«...обстрел, то ли снайпера, то ли случайный (кто, за что, не поймёшь). Я забежал в первый попавшийся дом, потом в подвал... Выйти пытался несколько раз в день, но огнём прижимали, даже до лужи в 5 метрах не достать. Сколько дней — не помню... смазано... помню только, что ползал по этажам здания, собирал тёплые вещи, матрасы и одеяла. Из всего этого устроил себе лежак, который позволял не замёрзнуть без костра. Один раз развёл, на 3 или 4 этаже, кресло сломал на дрова, так костёр мой технично с первого залпа кто-то откуда-то накрыл. Для себя лично понял, что война — это всегда, обязательно, голод, грязь и холод. Голод утолял найденными солениями в разбитых квартирах, ну и ещё кое-чем... но чем — говорить не буду (единственное, что скажу, не каннибализм).
Однажды ночью меня разбудила сильнейшая перестрелка; как потом оказалось, наши из здания напротив Совмина на штурм пошли, а с утра начали „чистить“ моё жильё, чистить как... гранату в комнату, а потом туда заходят, я это по последовательности шагов и взрывов понял, и когда услышал, что и к моему схрону идут, заорал:
„Пацаны, не губите, Христа ради, русский я... не чечен, не боевик, прячусь здесь!!!“ — и так несколько раз. Потом тихое „Да и по...й“ и тут же „Отставить“. <...> В конце апреля месяца мать нашла меня в центре вынужденных переселенцев в Великом Новгороде»
#Книги #Вырезки #Чеченская_война
