной и металлической фактурой. Его увлекали эксперименты с композицией книжной страницы. В «Питере Пэне и Венди» он ограничивается небольшими заставками — окнами с деревянными рамами, через которые зритель подглядывает за действием. Это напоминает и театральную сцену: оконная рама выполняет роль кулис, а персонажи будто вырываются наружу, нарушая границу между миром книги и реальностью. За Кабаковым такой ход с окном-сценой подхватили и другие иллюстраторы.
Эрик Булатов и Олег Васильев
Над детскими книгами эти художники работали в дуэте. В иллюстрацию их привел Илья Кабаков. Книжная графика быстро стала серьезной работой — на полгода они уходили в мир детских книг, а вторую половину года посвящали собственной живописи.
Любопытно, что свои детские иллюстрации они не считали авторскими в обычном смысле. «Мы выработали такого художника, который был не Олегом Васильевым и не Эриком Булатовым. Это был некто третий. Все наши книжки проиллюстрированы этим художником», — вспоминали они. Этот «третий» художник — своеобразный концептуальный проект: фигура, стоящая между личным стилем и коллективным советским каноном.
В эстетике Булатова и Васильева ощутимо влияние западной массовой культуры, прежде всего студии Уолта Диснея. В их «Красной Шапочке» легко обнаружить отголоски диснеевского мультфильма «Плохой, большой волк»: комната и гардероб бабушки перекочевали в книгу с экрана. А еще в советской книге «Красная Шапочка» появляется олененок, удивительно похожий на диснеевского Бемби. Картинки Кабакова и Васильева динамичны как мультфильмы.
Работая над сказками народов СССР, художники месяцами сидели в библиотеках, чтобы точно передать национальные костюмы, быт и ландшафты советских республик. Но достоверность не была их самоцелью. Булатов и Васильев считали, что у детей есть собственное представление о том, какими должны быть настоящие принцессы и замки, и следовали в иллюстрациях этим представлениям, а не исторической достоверности. В их книгах принцы и феи, дворцы и леса становятся воплощением идеального сказочного мира, каким он видится детскому воображению.
Виктор Пивоваров
Начало своего пути в книжной графике Виктор Пивоваров вспоминает с иронией. Ему заказали рисунки для кубиков. Тема — труд. Пивоваров заставил ежей таскать воду, зайцев утюжить белье, а медведей пилить бревна. Но трудолюбие художника и зверей не помогло: рисунки не пошли в печать.
Пивоваров не остановился после первой попытки и вскоре стал одним из самых любимых и узнаваемых иллюстраторов. В его оформлении вышло более 50 книг, а еще он рисовал для журналов «Мурзилка» и «Веселые картинки». Логотип «Веселых картинок», на котором сказочные персонажи изображают буквы, придумал Пивоваров.
Видите в названии журнала мышку? В детстве, в пионерском лагере Пивоваров нашел лесного мышонка и подружился с ним. Но в конце лета тот сбежал и героически погиб в банке с микстурой. В память о друге в каждую свою книгу Пивоваров старался вставить мышку.
Больше всего Пивоваров любил иллюстрировать стихи: в них нет сюжетов, так что можно пуститься в фантазии. Собственную же фантазию Пивоваров подпитывал, изучая альбомы с зарубежным искусством: его любимые художники — Босх, Магритт, де Кирико.
«Какой должна быть детская книга, сказать очень просто: во-первых, она должна быть такой, чтобы в нее можно было войти. А во-вторых, там внутри, когда войдешь, должно быть хорошо», — так Виктор Пивоваров сформулировал суть работы хорошего иллюстратора. Пишите в комментариях, какие иллюстрации из этой подборки вы вспомнили по книгам, которые были у вас или ваших детей. В какие книги из детства вам захотелось вернуться?
Произведения Эрика Булатова, Ильи Кабакова, Виктора Пивоварова, Олега Целкова и других художников-нонконформистов до 18 января 2026 года можно увидеть в Центре «Зотов». Выставка «Путь к авангарду: диалоги художников в журнале „А — Я“» рассказывает о том, как мастера советской эпохи переосмысливали авангард начала 20 века.