Медаль Олимпиады в Сараево открыла фигуристке Кире Ивановой путь к мировой славе, но не смогла защитить от чудовищного финала за гранью нищеты и отчаяния. Ее судьба — это не просто трагедия отдельного человека. Это беспощадный приговор системе, которая умеет создавать кумиров, но не способна защитить их, когда лавровые венки осыпаются в прах.
ЛЕД ВМЕСТО СЕМЬИ
Кира Иванова родилась в Москве в мире, далеком от блеска спортивных трибун. Отец сбежал из семьи, мать утопала в алкоголе. Спасительным ангелом для девочки и ее младшей сестры Лены стала бабушка, Любовь Гавриловна. Именно она, видя тоску ребенка, привела шестилетнюю Киру на каток «Спартака». Лед стал ее миром, убежищем и единственным шансом.
Тренер Ирина Аниканова, заменившая девочке мать, разглядела в хрупкой Кире не просто талант, а «спортивную злость» — то неуловимое качество, что заставляет бороться даже тогда, когда все против. Аниканова не только ставила программы, но и добывала инвентарь, одежду, деньги.
Для Киры, выросшей в нищете, фигурное катание было не просто спортом, а билетом в другую жизнь. «Очень ей хотелось вырваться, заработать, чтобы, как она сама выражалась, все у нее было», — вспоминала хореограф Алла Капранова.
ПРОРЫВ ЦЕНОЙ НЕВЕРОЯТНЫХ УСИЛИЙ
Кира не обладала врожденной грацией или аристократическим шагом. Специалисты называли ее «липкой» фигуристкой — термин, обозначающий феноменальную связку «мозг-ноги». Быстрые мысли, мгновенная реакция, невероятная работоспособность. Она шла напролом, не пропуская ни одной тренировки. В 16 лет Иванова сенсационно выиграла взрослый чемпионат СССР, шокировав всех чистейшими тройными прыжками, которые тогда были признаком экстра-класса.
Дебют Киры Ивановой на Олимпиаде-80 получился провальным, но это спортсменку не сломило. Она продолжала бороться, и звездный час настал в Сараево в 1984 году. Бронза. Казалось бы, не золото. Но это была первая в истории советского фигурного катания олимпийская медаль в женском одиночном разряде. В произвольной программе Кира исполнила пять тройных прыжков — космос по меркам того времени.
Именно это выступление по телевизору увидели родители будущей звезды Голливуда. Они были настолько очарованы советской фигуристкой, что назвали в ее честь свою дочь — Киру Найтли, хотя и изменили написание на Keira.
РОКОВЫЕ МУЖЧИНЫ, РОКОВЫЕ РЕШЕНИЯ
За блеском медалей скрывалась личная драма. Юная Кира без памяти влюбилась в тренера, женатого двукратного чемпиона мира Владимира Ковалева, и ушла от своего наставника Виктора Кудрявцева. Это был первый шаг в пропасть.
Именно с Ковалевым, известным нарушителем спортивного режима, связан первый громкий скандал: победу на Спартакиаде народов СССР аннулировали, так как пара не явилась на допинг-контроль. По слухам, они просто устроили пьяное застолье. Так алкоголь впервые вышел на лед вместе с чемпионкой.
После завершения карьеры в 25 лет жизнь Ивановой потеряла опору. Неудачный брак с танцором Большого театра, богемная среда, где выпивка была нормой, лишь усугубили ее зависимость. Запой сменялся попыткой завязать, но черная полоса лишь набирала обороты.
ЗАПОЙ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ
Судьба била Киру с жестокой методичностью. Умерла любимая бабушка. Младшая сестра Лена, ее единственная родственная душа, покончила с собой из-за неразделенной любви. От Киры ушли лучшие ученицы. Она дважды разбила машину, лишилась работы тренера в «Динамо» после жалоб родителей на ее нетрезвое состояние.
Кира Иванова пыталась бороться. Шесть раз ложилась в наркологическую клинику. Строила планы. Но дно приближалось неумолимо. Ее квартира превратилась в притон для случайных собутыльников и бомжей.
Дневник Киры Ивановой — это крик о помощи, который никто не услышал. «Вчера я попыталась заложить одну из своих медалей, но в ломбарде сказали, что в сплаве слишком мало золота… Деньги мы потратим на твое лечение, мам. Бросишь ты, брошу и я». Олимпийская медаль, символ величайшего триумфа, оказалась ничего не стоящим куском металла.
КРОВАВЫЙ ФИНАЛ И ДОЗА ЗАБВЕНИЯ
21 декабря 2001 года дверь в ее ад открылась в последний раз. Убийца был беспощаден. Он не просто лишил ее жизни — он надругался над ней, отрезав волосы и разбросав их по квартире. В крови Киры Ивановой обнаружили смертельную дозу алкоголя.
Убийцу так и не нашли. Дело закрыли. Никому не было дела до одинокой алкоголички, когда-то гремевшей на весь мир.
Прах Киры Ивановой покоится в общей могиле с сестрой на Хованском кладбище. Скромный памятник, на котором едва умещаются два имени. Ничто не напоминает о блестящей фигуристке, подарившей стране историческую медаль и свое имя голливудской диве.
Михаил Петров