Мир обожает истории о детских феноменах. О тех редких, блистательных звездах, что зажигаются на небосклоне шоу-бизнеса, едва научившись читать. Они становятся воплощением чьих-то амбиций, надежд, а порой и откровенных желаний обогащения. Дети, по своей природе – открытые книги, беззащитные перед циничным миром, который видит в них не личность, а лишь прибыльный актив.
Родители, призванные быть якорем и щитом, зачастую сами становятся источником боли, используя родительскую любовь как рычаг манипуляции, растрачивая детские гонорары или, что еще хуже, завидуя успеху, который им самим никогда не покорился.
История Шайи Лабафа – это одна из таких саг, сотканная из блеска софитов и теней глубокой личной драмы. С годами она обрела мифологические черты, где реальность и вымысел сплелись в тугой узел, неразличимый для постороннего взгляда. Его путь вниз, в отличие от многих других, напоминает трагическую пьесу, где зритель видит лишь часть сцены, а истинное, разрушительное действие разворачивается за кулисами.
Начало Пути
Представьте себе атмосферу в доме, где вместо вдохновения и творчества царит нищета, страх и зависимость. Именно в такой среде, среди двух обедневших художников, появился на свет Шайя. Его мать, Шейна Сейдт, пыталась сводить концы с концами, продавая ткани и украшения в самых неприглядных районах Лос-Анджелеса. Отец, ветеран Вьетнама Джеффри Лабаф, зарабатывал на жизнь, продавая хот-доги и выступая клоуном на улицах. Ветеран войны, отягощенный ветераном, отец был к тому же осужденным преступником и наркоманом, что делало его далеко не образцовым примером для единственного сына.
Когда Шайе было всего девять лет, отец угодил в реабилитационный центр, оставив мать и сына без всякой защиты. Именно в этот мрачный период мальчик стал свидетелем ужасающего насилия. В тесной комнате мотеля, где они обитали, он услышал, как посторонний мужчина насилует его мать. Этот эпизод оставил неизгладимый след, исказив его восприятие мира навсегда. С тех пор, по его собственным признаниям, он спал с пистолетом под подушкой, постоянно ощущая, что кто-то вот-вот войдет.
Семья, поглощенная гордостью и нежеланием признавать свою уязвимость, отказывалась от любой помощи. В этот момент юный Шайя осознал простую, но жестокую истину: если он не найдет способ зарабатывать, им придется воровать. Его первое столкновение с законом произошло в девять лет, когда он пытался украсть кроссовки Nike. Позже – портативную игровую приставку Game Boy.
От стендапа до голливудских блокбастеров
Родители, наконец, осознали, что мальчику необходим выход для его бушующей энергии. Так начался его путь в стендапе. Маленький, дерзкий и остроумный клоун выступал в клубах Лос-Анджелеса, эпатируя взрослых и начиная свои выступления словами: "Эй, [censored], пришло время пошутить!". Его талант не остался незамеченным, но этого было недостаточно, чтобы вытащить семью из пучины бедности.
Все изменилось в 1996 году. На залитом солнцем пляже Малибу он встретил мальчика в дорогой одежде. "Что ты делаешь?" – спросил Шайя. "Я актер", – ответил тот. В этот момент что-то щелкнуло в сознании юного Шайи. Он взял телефонный справочник и начал обзванивать агентства, притворяясь собственным менеджером. Большинство просто вешали трубку, но один человек, заинтригованный его наглостью и уверенностью, решил дать ему шанс.
Так начался его стремительный взлет. Сначала – рекламные ролики, затем – эпизодические появления в таких популярных сериалах, как "Freaks and Geeks" и "Секретные материалы". Он пробил себе дорогу туда, куда его родители могли только мечтать попасть, не имея ни образования, ни связей.
В 2000 году он получил главную роль в сериале "Больше чем друг на друга" на канале Disney. Его персонаж – неуклюжий, но изобретательный Лоис – стал любимцем публики. Сериал превратил Шайю в кумира подростков и принес ему премию "Эмми". Однако за блеском славы скрывалась совсем другая реальность. Он жил с отцом в мотеле за 45 долларов в сутки, а студия выплачивала гонорары, несоизмеримые с масштабами его популярности. Отец оставался все таким же агрессивным и непредсказуемым. По словам Шайи, однажды отец приставил к его голове пистолет, переживая флешбэки из Вьетнама.
Когда сериал завершился, началась новая глава – взрослая карьера. В 2003 году фильм "Клад" принес ему мировую славу и собрал 70 миллионов долларов в прокате. Затем последовали "Я, робот", "Константин", "Бобби" и, конечно же, "Шаг вперед". Каждая новая роль поднимала его все выше и выше. А в 2007 году на экраны вышли "Трансформеры" – блокбастер, собравший 700 миллионов долларов по всему миру. Голливуд сделал из него настоящую суперзвезду. Всего за год он снялся и в "Индиане Джонсе", который принес почти 800 миллионов долларов. В 21 год Шайя достиг пика успеха. Он обеспечил себя и спас свою семью от нищеты.
Алкоголь, гнев и срыв
Но вместе с деньгами и славой пришли старые демоны. Его начали арестовывать: сначала за нападение на соседа, затем за пьяные выходки и драки. Сам Шайя признавался, что не может контролировать свою злость и тягу к алкоголю. В 2008 году его задержали за вождение в нетрезвом виде, в 2011 – за драку у бара в Ванкувере. Он, казалось, неумолимо следовал по тому же пути, что и десятки бывших детей-звезд Голливуда, чьи жизни разбивались о собственные амбиции и пороки.
После третьих "Трансформеров" он неожиданно отказался от многомиллионных контрактов. Деньги перестали иметь для него значение. Он начал искать смысл в искусстве, экспериментируя с формами и выражениями. В 2012 году он снялся обнаженным в клипе, где играл мужчину, застрявшего в петле страсти и зависимости.
В 2014 году мир увидел его в абсурдном театральном перформансе "Шайя ЛаБаф", где его представляли как каннибала, а он сам аплодировал себе в одиночестве. Все это выглядело как откровенное безумие. В том же году он устроил выставку под названием "Я извиняюсь". Он сидел в галерее с бумажным пакетом на голове, на котором было написано: "Я больше не знаменит". Посетители заходили по одному и могли говорить ему все, что угодно, а он просто молчал и плакал. Одни видели в этом акт покаяния, другие – проявление глубочайшего отчаяния.
Параллельно он шокировал публику на премьере фильма "Нимфоманка", появившись на красной дорожке с тем же бумажным пакетом. Конспирологи говорили о ритуале унижения, фанаты – о глубоком перформансе, но большинство видело перед собой лишь еще одного разрушенного ребенка, который вырос слишком рано.
Вскоре последовал очередной арест. Он пьяным кричал во время спектакля на Бродвее, курил в зале и ударил актера по ягодице. Когда его уводили в наручниках, многие подумали, что это конец. Ну а позже в интервью он сказал: "Единственное, что мне дал отец – это боль". Эта фраза стала ключом ко всему, что происходило в его жизни. Слова, протесты, агрессия, попытки понять, кто он на самом деле.
Искусство, боль и ложь
Шайя Лабаф – это человек, в котором вечный ребенок борется с ожесточенным взрослым. Он превратил свою боль в искусство, но в то же время позволил ей сжигать себя. Его история – это не просто о проклятии детской славы. Это рассказ о человеке, который пытался исцелить себя через хаос, но каждый раз находил лишь отражение своих собственных ран.
Мои самые лучшие и самые ужасные воспоминания связаны с моим отцом. Всё, что когда-либо оставило след – боль и радость, травма и восторг – исходило именно от него, – произнес Шайя, и эти слова стали квинтэссенцией всей его жизни.
Его судьба казалась классическим примером того, как ребенок, оказавшийся в мире славы, становится инструментом чужих амбиций и жертвой родительских ошибок.
После таких слов стало понятнее, откуда брались все его срывы, странные выходки и вспышки ярости. Но конец того интервью оказался слишком откровенным даже для него самого. Он признался, что всю жизнь бежит от себя, от боли и от реальности.
Я бегу в фильмы, в алкоголь, в наркотики, в катастрофы. Я человек, который любит иллюзии. Именно поэтому я люблю актерство. Оно позволяет несмотреть в зеркало, не признавать свои ошибки и не брать на себя ответственность"
Эти слова, полные осознания и боли, через несколько лет вернулись к нему бумерангом. В 2014 году он снялся в своем последнем крупном фильме "Ярость" с Брэдом Питтом, который собрал почти 200 миллионов долларов. Но после этого Голливуд отвернулся. Работать с ним стало опасно. Никто не знал, когда и как он снова сорвется.
И не зря. Уже в 2015 году его арестовали в Остине за появление в общественном месте в состоянии опьянения. Но он не просто уходил в тень, он превращал свои падения в шоу. Тогда интернет взорвался новой волной мемов. Шайя записал мотивационное видео перед зеленым экраном, где с дикой экспрессией кричал "Just do it!". Это видео стало вирусным, и многие из вас, наверняка, его помнят.
Однако настоящим испытанием для его психики стало не видео, а арт-проект, который он создал после инаугурации Дональда Трампа. Проект назывался "Он нас не разделит". Его смысл заключался в том, чтобы каждый день в течение президентского срока Трампа любой человек мог подойти к камере у музея и произнести эти слова, объединяясь в едином порыве. Но идея быстро превратилась в хаос. Пользователи "Фачана" и другие интернет-тролли начали приходить туда лично, провоцируя актера, издеваясь над ним и превращая проект в цирк.
Тогда Шайя перенес инсталляцию в другое место, установив флаг посреди пустыни и организовав круглосуточную трансляцию. Но и это продлилось недолго. Участники "Фачана" нашли флаг менее чем за 10 часов. Они вычислили место по фотографиям. Они сняли флаг, заменили его кепкой Марио и футболкой с Пепе Лягушкой, окончательно унизив актера.
После этого Шайя исчез из публичного поля на некоторое время, но ненадолго. Вскоре он женился на актрисе Мие Год. Казалось, что жизнь наконец-то вошла в спокойное русло. Однако уже в 2017 году его снова арестовали за пьяный дебош и сопротивление полиции. Суд обязал его пройти год условного срока, 100 часов общественных работ и курс реабилитации от алкоголя и наркотиков.
Именно там, во время терапии, ему предложили писать о своей жизни. Этот процесс неожиданно стал поворотным. Из боли и признаний родился сценарий будущего фильма "Мальчик". Фильм вышел в 2019 году и стал настоящей сенсацией. Это была откровенная история о его детстве, о сложных отношениях с отцом, о том, как травма формирует личность. Шайя играл в нем своего же отца – агрессивного, зависимого, сломленного человека, от которого он всю жизнь бежал. Чтобы добиться разрешения на съемки, он солгал, будто в роли его отца сыграет Мэл Гибсон. На деле же он сам воплотил этого монстра на экране. Фильм принес ему прощение публики, сочувствие и признание. Казалось, что он прошел путь очищения, разобрался с прошлым и нашел свет в конце тоннеля.
Истинное очищение или иллюзия?
Но это ощущение оказалось иллюзией. На съемках "Мальчика" он познакомился с певицей и актрисой FKA Twigs. Их отношения вскоре превратились в кошмар. В 2020 году она подала в суд, обвинив его в сексуальном насилии, издевательствах и моральном унижении. Она рассказывала, как он угрожал сбить ее на машине, если она не признается ему в любви, как заражал ее болезнью, зная, что сам болен. После ее заявления певица Сиа тоже рассказала о похожем опыте, назвав его патологическим лжецом. В сеть попали старые кадры, где он в ярости кричит на Мию Год и говорит, что вот-вот ее убьет.
Вместо того, чтобы ответить на обвинения, Шайя ушел с головой в религию и работу над новым фильмом. Он нашел утешение в христианстве, стал говорить о Боге и искуплении. В 2022 году, давая интервью в подкасте, он наконец стал говорить открыто. Он признался, что действительно был монстром, что разрушил все, к чему прикасался, что лгал и манипулировал.
Но он также признался, что многое из того, что было показано в "Мальчике" – это ложь.
Я выдумал этот рассказ. Мой отец был любящим человеком, сломленным, да. Странным, да. Но он всегда был рядом. Он меня не бил. Только однажды шлепнул, когда пытался отучить меня от сигарет. А я рассказал всему миру, будто бы он меня мучил.
Эти слова уничтожили его собственный фильм-исповедь, показав, что даже путь очищения был построен на лжи. Он сознательно очернил отца, чтобы вызвать сочувствие и вернуть расположение публики. Это признание оказалось двояким. С одной стороны, он проявил редкую честность, а с другой – доказал, что способен манипулировать даже самыми святыми темами ради личной выгоды. Поэтому Голливуд по-прежнему держит его на расстоянии.
Никто не знает, где заканчивается правда Шайи и начинается его вымысел. Даже его искренность вызывает сомнения, ведь он сам не раз говорил:
Я люблю не брать на себя ответственность
И все же, в глубине души хочется верить, что на этот раз он действительно поменяется. Что его вера, семья и рождение дочери дали ему новый смысл. Что человек, который всю жизнь бежал от себя, наконец-то остановится. Может быть, в этой остановке и заключается его настоящее спасение. Не в искусстве, не в славе и не в исповеди, а просто в честности перед собой.