Цифровая премьера драмы/фэнтази “Франкенштейн” от Гильермо дель Торо состоялась на Netflix 7 ноября. Пишу именно “драма” в первую очередь, потому что на первое место в истории выдвинуты судьбы живых существ, их вопросы к создателю (кем бы он ни был) и попытки как-то ладить между собой. А наука, войнa и попытка завоевать новые земли отодвинуты на второй план, этот фон имеет значение, как и в реальной жизни, так как оказывает влияние на поступки и настроение так или иначе.
Обозначу сразу – фильм мне очень понравился; он меня тронул.
Отличие экранизации от оригинального романа
Я хочу так сказать: роман “Франкенштейн” – это фантазия 20-летней девушки. Она дала ей волю, отпустила на свободу, чтобы рассказать что-то абсолютно невероятное. Она не боялась, что это будет неправдоподобно. Отсутствие страха и искренность в творчестве – это важная часть работы.
Судя по тому, как именно развивается история – человек находит способ соединить безжизненные куски тел, учитывая сложность нервов, мускулов и сосудов, а потом это тело начинает собственный путь, – вопрос правдоподобия не ставился на первое место. Да и, по словам Шелли из предисловия 1831 года, вдохновением послужил – помимо интереса к научным открытиям – сон наяву, в котором она увидела “бледного адепта тайных наук, склонившегося над созданным им существом… отвратительной пародией на человека”.
Роман Мэри Шелли вышел в эпоху расцвета науки, в период, когда наука в целом и химия в частности вызывали величайшее волнение и вселяли оптимизм. Ее роман стал литературной революцией, первой научной фантастикой. При неправдоподобности сюжет поднял вечные темы (семьи, одиночества, идентичности, религии, знаний) и затронул области науки – химии, электротехники, психологии и философии сознания.
Новая экранизация – это тоже фантазия, она является авторским видением Гильермо дель Торо. Основу он не менял, оставив сюжет неизменным: Виктор Франкенштейн (в исполнении Оскара Айзека) задается невероятной целью оживить мертвую плоть. После множества попыток и вопреки мнению научного сообщества Виктор добивается своего. Существо (в исполнении Джейкоба Элорди), собранное в его лаборатории, оживает.
Виктор отвергает свое создание, и оно, в свою очередь, остается в полном одиночестве, вынужденное познавать мир как придется.
Экспедиция на северный полюс, дневник Виктора и книги, из которых Существо почерпнул философские мысли, тоже остались (причем поэма Джона Мильтона “Потерянный рай” упоминается как в романе). Мильтон в экранизации важен, так как углубляет историю. Поэма и роман сходятся в темах – катастрофические последствия амбиций и игрыв Бога. Учитывая то, что поэма была издана в 1667 году, а роман Шелли – в 1818 году, подчеркивается извечная проблема жуткого тщеславия.
А вот сюжетные линии Виктора, Уильяма (в исполнении Феликса Камерера), Существа и Элизабет (в исполнении Мии Гот) преобразились. Они обогатились и переплелись по воле дель Торо так, чтобы человеческая природа заиграла ярче. В его версии образы Виктора и Элизабет стали ярче, Уильям показан под иным углом – в романе он маленький мальчик, а в фильме – взрослый мужчина, и с его участием поставлена одна из очень важных сцен, иллюстрирующих травмирующие связи между родными людьми (подсказка – сцена в финале).
Так, экранизация Гильермо дель Торо – это больше семейная сага, душераздирающая драма о жалком человеке. В его версии наука не так важна, как в романе; дель Торо взял драму, но остался верен себе, своему стилю.
Могу заметить, что Гильермо дель Торо поступил так же, как Вим Вендерс, который адаптировал роман Патриции Хайсмит “Игра Рипли”. Вендерс буквально прочитал между строк состояние Тома и перенес его на экран – Том устал от риска и начал чувствовать скуку, и в фильме это отображается. Дель Торо вывел человеческую натуру на первый план, заглянул глубже в семью и выстроил повествование на человеческом переживании.
Заметка о долгом пути к экранизации
Нашла в своих публикациях отправную точку, когда появилась первая новость о проекте Гильермо дель Торо. Это было в декабре 2022 года после цифровой премьеры на Netflix мультфильма “Пиноккио Гильермо дель Торо” (Guillermo del Toro's Pinocchio), его авторской интерпретации сказки Карло Коллоди. Появилась информация, что режиссер серьезно намерен начать съемки фильма “Франкенштейн”, и первым актером, кто в нем может сыграть, был назван Оскар Айзек.
Конечно, 2022 год не был самой настоящей отправной точкой для экранизации романа Мэри Шелли “Франкенштейн, или Современный Прометей”. Это был момент, когда у дель Торо появилось финансирование и тот, кто готов рисковать. А намерение экранизировать роман у него появилось в 2007 году.
В августе 2020 года Гильермо дель Торо подписал долгосрочный контракт с Netflix, и одновременно с подписанием этого документа был объявлен актерский состав анимационного фильма "Пиноккио".
До Netflix Гильермо дель Торо получил отказы от Universal Pictures и Legendary Pictures. В 2010-х годах Universal первоначально одобряла проект "Франкенштейн", и тогда ведущим актером в него рассматривался Бенедикт Камбербэтч. В итоге проект был отменен ради работы над франшизой Dark Universe (серией фильмов о монстрах). Оставь студия проект в работе, это стало бы красивой записью в истории кино, ведь сейчас уже классическая экранизация романа Шелли была создана именно на Universal в 1931 году. Новая итерация знаменитой истории прекрасно бы дополнила библиотеку студии. А Legendary Pictures в последний момент отказалась от "Франкенштейна", но дала дель Торо зеленый свет на производство фильма "Багровый пик".
В Netflix не прогадали, подписав контракт с дель Торо, потому что его мультфильм “Пиноккио” успешно пережил наградной сезон. Он отметился не только на отраслевых церемониях, но и получил самые престижные статуэтки – Золотой глобус, BAFTA и Oscar.
"Пиноккио" х "Аллея кошмаров" х "Франкенштейн"
И, в конце концов, все, что ни делается, к лучшему. Гильермо дель Торо прошел длинный путь к своей мечте. Он поставил два фильма, немного похожих на то, что воплотилось во "Франкенштейне".
Помимо романа Мэри Шелли, другим важным для себя произведением дель Торо называл “Приключения Пиноккио. История деревянной куклы” Карло Коллоди, потому что он чувствовал глубокую личную связь с Пиноккио. Его интриговало сходство между деревянным мальчиком и Существом, так как они оба – оживленные дети, брошенные в жестокий мир своими отцами, а отцы в свою очередь не научили их защите. Они сами должны открыть в себе человеческие качества и научиться различать зло и добро.
При экранизации обоих произведений Гильермо дель Торо вплетал свою личность, свои воспоминания о детстве (он всегда чувствовал себя аутсайдером). На стиль “Пиноккио” повлиял роман “Франкенштейн” – благодаря его влиянию, в мультфильме появилась готическая эстетика. Также он вписал в сюжет обостряющуюся политическую обстановку в Мексике (для мультфильма адаптировав ее под военную Италию, конечно) – он рассматривал фaшизм как гротескные отношения отца и сына.
Потом в сюжете своего “Франкенштейна” он продолжил и развил размышления об отношениях отца и сына (между отцом и сыном Франкенштейн понятие “фaшизма” зазвучало с особой пронзительностью, так как это явление получило распространение на следующие поколения – неплохая метафора). Но конкретно в эту экранизацию он перенес всю тяжесть этой связи, которую не показал в экранизации романа “Аллея кошмаров” (2021). Дело в том, что в романе Уильяма Линзи Грэшема отношения между Стэном, главным героем, и его отцом были напряженными, в них было много недосказанного, и это назревало в душе Стэна годами, превращая его в бесчувственное существо. В фильме линия отношений отца и сына показана только во флэшбеке, дающем понять, что сын ненавидел отца, и поверг его в огонь.
Во “Франкенштейне” же Гильермо дель Торо раскрыл сюжетную линию отца и сына полностью – с жестокостью, холодностью, недосказанностью, накоплением вопросов и полным разрушением личности. Эта сюжетная линия получилась такой же некомфортной как лихорадка, и актеру нужно было полностью раскрепостить себя, чтобы показать ничтожество и жалкое существо, каким становится человек, которого не любят. Актерски Оскар Айзек с задачей справился. На Виктора было больно смотреть – этот человек уверен в своей правоте, он жалок и слаб, но никто не хочет ему помочь, от чего еще больнее.
Причем интересно то, что у Оскара Айзека в 2025 году вышло три проекта, некоторым образом связанные между собой – его герои проходят от чистой веры к полному отрицанию божьего могущества. В пасхальную неделю состоялась премьера мультфильма “Царь царей”, в котором он озвучил Иисуса Христа; в августе в сети оказался криминальный триллер “Рукою Данте”, в котором его герой Ник Тошес проклинает Бога за то, что тот все у него забрал. А во “Франкенштейне” Виктор и вовсе стремится занять место Бога, называя настоящего некомпетентным.
Каким в целом получился фильм
Гильермо дель Торо сделал увлекательную приключенческую историю, как и собирался. Все его действующие лица проходят свой путь героя, оказывая то или иное влияние на жизни друг друга. Хронометраж фильма составляет два с половиной часа, но они проходят с легкостью – за переживаниями о судьбе Виктора, его творения и Элизабет. Он наделил их своей судьбой, но объединил общей характеристикой – они все не от мира сего и с трудом ищут свое место.
Что интересно, но во время чтения романа мне не был интересен Виктор сам по себе, мне было интересно то, что он делает и как он это сделает. Существо позже меня покорило тем, как терпеливо и мудро оно познавало мир – эпизод с его путешествием показался мне в романе самым интересным.
В экранизации Гильермо дель Торо превратил Виктора в настоящую проблему – для себя, для Элизабет и для Существа. Причинами проблемы для самого себя очевидно служит отношение тиранического отца; это логично наложило свой отпечаток на будущее поведение Виктора – он остался тем же мальчиком, у кого отобрали маму (это выражается внешне через одежду: черный пиджак, белая сорочка, красные галстук и перчатки – все это ‘прирастает’ к нему на всю жизнь; плюс постоянная тяга к молоку, что тоже символизирует его тоску по матери и инфантильность во взрослой жизни).
После того, как он наконец добился воплощения идеи в жизнь – оживил мертвое тело, – становится очевидно, что само Существо – это зеркальное отражение души Виктора. Той ее части, которая ранена, которая обладает чуткостью, которую он заковал в цепи в самой глубине себя в темноте и сырости и которую он бьет при каждом случае. Когда Элизабет обращается к Существу с вопросом: “Кто тебя ранил?”, истинный ответ не приходит. Молчание Существа и путаные объяснения Виктора – это всего лишь отвлекающий фон. Виктор так глубоко спрятал душу, что и не знает, как просить моральной помощи, потому и не может дать тепла своему творению (и кому бы то ни было).
Я считаю, что это потрясающая по глубине и простоте сцена. Она показывает распространенную ситуацию с уязвленными людьми, которые на всю жизнь остаются обиженными детьми, но и в то же время редчайший случай эмпатии, которую показывает Элизабет – она не пугается Существа, а видит самую суть, задавая правильный вопрос (кто тебя ранил).
Виктор же не способен оценить чуткость Элизабет, он хочет завладеть ею, как игрушкой, как капитан датского корабля “Горизонт” хотел покорить неизведанные просторы, как сам Виктор хотел превзойти всех и вся, чтобы дать отпор своему отцу, пусть его и нет на земле. Виктор в своих красных перчатках, красноречиво выдающих то, что его руки в крови навсегда из-за жестокости к себе и окружающим. Виктор навсегда превратился в Существо, когда из-за дерева наблюдал за тем, как отец играл на лужайке с Уильямом – как не превратиться, ведь его отверг создатель. Чего ждать впоследствии всем тем, кто столкнется с таким раненым на его пути?
Гильермо дель Торо не щадит зрителя, показывая, на что способны люди. Пусть это и не ново, но у него получилось рассказать историю так, чтобы при просмотре застыл ком в горле от жалости и переживания. Иронично, но Существо не вызывает жалости, она относится только к Виктору, а вот Существо получилось слишком благородным и самодостаточным. Ему сопереживаешь, но веришь, что ему хватит мудрости принимать верные решения. Думаю, в этом Гильермо дель Торо выразил свою любимую точку зрения, что монстры – это не те, кто пугает внешне.