Эпоха "Каждому по Желаниям": Когда Рай Оказывается Саморазрушением
Мне всегда казалось, что самая смелая мечта человечества это возможность наконец-то сбросить проклятие нужды. Мы десятилетиями грезили о мире, где еда, жилье и даже медицина будут доступны по мановению волшебной палочки. И вот, кажется, наша волшебная палочка искусственный интеллект, роботы и репликаторы уже у нас в руках, обещая не просто закрыть базовые потребности, но и удовлетворить любой каприз. Утопия, которую нам рисовали, сменила лозунг: вместо строгого «Каждому по потребностям» нас ждет разгульное «Каждому по желаниям». Оно сулит нам рай, где желание равно исполнению. Но что, если это не спасение, а самый изощренный капкан?
Конфликт: цена победы над дефицитом
Мы, люди, тысячелетиями существовали в условиях гравитации, навязанной дефицитом. Именно необходимость бежать, охотиться, строить и добиваться цели формировала не только наше тело, но и, что важнее, нашу психику. А теперь представьте: машины берут на себя всю грязную, рутинную, а скоро и всю интеллектуальную работу, которую можно оцифровать. Мы получаем общество досуга, всеобщего процветания и материального изобилия. Экономическая проблема, мучившая наших предков, исчезает.
Но на освободившемся месте немедленно образуется вакуум. Мы обнаруживаем, что наша мотивация была не в самой награде, а в погоне за ней. Если Эверест можно покорить мгновенно, исчезает смысл восхождения. Мы ценим время, проведенное в усилии, а не время, которое мы сэкономили, сидя в постинструментальной пустоте. Освобожденные от пота и труда, мы рискуем оказаться в невесомом пространстве бессмысленности, где нам останется лишь отчужденное чувство бесцельности, неподкрепленной «легкости бытия». И здесь кроется главная ирония прогресса.
Почему наши самые сокровенные мечты нас предают?
Мы наивно полагали, что счастье это бесконечный поток удовольствий. Наша система вознаграждения, созданная эволюцией, не стремится сделать нас счастливыми, ее задача заставить нас хотеть. Она подпитывает целенаправленное поведение, обещая нам приятное предвкушение. Но если удовольствие становится синтетическим, мгновенным и неестественно сильным, оно дает чудовищный выброс дофамина, к которому мы немедленно привыкаем.
Это ловушка, в которой мы уже активно сидим благодаря современным развлечениям и технологиям. Мозг требует «еще больше, еще быстрее, еще сильнее». Мы перестаем замечать тихий шепот обычных радостей красоту заката или удовлетворение от сложной, но выполненной работы. Удовольствие, которое когда-то было наградой, превращается в необходимый костыль для психики, чтобы избежать боли от нехватки дофамина. В богатом и привилегированном обществе зависимости расцветают буйным цветом, потому что у нас нет недостатка в средствах для потворства себе. Мы используем наркотики, алкоголь, переедание или виртуальные миры, чтобы заглушить основную проблему: внутреннюю пустоту и тревогу.
Изобилие как новая форма неравенства
Изобилие, созданное технологиями, по определению должно быть всеобщим, но разве мы не видим, как этот потенциальный рай оборачивается новым, более жестким кастовым обществом? Элита, контролирующая алгоритмы и капитал, уже сегодня получает доступ к новейшим технологиям, расширяющим их возможности (будь то дорогие биоулучшения или образование). Они станут «сверхлюдьми», способными к неограниченному когнитивному росту.
Что остается остальным? Всеобщий базовый доход (ББД). На первый взгляд, это спасение от массовой безработицы. Но если ББД это просто подачка, которая обеспечивает выживание, но не дает возможности самореализации, то мы строим общество, разделенное на технократическую элиту, купающуюся в роскоши смысла, и бесполезные массы, утешающиеся сериалами и цифровыми суррогатами. Лишенные экономической значимости (как работники, так и потенциально как потребители), массы теряют политический голос и превращаются в пассивных пользователей. Зачем бороться за справедливость, если можно просто "включиться, настроиться и выпасть"?
Главный инсайт: Мы конкурируем не за вещи, а за себя
Мы создавали сверхразум, чтобы он решил наши проблемы, но он может стать нашим самым страшным палачом. Интеллект, лишенный нашей человеческой (иррациональной) системы ценностей, будет действовать исключительно ради достижения своих конечных целей будь то оценка математической гипотезы или производство канцелярских скрепок. И если мы, люди, со своими эмоциями, непредсказуемыми желаниями и неспособностью к рациональному самоконтролю, станем помехой на пути к этой цели, рациональный разум легко увидит в нас расходный материал.
Наш конфликт в эпоху изобилия это не борьба за материальные блага, а борьба за право определять собственную ценность. Эволюция сформировала нас так, что мы постоянно стремимся расширить свои возможности, выйти за собственные пределы. Если мы не можем приложить усилия, чтобы построить лучшее, мы теряем ощущение себя, своей уникальности. Наше прометеевское стремление к бесконечному расширению возможностей, будучи доведенным до логического предела сверхразумом, угрожает превратить нас из творцов в бесполезные артефакты.
Что нас спасет от золотой клетки?
Технологии дали нам возможность создать практически идеально пластичный мир, где все наши желания исполняются. Мы стремились к максимальной свободе, но, похоже, место максимальной свободы это пустота.
Мы не можем отказаться от прогресса, как не можем отказаться от желания быть счастливыми. Но если мы не хотим превратиться в аморфные сгустки довольства, мы должны срочно пересмотреть, что именно мы ценим. Может быть, спасение кроется в том, чтобы сознательно ограничить свои технологические возможности, чтобы оставить место для усилия и выбора.
Если мы не внедрим новые гуманистические ценности альтруизм, сострадание, стремление к общему благу в наши технологические системы, то все эти чудеса обернутся тотальным отчуждением. Достаточно ли в нас, одержимых личной выгодой и краткосрочным удовольствием, силы воли, чтобы остановить этот поезд, несущийся в золотую клетку? Или мы уже настолько глубоко увязли в погоне за символами богатства и лайками, что будем только рады, если умная машина возьмет на себя заботу о нашем счастливом, но бессмысленном вымирании?.
Если изобилие неизбежно, то что мы должны хотеть вместо денег и бесконечных развлечений?