Катя стояла у окна их крошечной, но уютной квартиры на окраине Москвы, ладонь нежно лежала на округлившемся животе.— Подумать только, двойня. Два сердца бьются под моим, — с замиранием сердца думала она.
Катя до сих пор не могла прийти в себя от радости, после того как доктор на очередном узи долго всматривался в монитор, а потом многозначительно, взглянув, поправив очки на переносице, сказал:
— Даже не знаю, обрадую вас или нет
— Что доктор? Что с моим ребенком, — всполошилась Катя.
— Все хорошо. Точнее не с одним, а с обоими.
— С обоими?!
— Вы ждете двойню.
Каерина не помнит, как вскочила и выскочила из кабинета, чуть не расцеловав доктора.
— Дима, ты представляешь, двое! — радостно сообщила она мужу, лишь переступив порог дома. — Раньше было не видно. А теперь отчетливо бьются два сердечка.
Муж радостно подхватил ее а руки и закружил по комнате.
— Я же говорил, футбольная команда у нас появится раньше, чем ты думаешь.
Счастье, как весенний ливень, и страх, как осенний ветер, одновременно охватили ее.
Катя снова улыбнулась, вспомнив слова мужа.
— Футбольная команда — это хорошо, подумала она. Но здесь тесно, как в старой шкатулке, — и оглядела их с мужем небольшую квартирку. —Но ради них, ради нас, — решение пришло мгновенно.
— Дима, мы продадим бабушкину квартиру, — сказала она мужу, когда тот вернулся с работы, — возьмём в ипотеку более просторную, а твою будем сдавать.
Дмитрий обнял её, тепло дыхания коснулось виска:
— Как скажешь, Катя. Хочешь, я всё возьму на себя. Риэлтора найду, только доверенность на меня оформим.
Катя счастливо кивнула.
«Он — мой маяк. Мы пройдём сквозь любую бурю. Вместе», — с нежность подумала она о муже.
На следующий день была суббота. Катя поехала к своим родителям:
— Не хочу сообщать им такую новость по телефону.
Именно в это время свекровь решила в кои-то веки навестить сына, заодно прихватив с собой младшую сестру Димы.
Зинаида Ивановна с детства не баловала сына своим вниманием. Больше просила или откровенно требовала. Но сегодня случай был особый. Она даже не поскупилась и купила его любимый тортик со сливками.
Дело в дом, что Лена собралась замуж. Нужны были деньги. И Зинаида Ивановна решила, что кто кроме брата, обязан позаботиться о сестре. Но быть такой прямолинейной она не хотела. Она знала, что каплю ласки от матери сын готов на все, поэтому сегодня она приготовила ему целую пригоршню этой самой ласки.
— Мама, Лена, у нас с Катей будет двойня. Два сына сразу, — радостно наливая чай и разрезая торт, для дорогих готей. — Мы даже решила квартиру, что досталась Кате от бабушки продать. На эти деньги возьмем себе в ипотеку сразу побольше. Ты же знаешь, я мечтаю о большой семье.
— Помню, помню. Что-то там о футбольной команде, да?— усмехнулась Зинаида Ивановна, припомнив детскую мечту сына. — А продажа квартиры очень даже кстати, — добавила она, а в ее голове уже зрел целый план.
«Невестка думает, что всё ей достанется? Наследство? Ха! Мы с Леной всю жизнь копейки считаем, а им квартиры. Ничего. Дима сделает, как я скажу. Он должен».
— Сыночек, а мы тоже к тебе с новостями, — ласково начала она. — Лена вот замуж собралась. Радость у нас такая. Алеша сделал ей предложение.
Лена вертела телефон, делая вид, что разговор ее не касается.
— Она, как все девочки, мечтает о белом платье, о карете, запряженной тройкой гнедых лошадей. Ресторан с видом на реку. Мы посчитали. Без трёх миллионов — никак.
— Но где же вы возьмете такие деньги? — встрепенулся Дмитрий.
— Ты нам и поможешь, — сладким голосом пропела мать.
— Но у меня нет таких денег. И кредит я взять не могу. Близнецы, Ипотека.
— Вот и я о том же. Но есть выход. Слушай внимательно. За сколько вы собираетесь квартиру продавать? А ты скажи жене, что квартиру продал за меньшие деньги. Мол, нет желающих въезжать в ту лачугу. А разницу — три миллиона — отдай нам с Леной. Мы ж тебе не чужие. Кто о нас, кроме тебя позаботится?!.
Дмитрий побледнел, отодвинулся.
— Мама. Это предательство. Катя беременна, двойней. Она доверилась мне. Как я буду смотреть ей в глаза?
— Твой отец бросил меня. С тех пор ты единственный мужчина в семье. И ты, именно ты должен заботиться о нас с сестрой. Разве не оэтому я тебя с детства учила. На тебе ответственность за нас с Леной. Или ты как и твой отец — не мужчина.
— Мужчина, — вздохнул Дмитрий. — Но, мама, это нечестно. Катя ждёт двойню. Квартира ее бабушки в центре — это лакомый кусок. Она не поверит в скидку. Люди де рутся за такие квартиры.
Зинаида Ивановна вскочила, глаза сверкнули, как молнии.
— Ты не смеешь мне отказать. Я тебя растила в долгах, в сл езах. Он мне по г роб жизни должен, — потом ласково добавила. — Придумай что-нибудь. Она должна поверить. Или бери кредит и плати за свадьбу Лене. Ты старший. Единственный мужчина после того, как отец нас бросил. Ты нам должен — и за себя, и за него.
Дмитрий опустил голову. «Не хочу. Но если откажу, они меня отвернутся от меня. — сту чало у него в голове. — А Катя поймёт? Нет. Придётся врать.
Еще минуту подумав, он кивнул.
Так получилось, что Катерина не застала родителей. Они уехали в другой город навестить старшую сестру матери.
— Вот я… Надо было позвонить, — корила она себя всю дорогу.
Она тихо открыла дверь в их с Димой квартиру. Тут же до нее донеслись голоса.
«Свекровь и золовка,— узнала она.— С чего бы это явились?
То что она услышала дальше, заставило ее замереть на месте. — Три миллиона? Моя квартира? У детей хотят отнять?
— …три миллиона — наша доля! — тем временем шипела Зинаида Ивановна. — Не вздумай отказать, Дима!
— Они хотят украсть у моих детей? — ахнула Катя про себя. Она не закатила скандал. Тихо вышла, сердце сжалось в комок. — Спокойно. Дыши. Проверим, на что он способен.
Она тут же отправилась в ближайший банк и открыла новый счёт, потом позвонила риэлтору Сергею.
— Поменяйте счёт. Только мужу ничего не говорие, — ее голос дрожал. Еслимуж честен — ничего не потеряет. Если нет, его выбор.
— Екатерина, а почему просто не отозвать доверенность у мужа? — спросил Сергей.
— Я хочу проверить его, — ответила она. — Я его люблю. Верю. Не хочу сразу рушить семью из-за какого-то разговора. Ради детей — я должна знать точно.
За два дня до сделки Дмитрий влетел домой с улыбкой.
— Катя, покупатели согласны, но на три миллиона меньше. Рынок упал, квартира требует большого ремонта. Там все старое: проводка, сантехника.
Екатерина удивленно подняла брови, но промолчала.
— Ладно. Соглашаемся. Нам надо успеть купить новое жилье до рождения близнецов.
Сделка прошла.
Екатерина сидела дома у окна с телефоном в руках. На новый счёт пришла вся сумма — полная, как договаривались изначально.
— Он выбрал не меня. Не детей— прошептала она, не зная как пережить это открытие. Все же Катя до конца надеялась, что муж не обманет.
Дмитрий тем временем метался в растерянности. — Где деньги? Он точно видел, как покупатель совершал оп ерацию, но деньги на счет не пришли. — Пусто! Мама уб ьёт! Лена будет пла кать! Что сказать Кате?
— Все в порядке. Деньги на счете. Я проверил, — улыбаясь сказал риэлтор. — Не стоит волноваться. Возможно, уведомление еще не дошло, — он помнил о договоре с Катериной.
Но день на счет Дмитрия так и не пришли.
— Где наша доля?! — звонила Зинаида Ивановна. — Платье уже присмотрела, между прочим, последнее! Ты хочешь, чтобы его у сестры из-под носа увели?
Лена молча ры дала в трубку.
Дмитрий же тумал только об одном — что сказать жене, как объяснить, что денег нет
Вечером он сел напротив Екатерины.
— Катя, только не переживай. Мы как-нибудь справимся. Мо шенники взломали счёт. Деньги от продажи квартиры твоей бабушки пропали.
Она рассмеялась — горько, как осенний дождь. Глупец.
— Мо шенник — это ты, Дима. И твои мать с сестрой. Я всё слышала. И сменила счёт. Деньги целы. У меня.
Дмитрий вскочил.
— Как тебе не стыдно! — за кричал он. — Ты обманула! И кого?! Собственного мужа.
— Но ведь ты хотел обмануть меня, — спокойно возразила Лена, и направилась собирать свои вещи.
Она стояла на пороге, собираясь навсегда уйти из дома, где ее пре дали, когда дверь распахнулась и влетели Зинаида Ивановна с Леной.
— Как ты могла так поступить?! — накинулась она на невестку. Это и наши деньги! Запомни. В семье нет твоих денег. Все деньги — НАШИ. Выучи это слово. Бессовестная, обманула доверие мужа! Перевела на свой счёт! В семье всё общее! В общем так. Эти деньги ты получила в браке — значит, делись! — она требовательно протянула руку, намекая, что сейчас в ней должна оказаться желаемая сумма.
— Общие? — прошептала Екатерина. — Это моё наследство. У моих детей хотели отнять. Это вам должно быть стыдно. Вы хотели УК расть у беременной, у ваших внуков.
— Прощай, Дима. Я ухожу. Навсегда.
Временный приют Катя нашла у подруги, которая и чаем напоила и на диване в гостиной спать уложила. У Светы Катериа задержалась на месяц, пока покупала себе квартиру.
Решила купить небольшую, но с балконом, а остальные деньги оставить на то время, когда родятся малыши. Пелёнки, коляска — все потребует денег.
Одновременно подала на развод.
Зинаида Ивановна не успокоилась. Она заставила сына подать в суд: Половина — наша! Верни!
В суде Екатерина доказала: квартира — её добрачное имущество, новую она купила на вырученные от своего наследства деньги.
Дмитрий не получил ничего. Затоостался должен ей половину стоимости машины, купленной в браке. Сначала Катя хотела оставить ее ему — Пусть ездит.
Но после судов, после криков, передумала и взяла половину. — Сами напросились.
Дмитрий остался в старой квартире один. Жену потерял.
Мать с сестрой вынудили его отдать деньги, от половины машины.
— На свадьбу единственной сестре. Обязан, — сказал мать.
Потом посчитала:
— Мало!
Пришлось Дмитрию брать кредит, чтобы оплатить сестре свадьу.
Екатерина родила в срок — двух мальчишек, крикливых, как весенние птицы.
— Мои звёздочки, — шептала она, укачивая малышей. — Мы справимся. Без предателей.
Она все же подала на алименты.
— Он отец. Должен помогать, — решила она.
Долги Дмитрия тем временем росли, как снежный ком. Кредит, теперь алименты.
Лена вышла замуж. Брата на свадьбу не позвала:
— Все равно с него больше взять нечего, — решили они с матерью и заблокировали номер сына и брата, а когда он пытался прийти в гости, не открыли дверь.
— Я же для них… А они…— бормотал он, сидя в одиночестве, темной квартиры. — Сам виноват,— с грустью признал Дмитрий, вспоминая то время, когда была рядом Катя, везде звенел ее смех, а с кухни доносились аппетитные запахи.