Найти в Дзене
Вне шаблона

«Как соседский ремонт стал для меня курсом медитации на терпение (и почему я теперь боюсь перфоратора больше, чем налоговой)»

Когда я купил квартиру, мне казалось, что худшее уже позади: ипотека, ЖКХ, ремонт своими руками, ссора с женой из-за цвета плитки в ванной… Всё это я пережил, и даже гордился собой — настоящий мужчина, настоящий хозяин.
Но судьба, видимо, решила проверить, насколько я настоящий — и отправила мне соседа сверху. Глава 1. День первый: звук, от которого мурашки… и не от восторга В 7:03 утра раздался звук, который невозможно описать словами. Представьте: дятел, запущенный на реактивной тяге, долбит по вашему черепу в ритме техно. Я резко сел в кровати, сердце колотилось, как будто я только что отказался платить за подписку на стриминговый сервис в разгар сериала. — Это… перфоратор? — прошептал я, дрожащим голосом. Рядом жена шепчет молитву — не на церковнославянском, а на языке строительных норм: Кот сидит в ванной под ванной. В боксе из коробки от IKEA. С надписью: «Не трогать. Психологическая помощь». Жена, сонно:
— Наверное, у них ремонт начался… — Ремонт?! Это не ремонт! Это вторжение!

Когда я купил квартиру, мне казалось, что худшее уже позади: ипотека, ЖКХ, ремонт своими руками, ссора с женой из-за цвета плитки в ванной… Всё это я пережил, и даже гордился собой — настоящий мужчина, настоящий хозяин.
Но судьба, видимо, решила проверить, насколько я
настоящий — и отправила мне соседа сверху.

Глава 1. День первый: звук, от которого мурашки… и не от восторга

В 7:03 утра раздался звук, который невозможно описать словами. Представьте: дятел, запущенный на реактивной тяге, долбит по вашему черепу в ритме техно. Я резко сел в кровати, сердце колотилось, как будто я только что отказался платить за подписку на стриминговый сервис в разгар сериала.

— Это… перфоратор? — прошептал я, дрожащим голосом.

Рядом жена шепчет молитву — не на церковнославянском, а на языке строительных норм:

Кот сидит в ванной под ванной. В боксе из коробки от IKEA. С надписью: «Не трогать. Психологическая помощь».

Жена, сонно:
— Наверное, у них ремонт начался…

— Ремонт?! Это не ремонт! Это вторжение! Это звуковая атака! Это… — я не договорил, потому что в этот момент сосед включил что-то похожее на бетономешалку, которая поёт дуэтом с газонокосилкой.

Глава 2. Попытка дипломатии

Я надел самые дружелюбные тапочки, вымыл руки (мало ли — вдруг пообедаем вместе после разговора?), и поднялся наверх. Дверь открыл мужчина с перфоратором в руке и взглядом человека, только что вырвавшегося из подземелья.

— Доброе утро! — сказал я как можно мягче. — Вы… не могли бы начинать ремонт… попозже? Допустим, после 9?

Он посмотрел на меня, как на вредоносную пыльцу.

— А что в 9?
— В 9 у меня заканчивается курс реабилитации после ночи, и начинается подготовка к дню. А в 7 утра я ещё не договорился с собой, стоит ли вообще жить в этом шумном мире.

«А я думал, вы уже на работе»

— С 9, говорите? Да нормальные люди в 7 уже в душе стоят!
— Я не нормальный. Я — фрилансер.
— А-а… ну тогда извиняюсь. Но всё равно сверлить буду. Потому что у меня отпуск, и это мой единственный шанс всё переделать.

Глава 3. Дни безмолвия и звуков разрушения

Следующие три недели я жил в режиме «постоянная готовность к эвакуации». У меня выработался условный рефлекс: при первом же звуке «БЖЖЖЖЖРРР» я автоматически сжимал зубы, закрывал глаза и шептал: «Это временно. Это урок. Это карма за то, что в детстве громко включал музыку».

Я начал считать удары перфоратора, как мантру:

«Один… два… три… Оммм… четыре… пять… Прости меня, Вселенная… шесть… семь… Я больше не буду смеяться над рекламой шумоизоляции…»

Иногда мне казалось, что сосед специально включает инструмент в моменты высшей духовной гармонии — например, когда я пил утренний кофе и смотрел в окно на голубя. В тот же миг — БА-БАХ-ТАТАТАТАТ! — и голубь взлетал с криком, будто тоже платил ипотеку.

Через неделю я начал слышать перфоратор даже во сне.
Мне снилось, что я — болт, и меня вкручивают в потолок.
Проснулся с ощущением, что мой череп — это не череп, а
несущая плита.

Я научился есть под шлифовку, плакать под штукатурку и мечтать под стук молотка.

Глава 4. Эволюция моего сознания

На четвёртой неделе я перестал бояться перфоратора.
Я начал
понимать его.
Я чувствовал его ритм, его боль, его стремление к свободе.
Однажды я даже поймал себя на мысли: «А что, если перфоратор — это воплощение моей внутренней тревоги?» (Потом я вспомнил, что у соседа ещё и болгарка… и вернулся в реальность.)

Я купил наушники с шумоподавлением.
Потом — беруши.
Всё бесполезно.
Звук проходит не через уши — он вибрирует в печени.

Я стал смотреть на соседей снизу с завистью.
Они спокойны.
Они счастливы.
Пока не начнётся их черёд.
Тогда я поднимусь к ним с бутылкой вина и скажу:
— Добро пожаловать в ад.

Финал: Принятие

Сегодня — ровно 42 день ремонта.
Я сижу на балконе.
Сосед сверху — тоже.
Мы молчим.
Пьём кофе.
Он — в фартуке. Я — в берушах поверх наушников.

— Закончили? — спрашиваю.
— Пока только гостиную.
— А когда кухня?
— Завтра.
Я киваю.
Нет страха. Нет злобы. Только глубокое понимание.

Я медленно пошёл домой, вынул из шкафа перфоратор (купил на всякий случай ещё в начале ремонта) и положил его на видное место.
Может, пора начать
свой ремонт… ?

Мораль:
Ремонт — не беда.
Ремонт соседа — это духовное испытание, эквивалентное восхождению на Эверест в тапочках.
Но если вы выживете — вы уже не просто человек.
Вы — просветлённый мастер терпения.
И теперь можете спокойно смотреть в глаза любой катастрофе… кроме болгарки в 7 утра.